Развод. Мне теперь можно всё (СИ) - Ясенева Софа

— Хорошо, Дим, поехали, — произношу ровно, без эмоций. — Только побыстрее, я опаздываю.

Он кивает в сторону машины, губы сжаты в тонкую линию.

— Садись. Куда едем?

Мозг начинает лихорадочно искать решение. Если скажу прямо «в больницу», он сразу поймёт, что свидание было выдумкой. Нужно что-то правдоподобное. Быстро перебираю в памяти заведения рядом. Кажется, «Айвенго» неподалёку от нужного мне места. И, что самое забавное, там действительно отличная кухня. При мысли о сочном стейке я сглатываю слюну. Желудок тут же предательски урчит: за весь день я толком и крошки не съела.

— К «Айвенго» вези, — отвечаю с видом, будто у меня и вправду назначена встреча.

Толмацкий чуть дергает бровью, но ничего не уточняет.

— Хорошо.

Мы выходим на улицу. Холодный вечерний воздух обжигает лицо, а его рука на моей спине подталкивает меня к машине. Дверь он открывает резко, жестом, лишённым привычной галантности.

Выезжаем со двора. В салоне стоит гнетущая тишина. Двигатель гудит ровно, стрелка спидометра ползёт вперёд, а у меня будто на груди тяжёлый камень. Я не знаю, о чём говорить, да и не хочу. Наоборот, сейчас я бы предпочла автобус, маршрутку, даже переполненное метро. Лишь бы без этого липкого напряжения, которое висит между нами и мешает дышать.

— И кто он? — вдруг нарушает молчание Толмацкий. Его голос звучит слишком спокойно, но я знаю эту интонацию: это затишье перед бурей.

— Не важно, — отрезаю.

— Для меня важно, — глухо роняет он, не сводя глаз с дороги.

— А я не собираюсь тебе ничего рассказывать.

— Хорошо. Не рассказывай. Я сам посмотрю.

— Ты что, собрался следить за мной?

— Нет, — уголок губ дёргается. — Всего лишь провожу.

Я отворачиваюсь к окну. В голове только один вопрос: как отделаться от него? Мне ведь совсем не в ресторан нужно. А подробности моего здоровья — это теперь больше не его дело.

Толмацкий останавливается в паре десятков метров от «Айвенго», ближе мест нет. Стоит мне только выйти из машины и сделать пару шагов по тротуару, как он тут же догоняет, тяжёлым шагом, будто тень.

— Прекрати меня преследовать, — срываюсь я.

— Чего ты так переживаешь? — в голосе слышна откровенная насмешка. — Я всего лишь хочу понимать, что за мужик настолько смелый, чтобы подкатывать яйца к моей жене.

— Бывшей жене, — подчёркиваю.

— Ещё нет, — его глаза вспыхивают. — Да и не будешь ты моей бывшей. Так что я бы советовал ему свалить в закат, пока цел.

— Советую тебе подписать заявление и не трепать мне нервы, — выпаливаю.

Я останавливаюсь недалеко от входа в ресторан и становлюсь как вкопанная, глядя на него в упор. Ветер подхватывает волосы, но я даже не пытаюсь их пригладить.

— Заходи, чего ты ждёшь? — Толмацкий скользит взглядом по окрестностям, будто ищет глазами того самого мифического мужчину.

— Жду, когда ты уйдёшь, — спокойно отвечаю.

Достаю телефон из сумочки и открываю соцсеть. Начинаю бездумно листать ленту, ставлю лайки наугад, но на самом деле всё моё внимание приковано к нему. Толмацкий стоит чуть поодаль, сверлит меня взглядом, тяжёлым и горячим, как раскалённое железо. И, похоже, не собирается сдаваться. Что ж, я тоже.

Время тянется мучительно долго. Пять минут. Семь. Я упорно молчу, и он тоже. Эта дуэль — кто первый дрогнет.

— Лида, может, хватит? — наконец не выдерживает он. В его голосе слышится злость, смешанная с усталостью.

— Уезжай, — говорю тихо, но твёрдо. — Ты никого здесь не увидишь.

— Почему? Ты мне соврала?

Я лишь отворачиваюсь, молча, делая вид, что читаю экран.

И только спустя десять минут Толмацкий сдаётся: разворачивается, идёт к машине и резко хлопает дверцей. Его автомобиль рывком уезжает с парковки.

Я выдыхаю так, словно всё это время задерживала дыхание.

Неужели всё так просто? Он уехал? Я ещё не верю до конца. Но, выдохнув, почти бегом припускаю ко входу в больницу. Сквозняк в коридоре встречает меня запахом лимонного ароматизатора и лекарств, и я влетаю внутрь, шумно дыша, чувствуя, как сердце колотится где-то в горле.

— Толмацкая Лидия, у меня запись, — выдыхаю администратору.

Через пять минут я уже сижу в кабинете гастроэнтеролога. Белый халат, строгие очки в тонкой оправе — всё это будто придавливает, и я автоматически выпрямляюсь в кресле.

— Что вас беспокоит? — Ирина Васильевна смотрит внимательно, будто сканирует меня.

— У меня пару дней назад было сильное отравление, рвота, жидкий стул, — тараторю, стараясь не упустить деталей. — После этого мучает постоянная тошнота, иногда кажется, что вот-вот вырвет. Особенно по утрам. Аппетита нет совсем, при мысли о еде становится ещё хуже… У меня уже был гастрит, и симптомы очень похожи.

— После отравления вполне может сохраняться подобная симптоматика какое-то время, — задумчиво кивает она. — Вы уверены, что это было именно отравление? Что вы ели в тот день?

— Да всё как обычно, — отвечаю, нервно теребя ремешок сумки. — Готовила сама, не доставка. Ни у кого из семьи не было ничего подобного.

— Тогда вряд ли это отравление. Гастрит возможен, — врач достаёт карту, делает пометки. — Давайте с вами сделаем на всякий случай фгдс.

Я уже готова согласиться, но вдруг она поднимает взгляд и спокойно добавляет:

— Ещё вопрос. Когда у вас были последние месячные?

— Три недели назад, — говорю растерянно. — Но они были очень скудными.

— Давайте поступим так, — врач говорит сухо. — Вы сделаете дома тест на беременность и напишете мне результат. Если отрицательный, дам направление на фгдс. Если положительный, вам нужен гинеколог, а не я.

Её слова повергают меня в шок.

— Но ведь по срокам ничего не сходится, — пытаюсь возразить. — Вряд ли это… оно.

— В моей практике бывало всякое, — пожимает плечами Ирина Васильевна. — Лучше перестраховаться.

Я выхожу из кабинета сама не своя. Стены больницы будто поплыли, шум в коридоре доносится приглушённо, как сквозь вату. Беременность? Серьёзно? Это кажется абсолютно нереальным.

Откуда? Хотя… нет, правильнее спросить: почему именно сейчас? Мы ведь никогда особо рьяно не предохранялись. Обычный прерванный половой акт и всё. Думали, что случится само, когда придёт время. И все эти годы оно «работало». Мы даже шутили, что организм сам решает за нас.

А теперь? Я совершенно не готова. Если это правда… Что я скажу Толмацкому? Он ведь и так вцепился в меня, как клещ, и развод подписывать не собирается. А с такой новостью я точно не смогу убедить его отпустить. Останется только скрыть.

Спокойно, Лида. Не накручивай. Ещё ничего не известно. Может, это просто гормональный сбой, последствия отравления, стресс. Всё, что угодно, только не это.

Я уже придумываю план: по дороге домой зайти в аптеку, купить тест. Дома всё проверю. И тогда станет ясно. Тест окажется отрицательным, и я спокойно пойду на фгдс. Да хоть на колоноскопию, хоть зубы без анестезии лечить, всё что угодно будет легче, чем перспектива с ребёнком от Толмацкого.

С этими мыслями толкаю дверь больницы. И замираю.

На лавочке у входа, раскинувшись вальяжно, как будто мы не играли в «кошки-мышки» весь вечер, сидит Толмацкий. Расслабленный, с ухмылкой на губах.

— Ты за мной следишь? — вырывается у меня.

***

Мои хорошие,

Приглашаю вас в ещё одну новинку литмоба "Дальше без тебя"

Агата Невская "Развод. Не проси вернуться"

https:// /shrt/p6od

Глава 12 Лидия

— Догадался, что ты врёшь, — самодовольно, но спокойно говорит он. — Очень уж ты неуверенно заливала мне про свидание. Если бы у тебя реально оно было, я бы понял сразу. А вот почему ты скрываешь от меня информацию о состоянии своего здоровья — вот этого я не понимаю.