Песочные часы с кукушкой - Евгения Белякова

Джилл сгребла в кучу листья и стебли сорняков, сняла рабочую перчатку и вытерла ладонью лоб. Сегодня было необычайно жарко для сентября. Ей оставалось очистить еще несколько грядок, когда из дома вышла ее тетя, миссис Кромби, и быстрым шагом направилась к девушке. Лицо ее выражало крайнюю степень волнения.

– Джиллиан… Скорее, скорее… – Тетя, подойдя к Джилл, не потрудившись объяснить, в чем дело, просто развернула ее к себе спиной и принялась дергать завязки грубого фартука.

– Что случилось?

– Он здесь… тебе надо скорее вымыть руки и лицо, и причесаться, ты ужасно растрепалась.

– Да кто «он», тетя?

– Мистер Ремси. – Тут уж сама Джилл, скинув перчатки, принялась помогать тете, но узел застрял. – Он объяснил, что заехал забрать зонт, который его хозяин оставил у нас после визита. Я сказала, что поищу, взяла зонт из прихожей и спрятала в библиотеке, так что время у тебя есть. Ох, наконец-то.

Миссис Кромби подтолкнула девушку в направлении дома, и Джилл на секунду ощутила что-то вроде раздражения. Хоть она и сама была взволнована, но вся эта сцена навевала мысли о романах Джейн Остин, а у той, что ни героиня – то несчастная девушка, предел мечтаний которой – выйти замуж. Точно такую же суету поднимала миссис Дэшвуд, когда к ним в гости приходил Уиллоби. Джилл помотала головой, стремясь избавиться от навязчивого образа, и сказала себе, что она просто рада видеть мистера Адама, а матримониальные планы ее тети, которая убеждена, что племянницу никто не захочет взять в жены – сущая ерунда и излишняя чувствительность.

Умывшись и поправив прическу, она прошла в гостиную, куда тетя затащила мистера Ремси. Адам стоял посреди комнаты, с видом потерянным, как у щенка.

– Мистер Адам, – Джилл подошла к молодому человеку и очень по-современному пожала ему руку, даже не присев в книксене. – Рада вас видеть.

– Мисс Джилл… Мистер Шварц прислал меня за зонтом…

– Я уже знаю. Тетя ищет его. Наверное, горничная прибиралась и переложила. Вы не откажетесь от чая, я полагаю?

«Раз уж он все равно здесь», – подумала Джилл.

Час спустя девушка уже знала, что мистер Шварц отпустил Адама почти до вечера – молодой джентльмен либо совершенно не умел хранить секреты, либо сам хотел подольше задержаться у Кромби; как бы там ни было, Джилл предложила прогуляться, и он согласился. Погода была чудесной, и девушка, собрав корзинку для пикника, повела Адама к пляжу, расположенному недалеко от дома, минутах в десяти ходьбы. Она захватила с собой белый летний зонт, чтобы ее светлая кожа не обгорела.

– Боюсь, этот зонт мистеру Шварцу не подойдет, – со смехом сказала Джилл, беря под руку Адама.

– Определенно, нет. – Улыбнулся он. – Чем вы занимались сегодня?

Медленно бредя вдоль обрыва, они обсудили розы, астры и другие цветы. Тропинка, сначала круто забираясь вверх, на вершину холма, делала виток и спускалась вниз, к огромным валунам, прячущим за своими темными телами укромный пляж. Словно гигантские морские чудовища, заснувшие на берегу, они сгрудились вокруг тоненькой полоски песка. Разговор между молодыми людьми тек неспешно и непринужденно. Джилл, выяснив, что у Адама нет любимого сорта цветов, удивилась.

– Ну, вы хотя бы можете сказать, какие цветы вам больше нравятся, садовые или полевые?

– Пожалуй… полевые. Они просто растут и радуют глаз. Никто их не срывает… – Адам подал руку Джилл, чтобы она перепрыгнула с одного камня на другой. – Я не могу понять, зачем вообще надо срезать цветы – они же умирают.

– Они украшают дом, – единственный довод, который смогла высказать Джилл, ей самой показался глупым и неуместным. – Но, пожалуй, я могу понять, что вы имеете в виду. Вот мы и пришли… Когда я была маленькая, я называла этот пляж «Бухта Джилл». Вы представить себе не можете, сколько пиратских кораблей швартовалось тут в непогоду, сколько кладов зарыли храбрые корсары… – Она засмеялась. – В детстве у меня было очень богатое воображение.

– А сейчас? – Спросил Адам.

– Сейчас… – Джилл задумалась. – Наверное, тоже, просто у взрослых все иначе. Если фантазировать, другие люди могут неправильно понять, и посчитать, что ты просто лжешь.

– Я никогда не лгу. – Тихо сказал Адам. – И, наверное, никогда не фантазировал поэтому. Я просто не умею.

– Попробуйте, – Джилл расстелила на теплом еще песке плед и уселась, расправив юбку. – Представьте, что там, у самого горизонта, показался парус галеона.

– Учитывая то, где мы находимся, скорее – дымящие трубы парохода, – улыбнулся Адам.

– Парус гораздо романтичнее, – выпалила Джилл и тут же разозлилась на себя за несдержанность. – Я имею в виду, в книжном смысле. Романтика приключений, и тому подобное… Представили?

– Наверное, да. – Неуверенно ответил Адам.

– И плывут на этом корабле отважный пират Черная Борода…

– И прекрасная, смелая пиратка Джилл. – Подхватил Адам. – Они везут сокровища, чтобы спрятать в этой укромной бухте.

Присев рядом с девушкой, Адам затих. Джилл тоже не говорила ни слова, но их молчание не было напряженным, и не было вызвано скудостью тем обыденного разговора. Они просто сидели, наслаждаясь горячими лучами солнца и любуясь океаном. Берег, словно готовясь к холодной зиме, все натягивал на себя одеяло волн, но море противилось, и те откатывались обратно. «Словно старые супруги, что никак не могут поделить покрывало во сне», – подумала Джилл.

Адам кашлянул и сказал:

– Я прочитал вашу статью. Она очень хорошая.

Джилл, почувствовав, что очарование момента грозит испариться, ответила коротко:

– Это замечательно.

«Вот бы просто посидеть вместе еще чуть-чуть, – взмолилась она мысленно. – Без заученных фраз и этикета. С Адамом так хорошо просто… быть рядом». Но молодой человек продолжил:

– Это из-за воображения?

– Нет, – вздохнула Джилл. – Я в том, что пишу, никогда не выдумываю.

– Я не это хотел сказать… то есть, я никоим образом не имел в виду, что вы…

– Я знаю. Но, если вы действительно читали статью, то могли бы заметить, что там – только факты.

– Простите, я… – Адам сконфузился, но упрямо мотнул головой, а затем достал из внутреннего кармана газету, сложенную вчетверо. – Вот, здесь написано: «… молодой и весьма перспективный помощник русского изобретателя, мистер Ремси, чьи научные достижения, вне всякого сомнения, еще впереди».

– И где здесь неправда? – Джилл чуть повернула зонт, чтобы солнце не слепило глаза. – Разве вы не собираетесь со временем «пойти по стопам» мистера Шварца и начать изобретать? У меня сложилось впечатление, что вы достойны бОльшего, чем просто носить для него зонты.

– Я не знаю. – Адам спрятал газету и взгляд его устремился в море, словно он снова пытался вообразить там пиратский галеон. – Я не думал об этом. О будущем…

– А стоило бы. – Джилли поднялась на ноги и легкими движениями отряхнула юбку от песка. – Ведь не вечно вы будете прислуживать ему. Когда-нибудь вы совершите свое открытие, я уверена.

– Наверное. – Адам тоже встал и помог Джилл сложить плед. Она самую чуточку злилась на него – не за то, что он разрушил этот странный и приятный момент единения, ведь они всегда недолги; а потому что ей действительно казалось, что Адам слишком неуверен в себе, а мистер Шварц этим пользуется.

Они возвращались обратно тем же путем. Настроение у Джилл постепенно вернулось к тому, что было раньше, когда они с Адамом только вышли из дома: приятному, чуть приподнятому. Молодые люди взобрались на возвышение. Стоя на кромке обрыва, Джилл показала своему спутнику Сумеречный мыс, выдававшийся далеко в море справа от них. Адам выразил беспокойство по поводу того, что девушка подошла слишком близко к краю, но Джилл его успокоила:

– Здесь очень твердая порода камня, он почти не крошится. Упасть почти невозможно, разве что зимой, если поскользнуться. Но раз вы настаиваете, не буду испытывать крепость ваших нервов.

Она не смогла решить для себя, польстила ли ей эта забота, или наоборот, вызвала раздражение. Наверное, всего понемногу, подумала она. Адам очень мило краснеет и характер у него мягкий – но именно поэтому он, если не одумается и не возьмет судьбу в свои руки, никогда не выберется из тени мистера Шварца. Джилл представила себе, что, если бы она была девушкой другого склада, то ее, наверное, порадовало бы такое качество Адама, как возможного жениха. Но ее в первую очередь, как она сама себе определила на пути к дому, будет волновать его карьера, как друга, и только – и она постарается сделать все возможное, чтобы Адам обрел уверенность в себе.

Когда они вернулись в дом Кромби, тетя Джилл сообщила, что «как раз» обнаружила зонт, кто бы мог подумать – в библиотеке! И подмигнула Джилл.

– Вы позволите навестить вас еще раз? – Спросил Адам, когда девушка вышла его проводить до ворот. – Скажем, завтра?