Небольшое приключение - Морин Чайлд

Что за чушь! И с какой стати его это вообще должно волновать? Они не были возлюбленными. Роуз – всего лишь орудие, которое Лукас собирался использовать в своих целях.

Она наклонилась, вынимая что-то из машины. Его взгляд остановился на ее туго обтянутых джинсами бедрах. Черт, желание было почти нестерпимым.

Впрочем, его планам это не мешает. Скорее, наоборот.

– Привет, – поздоровалась она, когда Лукас открыл дверь.

– Привет. – Он спустился по ступенькам, чтобы взять у нее чугунную сковородку. – Зачем ты таскаешь эту тяжесть? У меня полно сковородок.

– Но у тебя нет чугунной, а сегодня она нам понадобится.

Они стояли под уличным фонарем. По скоростному шоссе стремительно пролетали машины, одинокие женщины выгуливали таких крошечных собачек, что казалось нелепым причислять их к собачьему племени.

Ничего этого Лукас не замечал. Его взгляд был прикован только к одной женщине. К Роуз. Ее глаза блестели, губы изогнулись в улыбке, светлые волосы рассыпались по плечам. Впервые она не собрала их в хвост, и Лукасу ужасно захотелось прикоснуться к ним. Погрузить в них пальцы. И притянуть Роуз к себе в долгом страстном поцелуе.

Лукас вдохнул холодный ночной воздух, пытаясь остудить внутренний жар. Он ощутил ее аромат, и его тело болезненно напряглось. Хорошо, если ему удастся дойти до кухни.

Похоже, существует опасность угодить в собственную ловушку, подумал он и, сделав над собой усилие, спросил:

– Что ты сегодня собираешься готовить?

Ошеломленная его хриплым голосом, Роуз направилась в кухню, не ответив на вопрос.

Так. Нужно взять себя в руки. Лукас не сомневался, что его план в принципе осуществим, но не был уверен, что Роуз согласится. По крайней мере, сейчас. «Но скоро», – пообещал он себе.

Очень скоро.

– Это сюрприз, – бросила она через плечо.

Лукас моргнул. Сюрпризов и так было предостаточно. Сюрпризом можно считать и то, как глубоко успел захватить его маленький план мести. Если сюрпризы продолжат следовать один за другим, ему придется туго.

– Ты получил мое голосовое сообщение? – спросила Роуз, когда они проходили по длинному коридору, увешанному семейными фотографиями.

– Если это касается вопроса, вытащил ли я стейки из морозилки, то – да, получил.

Его взгляд был прикован к ее волосам, раскачивающимся в такт шагам женщины. Лукас тряхнул головой и с трудом подавил стон.

Низкие каблуки ее туфель стучали по деревянному полу, и это ему тоже нравилось. Роуз шагала быстро и деловито, а Лукаса всегда привлекали уверенные в себе женщины.

Странно, но он запомнил Роуз совсем не такой. Когда они познакомились, она выглядела очень застенчивой и какой-то отстраненной. Тогда они едва ли обменялись парой фраз. Но, может, в этом был виноват Дейв, который стоял на страже, словно бешеный питбуль?

Лукас помнил, что был заинтригован. И что Дейв его быстро осадил, сразу дав понять, что Роуз – запретный плод. Для всех или только для Лукаса? Теперь он понимал, что Дейв уже давно начал строить свои коварные планы. Он хотел использовать Лукаса для того, чтобы войти в доверие к Кингам. А потом ограбить.

Что, если Роуз была в этом замешана? Может, она была не только тщательно оберегаемой сестрой, но и приманкой? Прекрасной. Соблазнительной. Недосягаемой. Приманкой, до тех пор мелькающей перед глазами мужчины, пока тот не переставал замечать, что происходит вокруг.

Сузив глаза, Лукас наблюдал за Роуз. Напевая, она легко перемещалась по кухне, не выбиваясь из ритма негромко звучащей мелодии. Она выглядела мило. Грациозно. Невинно.

Неужели она была не в курсе? В конце концов, она тоже Клэнси.

Черт побери, почему ему это раньше не приходило в голову? Дейв не позволил к ней приблизиться, но сделал все, чтобы Лукас мог ее рассмотреть. Жертва должна увидеть наживку.

Жертва.

Лукас ощутил гнев. Нет. На это он не согласен. Жертвой он не был. А кем? Доверчивым дураком?

Волна гнева накрыла его. Он в любом случае добрался бы до Дейва. Но то, что Роуз могла быть соучастницей преступления, заставляло его испытывать меньше… нет, не вины, а скорее жалости.

Он с грохотом опустил на плиту чугунную сковородку. Роуз улыбнулась:

– Надеюсь, тебе понравится сегодняшний ужин. К тому же это достаточно просто, так что ты всегда сможешь его себе приготовить.

– Рад это слышать. – Лукас засунул руки в карманы, прислонясь к черной гранитной столешнице.

Слегка нахмурившись, Роуз сняла длинную желтую ветровку, надетую поверх кремовой блузки и черных джинсов.

– Что-то не так?

Он пожал плечами:

– Что может быть не так?

– Ну, не знаю, ты сегодня какой-то… – Она помолчала, потом тряхнула головой. – Ладно, проехали.

Лукас приказал себе успокоиться. Ему не хотелось, чтобы Роуз чувствовала себя неловко.

Он улыбнулся:

– Извини. Неудачный день на работе.

– А что случилось?

– Почему ты спрашиваешь?

«Не станет ли она докладывать обо всем Дейву?» – подумал он. И тут же одернул себя. Похоже, у него начинается паранойя.

– Да так. – Роуз пожала плечами. – Подумала, может, ты хочешь выговориться. Ну, если нет – твое дело.

– Извини еще раз, – произнес Лукас, приглаживая волосы рукой. – Я не собираюсь вымещать на тебе свое плохое настроение.

– Ничего. Разрядка всем нужна.

– Хорошо, что ты понимаешь, – пробормотал он.

– Отец и Дейв без конца обсуждали то одно, то другое. Так что я привыкла к производственным разговорам.

В этот раз Лукас не замер, когда она упомянула имя своего брата. Хотя будь он проклят, если ему не захотелось спросить, что именно говорил о нем Дейв два года назад. Но это невозможно. Пока, во всяком случае.

Поэтому Лукас просто рассказал Роуз, что случилось:

– Одного рабочего контузило. Рухнула стена, и человек пострадал.

На лице Роуз отразилось беспокойство.

– С ним все будет в порядке?

– Да. – Лукас оттолкнулся от столешницы и обошел кухонный островок. – Еще у него сломана нога, так что какое-то время ему придется посидеть дома. Завтра на этот объект приедет другая бригада. Им придется восстановить и укрепить стену… А еще у нас есть заказчица, которая недовольна, что ей поставили забор не той высоты. Похоже, когда она просила сделать высоту пять с половиной футов, то на самом деле имела в виду шесть. И мы должны были это понять.

Роуз сочувственно улыбнулась:

– Мой брат говорит, что с женщинами работать хуже всего.

– Не сказал бы. Мне как раз больше нравится работать с хозяйкой дома. Она обычно знает, чего хочет, и способна принять решение быстрее, чем ее муж. Мужчины стараются оценить ситуацию со всех сторон. А женщина посмотрит, увидит, где что нужно, и просто сделает.

Глаза Роуз были ясными и прозрачными, как небо. На щеках еще оставался легкий румянец от холодного ветра, а когда она облизала губы, горячий клубок сжался в животе Лукаса.

Каждую минуту, проведенную рядом с Роуз Клэнси, ему приходилось сдерживать себя. Была ли она орудием Дейва два года назад? Лукас этого не знал. Возможно, именно эта неопределенность и действовала на него так. Он хотел Роуз. Хотел до колик.

– Оставь их распущенными, – попросил он, когда она подняла руки, чтобы собрать волосы в хвост. – Так очень красиво.

Роуз внимательно посмотрела на Лукаса, удивленная то ли его словами, то ли тоном, то ли тем и другим одновременно. По ее глазам было видно, что ей это приятно, но вместе с тем она была смущена.

– Спасибо. Но когда я готовлю, они мне мешают.

– Ты права. – Лукас кивнул.

Да, он хотел ее соблазнить, но не желал сам попасть под ее чары. Такие женщины очень опасны. Ему вспомнилось предупреждение Шона. Подобные вещи добром не заканчиваются.

Но поздно. Поздно отступать. Он решил изменить тему:

– Что у нас сегодня в меню?

Роуз нахмурилась, вероятно недоумевая, почему внезапно изменился его тон.

– Пирожки с мясом, мексиканский рис и запеченный аспарагус.

– Ну, мне можно доверить разве что аспарагус.

Она рассмеялась. Ее смех словно оживил все вокруг. Лукас улыбнулся. Он соскучился по Роуз. Трудно признаться в этом самому себе, но без нее большой старый дом, который Лукас так любил, стал казаться ему пустым.

Что ж, это вполне объяснимо, успокаивал себя он, глядя, как она привычно суетится в кухне.

Прежде Лукас не приводил женщин к себе в дом. Если у него появлялась подруга, они либо встречались у нее, либо отправлялись в какой-нибудь пятизвездочный отель. Он никого не приводил сюда, потому что подобное приглашение могло быть неверно истолковано. Стоит женщине где-нибудь устроиться, как она начинает думать, что можно рассчитывать на нечто большее, чем короткий роман.

Но с Лукасом такого никогда не случалось.

И сейчас тоже не случится. Его взгляд скользнул по кухне. Этот дом был его святилищем. Его убежищем. И у него не было никакого желания делить его с толпой женщин.