Спасенная любовью - Ханна Хауэлл

Арианна положила на землю дрова и начала раскладывать костер. Мысли о Клоде напомнили ей о ребенке, которого она потеряла. Горечь потери ребенка, которого она так хотела, потери едва начавшейся жизни, до сих пор лежала тяжестью на ее сердце. Когда Арианна росла, она изучила все тонкости целительства, в их клане этому обучали всех женщин, это было традицией. Когда она забеременела, у нее с самого начала было предчувствие, что что-то может пойти не так, что семя ее мужа не укоренилось правильно в ее теле. Ее разум смирился с потерей, но сердце все еще ее оплакивало. Арианна не могла полностью избавиться от страха, что с ней что-то не так. В конце концов Клод вернулся в ее постель, и почти год они снова пытались зачать ребенка, хотя и не очень часто и без энтузиазма с его стороны, но она так и не забеременела снова. Арианне это казалось неправильным, в ее семье женщины отличались плодовитостью. А еще она задавалась вопросом, как случилось, что ее муж подарил Мари-Анн двух сильных здоровых мальчиков, а ей – ни одного ребенка.

– И однажды я застала его с Мари-Анн, – пробормотала Арианна. Воображение рисовало ей разно-образные способы жестокого наказания покойного мужа. Она покачала головой, ей до сих пор было стыдно, что вместо этого она попыталась завлечь его обратно в свою постель. – Слава богу, это безумие не продлилось долго.

Досадуя на себя за то, что позволила предаться мучительным воспоминаниям о браке, унижении и потере, Арианна сосредоточилась на своем занятии: стала резать остатки последнего кролика, которого добыл сэр Брайан. Ей надоело просто глодать мясо, поджаренное на вертеле, и она решила приготовить рагу. Это все равно будет еще одно блюдо из кролика, но по крайней мере другого вкуса, особенно если приготовить его с приправами из запасов Брайана.

– Для меня загадка, как он ухитряется сделать так, что его вьюки все время полны, – пробормотала Арианна, снова качая головой. У сэра Брайана Макфингэла определенно талант добытчика.

В ожидании Брайана Арианна старалась приготовить рагу как можно вкуснее. Она старалась не поддаваться страху. Не обращать внимания на непонятные шумы, доносящиеся из леса, было нелегко, но Арианну отчасти поддерживало то, что лошади вели себя спокойно. Если поблизости появится нечто опасное, животные насторожатся и невольно предупредят ее. Она также старалась не волноваться за сэра Брайана, напоминая себе, что этот человек умеет охотиться и много знает о том, как выжить. За последние три дня он прекрасно это доказал. Оказалось, что он владеет и искусством прокрасться через лес или проскользнуть в деревню не только бесшумно, но и, казалось, невидимо. Арианну разбирало любопытство, ей хотелось расспросить его, как он этому научился, но она помалкивала: не была уверена, что действительно хочет знать ответ на этот вопрос.

Арианна огляделась и обхватила себя руками. Ее окружал темный лес, и она очень надеялась, что Брайан вернется с разведки уже скоро. Пытаться выследить врагов и разузнать, что они делают, было очень опасно. Арианне оставалось только молиться, чтобы сэр Брайан и дальше оставался таким же ловким, каким был до сих пор. При одной мысли, что может его потерять, Арианну охватывал такой ужас, что кровь холодела. Она говорила себе, что это только потому, что она боится остаться одна и никто не поможет ей противостоять врагам, но тихий голосок в ее голове шептал, что это неправда. Арианна твердила себе, что ей просто не хочется, чтобы хороший человек пострадал, сражаясь за нее, но это не помогало.

– Он скоро вернется, – сказала она вслух, глядя на лошадей. Казалось, они согласно закивали. – Обязательно.

Арианна знала, что если сэр Брайан не вернется, она не сможет отправиться на его поиски, и это приводило ее в ужас.

Брайан остановился у самого края леса и погладил жеребца по шее, чтобы животное стояло тихо. Ему не нравилось, что пришлось оставить Арианну одну, но он должен был взглянуть поближе на врагов, которые их преследовали. В отличие от них он мог передвигаться по окрестностям быстро и легко, потому что хорошо знал эти края. Знал он и место, откуда можно наблюдать за расположенной внизу деревенькой, оставаясь незамеченным. То, что он сейчас увидел, его немного успокоило. Их преследователи определенно решили расположиться в деревушке на ночлег. Брайан не сомневался, что люди, за которыми он наблюдал, и есть те самые преследователи Арианны, так как они явно не походили на его соотечественников. Чтобы это понять, ему даже не нужно было слышать их речь – их одежда сказала Брайану все. Проработав достаточно долго с капитаном Тилле, он знал, что носят во Франции. Брайан и предположить не мог, что когда-нибудь это может ему пригодиться не только для того, чтобы определить, какие товары закупать.

Он спешился, привязал коня и стал осторожно спускаться по склону холма. Брайан хотел подобраться поближе, рассчитывая подслушать, о чем говорят их преследователи. Важнее всего ему было выяснить, знают ли враги, в каком направлении едут они с Арианной. Не помешало бы и просто взглянуть на них поближе.

К тому времени, когда он достиг постоялого двора, мужчины уже вошли. Брайан поколебался у входа, но потом, рассудив, что никто из них не знает его в лицо, вошел внутрь. Присмотрев место в темном углу, он сел на скамью. Тут же появилась служанка, и он заплатил за пинту эля. Кружка послужит ему своего рода прикрытием, и он сможет наблюдать за теми, кому так не терпится убить двоих детей, что ради того, чтобы их найти, они готовы рыскать по незнакомой стране. Брайан мог только гадать, какую небылицу они рассказывают, пытаясь разузнать про мальчиков.

Один из мужчин вел себя как главный, хотя остальные повиновались ему с явной неохотой, выказывая мало уважения. Брайан предположил, что это и есть Амиэль, потому что, если то, что Арианна рассказывала о Дево, правда хотя бы наполовину, вряд ли эти люди стали бы обращаться с Дево с таким беспечным неуважением. Это, скорее всего, Амиэль. Брайан попытался представить, насколько он похож на убитого им брата. В облике мужчины, одежда которого больше подходила для появления при дворе, чем для езды по бездорожью, он не разглядел особых признаков, по которым можно было бы заключить, что этот человек способен убить родного брата и охотиться за племянниками.

– Я заплачу за три комнаты и место для лошадей в конюшне, – резко бросил человек, которого Брайан посчитал Люсеттом. – Я займу одну комнату, а вы сами решите, кто будет спать на постоялом дворе, а кто в конюшне с лошадьми.

– Милорд, – начал было один высокий худой, почти тощий, мужчина.

– Кажется, сэр Антон, я не интересовался вашим мнением. Делайте, как я сказал, и оставьте здесь Жака, чтобы было кому мне прислуживать.

Брайан убедился, что это Амиэль Люсетт. Больше никто не вел себя как главный. Некоторые женщины могли бы счесть этого мужчину довольно красивым, но голос и манеры у него были такие, что у большинства мужчин возникало желание его убить. Видя, какие взгляды бросали на Амиэля остальные, когда он не смотрел в их сторону, Брайан подумал, что лорду Люсетту повезло, что он все еще жив. Он подозревал, что этому чудесному везению Амиэль обязан союзу с Дево. Все в его облике было узким или тонким, но Брайан понимал, что это не обязательно может служить признаком слабости. Длинные черные волосы он зачесал назад, пухлые губы были недовольно надуты, что делало его похожим на избалованного ребенка.

– Не могу понять, как они все время от нас ускользают, – пробормотал Люсетт. Сэр Антон попытался удалиться, но он ему помешал. – Я не думал, что эти варвары способны на такое.

«Хорошо, что он говорит по-французски, – подумал Брайан, – а то был бы уже мертв». Подобные оскорбления мало отличались от тех, что любили говорить многие английские аристократы. И его это удивило. Поскольку Шотландия и Франция много лет были скорее союзниками, нежели врагами, ему было странно слышать от французского аристократа такое презрение к его народу. Впрочем, французам по большей части были нужны от них только дополнительные солдаты, чтобы держать давних врагов, англичан, в постоянном напряжении в их собственном доме.

– Лорд Люсетт, это их страна, – ответил сэр Антон. – К тому же хорошо известно, что они умелые воины. Некоторые из них давно уже служат у нас наемниками.

– Живым щитом от стрел, чтобы добрые французские воины могли постоять за ними, пока не минует опасность. Нет, это меня удивляет. Кроме того, я думаю, мы сделали ошибку, что разделились. Нам всего лишь нужно схватить одного из тех, кто помогает этой девке и отродью моего брата, а уж он быстро рассказал бы нам, где мальчишки.

– С какой стати ему рассказывать? Это не их дело, и они ничего от этого не выигрывают.

– Тогда почему они дерутся и даже умирают за эту рыжеволосую шлюху и двух маленьких простолюдинов?