Полный путеводитель по музыке The Doors - Питер Хоуген

Сразу после концерта, во время которого Джим прокричал «Fuck you!» прямо в лицо матери, The Doors вылетели в Нью-Йорк для участия в шоу Эда Салливена. Салливен был очень влиятельным человеком: появление в его шоу помогло Элвису Пресли и «The Beatles» пробиться к многомиллионной телеаудитории. Группа должна была исполнить «Light My Fire», но тут возникло небольшое затруднение: цензор компании CBS воспротивился употреблению пресловутого словечка «higher» [10] в тексте песни. Была предложена замена, и группа согласилась на этот вариант, но… Джим не был бы Джимом, если бы принял «идиотские» правила большого шоу-бизнеса. В прямом эфире он спел песню без изменений, конечно, прозвучало и это злополучное слово. Моррисону заявили, что двери шоу Эда Салливена закрыты перед The Doors навсегда, но его это нисколько не беспокоило.

В ноябре на сингле вышла еще одна песня — «Love Me Two Times». Она заняла 25-е место, и это была хорошая новость. Плохая новость заключалась в том, что Джим со своим пьянством стал совсем неуправляем. Перед концертом в зале «Уинтерленд» в Сан-Франциско он упился в стельку, и в итоге зрители получили откровенно дрянное шоу.

Менеджеры группы были озабочены, однако посчитали, что Джим просто праздновал успех. 1967 г. сложился удачно для The Doors: два альбома в пятерке лучших, три сингла в тридцатке. Пресса сравнивала Джима не только с Джеймсом Дином, Марлоном Брандо и Бобом Диланом, но также с Дионисом и Адонисом.

Однако год закончился скверно. 9 декабря, на следующий день после дня рождения Джима, которому исполнилось 24 года, «The Doors» давали концерт в Нью-Хейвене, штат Коннектикут. Перед началом концерта Моррисон разговаривал с одной из поклонниц в гардеробной. Когда комната стала наполняться людьми, пара уединилась в душевой. Там их и обнаружил полицейский, сразу приказавший обоим удалиться. Джим, действуя в своей обычной манере, послал полицейского куда подальше. Последовало выяснение отношений, причем в довольно жесткой форме-полицейский даже выхватил баллончик со слезоточивым газом и брызнул Джиму прямо в лицо.

О происшедшем доложили Рею Манзареку и Биллу Сиддонсу (специалисту по оборудованию The Doors, который вскоре станет их личным менеджером). Билл помчался объяснять полиции, что человек, которого они арестовали — а Джима уже собирались отвезти в участок, — является вокалистом группы, дающей концерт в этом самом зале. Не желая накалять страсти (тысячи нетерпеливых зрителей уже заполнили зал), старший офицер полиции принес извинения, Джим был отпущен, и Манзарек с Сиддонсом помогли ему привести себя в порядок. Инцидент был исчерпан — по крайней мере, так считали все.

Все, кроме Джима. Все еще с красными глазами он вышел на сцену, и выступление началось. Концерт удался на славу, публика была отзывчивой и полной энтузиазма. И вдруг посреди заключительного номера, «Back Door Man», Джим разразился импровизированным речитативом, рассказывая о происшествии за кулисами, во время которого полицейский превысил свои полномочия. По словам Билла Сиддонса, Джим «в таком унизительном свете представил сами основы полицейской службы, что, подними он эти тысячи людей на бунт, они умерли бы за него. Это было невероятно».

Под конец песни на сцене появились полицейские, и в зале зажегся яркий свет. «Вы хотите послушать еще? — спросил Моррисон зрителей и услышал, как зал выдохнул в ответ свое „да“. — Тогда выключите свет [11], — крикнул он осветителю. — Выключите этот е… свет». Эта фраза переполнила чашу терпения полиции, Лейтенант Келли пересек сцену, сказал Моррисону, что тот арестован, и объявил об окончании концерта. В последовавшей за этим суматохе были также арестованы два журналиста и фотограф, так что широкий резонанс этой истории был обеспечен.

Есть сведения, что по пути в участок Моррисона избили, а затем обвинили в нарушении общественного порядка, непристойном поведении и сопротивлении при аресте. Биллу Сиддонсу пришлось внести залог в полторы тысячи долларов из концертной выручки, и группа тотчас же покинула город. И это было только началом неприятностей Джима с полицией. Через пару лет сам Джим, наверное, удивлялся тому, что полиция так и не выпустила плакатов «Разыскивается» с его портретом, — поводов он давал предостаточно.

И все же год завершился на радостной ноте. Прямо перед Рождеством состоялась свадьба Манзарека, и Джим был на ней самым примерным гостем.

Waiting For The Sun

В первых числах января 1968 г. The Doors вернулись в студию «Сансет Саунд» для записи новой пластинки. И тут появились признаки того, что Робби Кригер назвал «синдромом третьего альбома»: «Как правило, песен в репертуаре любой группы хватает на один, от силы на два альбома. Затем происходит следующее: группа много гастролирует, и у музыкантов нет времени, чтобы поработать над новым материалом. И вот к моменту записи третьего альбома приходится сочинять песни прямо в студии, и это обычно сказывается на результате».

Сначала проблемы с материалом не было: планировалось, что целую сторону пластинки займет эпическая песня-поэма Моррисона «The Celebration Of The Lizard» («Торжество ящерицы»). Подобно «The End», эта вещь от концерта к концерту прошла долгий путь развития и к моменту записи состояла из семи отчетливо различимых частей. Однако в студийном варианте песня просто «не сработала», и только Моррисон остался доволен записанной на пленку версией, которая растянулась на 25 минут. В конце концов, Ротшильду и остальным членам группы сообща удалось разубедить его, и от песни вовремя отказались… хотя одна из ее частей, «Not To Touch The Earth» («He прикасаясь к земле»), в которой имелось некое подобие мелодии, вошла-таки в окончательный вариант альбома. В виде компенсации решено было поместить полный текст «The Celebration Of The Lizard» на вкладке в альбом (с пояснением: «стихи к театральной композиции The Doors). За десять лет, прошедшие со времен „See You Later Alligator“, тема рептилий в рок-музыке значительно обогатилась (ее герои обрели оттенок мании величия). „I am the Lizard King,/I can do anything“ („Я король ящериц, / Я всемогущ“), — провозглашал Моррисон. Выражение „король ящериц“ было просто подарком для журналистов, которые выжали из него все, что могли. Это поощрялось и размышлениями Джима: „Ящерица и змея отождествляются с подсознательными силами зла… Даже если вы никогда не видели змею, она все равно воплощает в себе все, чего мы боимся. Это („The Celebration Of The Lizard“) что-то вроде приглашения, адресованного злым, темным силам“. Позднее Джим безуспешно пытался избавиться от приклеившегося к нему ярлыка „короля ящериц“: „Все это делалось с опенком юмора. Мне кажется, люди не понимают, что подобное не должно восприниматься всерьез. Когда ты играешь роль злодея в вестерне, это не ты, это то, что ты делаешь ради шоу. Я не отношусь к этому серьезно… все это пронизано иронией“. Обсуждались планы театральной постановки „Celebration“, однако это ни к чему не привело, и большинство поклонников группы впервые услышали композицию только в 1970 г. в концертном альбоме „Absolutely Live“.