До мурашек. Об играх со временем, неосторожных желаниях и о ворчунах, вечно спасающих мир - Александр Райн

– Меня зовут Оксана, я риелтор. Мне очень нужна ваша помощь, – женщина говорила с деловой интонацией, но отчаяние и неуверенность в голосе не смогли ускользнуть от чуткого слуха мага.

– Выкладывайте, я пока швы подкрашу, – дядя Толя взял кисточку и макнул её в банку с зелёной краской.

– Дело в том, что я никак не могу продать квартиру в этом подъезде.

– Угу, – слесарь небрежно размазал краску по сварочному шву.

– Уже три клиента отказались от неё, несмотря на низкую стоимость и благополучный район. Думаю, что на квартире лежат злые чары – другого объяснения у меня нет.

– Что за квартира?

– Тринадцатая, – тяжело выдохнула женщина и облокотилась на отремонтированные перила.

– А-а-а, квартира Андрея Павловича. Знаем такую. Он лет пять назад помер, если не ошибаюсь.

– Да, его дети живут за границей. Они обратились, чтобы мы выгодно продали пустующую жилплощадь. Но после осмотра покупатели всегда уходят какие‑то расстроенные и злые. Говорят, им там всякие гадкие слова мерещатся и угрозы слышатся.

– Неудивительно. Палыч вредный мужик был. Как‑то радиатор ему менял, так он меня всю неделю вызывал на переделки. То слишком низко висит, то не греет, то шипит что‑то. В итоге пришлось деньги за работу вернуть. Очень, очень сложный случай…

– Так вы не возьметесь? – печально спросила риелтор и совсем загрустила.

– Отчего же, возьмусь. Теперь‑то ему некуда жаловаться – он на моей территории. Сейчас, только за инструментом схожу, и пойдём прогонять вашего злого духа.

– Сейчас? – расторопность мага поразила Оксану: она‑то думала о месяце подготовок.

– А чего тянуть? – он замочил кисточку в банке с растворителем и вытер руки о штаны. – Я скоро.

С этими словами дядя Толя покинул подъезд и вернулся через пятнадцать минут, держа в руках увесистую кожаную сумку, в которой что‑то звонко побрякивало.

Подойдя к двери со злосчастным номером, женщина вставила ключ в замок и повернула. Издав неприятный щелчок, ключ сломался у основания. Из квартиры раздался странный звук, похожий на хриплый смех.

– Там балкон не закрыт – проветриваем помещение, – объяснила риелтор.

– Угу, – дядя Толя расстегнул сумку и извлёк оттуда плоскогубцы и проволоку.

Произнеся несколько магических слов на древнем диалекте, он за пять секунд вытащил обломок ключа и вскрыл замок. Внутри было холодно и пахло дешёвыми сигаретами.

– Сколько ни проветривай, запах никак не хочет уходить, – ворчала Оксана, прикрывая нос.

– Это потому, что здесь по-прежнему курят, – задумчиво произнёс слесарь-чародей и направился на кухню. Оксана осторожно засеменила следом.

Дядя Толя водрузил сумку с магическим инвентарём на стол и принялся извлекать из неё необходимые атрибуты. Первой на столе появилась бутылка «Пшеничной». Дядя Толя откупорил её и налил водку в стакан, который тоже достал из сумки. Произнеся несколько слов на неизвестном языке, он ударил ладонью по столу.

Оксана наблюдала за всем этим с нескрываемым скепсисом и любопытством.

– Зачем это? – спросила она.

– Нужно его разговорить, – профессионально ответил маг.

Жидкость запузырилась, загорелась и… исчезла. Риелтор ахнула, а дядя Толя довольно улыбнулся – дело пошло.

– Андрей Павлович, ты здесь, родной? – произнёс нараспев колдун.

Из крана внезапно пошла вода.

– Что он говорит? – прошептала Оксана.

– Говорит, чтобы мы убирались, а ещё – что у вас все штаны в краске.

Женщина глянула на зелёное пятно и тихонько застонала.

– Палыч, завязывай со своей клоунадой, пора на покой, квартиру дети хотят продать, зачем мешаешь? – чародей затряс в воздухе газовым ключом.

Что‑то брякнуло, свистнуло, и в газовой колонке загорелось пламя.

– А сейчас что? – не унималась Оксана.

– Говорит, что цена бессовестно занижена.

– Что значит занижена? – закричала женщина. – Да в этой части города все квартиры так сто́ят.

Полы затряслись, обои начали отходить от стены, в воздухе проплыло облако сигаретного дыма.

– Что он сказал?

– Сказал, что врёте. И что у вас комиссия большая. А детей его дурите, хотите продать поскорее, вот и поставили цену ниже плинтуса. Это правда? – дядя Толя посмотрел на риелтора, нахмурив брови.

– Нет!

Входная дверь захлопнулась, и замок защёлкнулся. Оксана побежала к выходу и начала дёргать ручку, но та не поддавалась.

– Скажите, чтобы он немедленно меня выпустил! – верещала риелтор и барабанила в дверь.

– Говорит, что выпустит вас только после того, как позвоните сыну и разорвёте контракт.

– Я этого не сделаю!

– Простите, но придётся помочь вам это сделать, потому что вы нечестный человек и попытались меня привлечь к своим грязным делам.

Дядя Толя вернулся на кухню и достал из сумки новые магические инструменты. Оксана тем временем пыталась позвонить в полицию, но сеть на телефоне резко пропала. Она звала на помощь и выламывала дверь плечом, но все попытки были тщетными.

Дядя Толя вернулся, держа в руках свинцовый отвес. Оксана было набросилась на него, но он покачал отвесом перед её лицом, и та встала как вкопанная. Колдун приказал немедленно набрать номер продавца и во всем сознаться. Загипнотизированная риелтор тут же исполнила приказ. После этого дядя Толя вручил ей банку с солидолом и приказал втирать по три раза на дню, пока не проснётся чувство совести. Щёлкнув пальцами, он вывел женщину из транса и выпустил наружу.

Огонь в колонке погас, вода в кране перестала течь, а обои тут же снова приклеились. Слесарь-колдун собрал инструмент в сумку, затем снова наполнил стакан и, распив его напополам с призраком, извинился за вторжение. Они немного покурили в тишине. Попрощавшись, дядя Толя уже было собрался на выход, как вдруг огонь в колонке снова зажёгся, а вода в кране потекла с ещё большим напором.

– Да отстань ты со своим радиатором! – гаркнул колдун и, открыв дверь, вышел прочь.

Через неделю квартиру номер тринадцать всё же продали, и у дяди Толи появились новые клиенты.

Призрачный ремонт

– Нормальные обои купить не мог? Это что за натюрморт? Безвкусица какая‑то, фу! – раздался из тёмного угла голос, который вывел Жору из состояния равновесия, и тот при падении со стремянки выбил своей шарообразной головой страйк из цветочных горшков.

– Ах ты ж гадёныш неуклюжий, рожу и руки отрастил, а пользоваться ими так и не научился. Я эту герань выхаживала, растила, а он взял и бестолковкой своей размолотил!

Жора только въехал в новую квартиру, которую приобрёл за подозрительно низкую стоимость. Риелтор вёл себя очень странно, когда подсовывал ему бумаги: дёргался, чесался, нервно давил лыбу. Но для чемпиона области по бодибилдингу странными казались все, кто в пятницу вечером занимался работой или пил горькую, а не разрабатывал трицепс, мышцы груди и пресса.

Войдя в новую квартиру, Жора первым делом расширил плечами межкомнатный проём и решил, что раз начало положено, то нет смысла останавливаться. Ремонтом спортсмен мог заниматься в единственное свободное от тренировок время – после одиннадцати вечера. Тяжёлой техникой вроде перфоратора парень не владел и не понимал, зачем вообще он нужен, если саморезы спокойно заходят в стену при помощи отвёртки. Продавец крепежа хотел втюхать Жоре какие‑то дюбели,