Засуха - Джейн Харпер

Фальк не успел дойти и до середины выжженного двора, когда услышал, как Рако его зовет.

— Эй. Погодите-ка секундочку. — Сержант вытер лоб локтем и сощурился на солнце. — Вы же близко дружили с Люком, да?

— Когда-то давно, да.

— Скажем, Люку нужно было что-то спрятать. Что-то небольшое. Есть хоть какие-нибудь идеи, куда он мог это прикопать?

Фальк на минуту задумался; потом понял, что думать тут особо нечего.

— Может быть. А что это должна быть за вещь?

— Если найдем, покажу.

В последний раз, когда Фальк лежал на этом конкретном газоне, трава была свежей и зеленой. Теперь сухая желтая щетина колола его сквозь рубашку.

Он повел Рако вокруг задней стороны дома, время от времени проверяя ногой доски обшивки. Найдя, наконец, нужную доску, он лег на живот и подсунул палку под низ панели. Чуть скрипнув, та легко отошла и легла ему в руку.

Фальк взглянул вверх, на Рако, который стоял рядом.

— Здесь? — спросил Рако, натягивая рабочие перчатки. — Что же он здесь обычно прятал?

— Да все подряд. Игрушки, чипсы и сладости, когда мы были маленькими. Бухло — попозже. Ничего такого уж особенного. В общем, все то, что дети обычно не показывают родителям.

Рако опустился на колени. Сунул руку по локоть в образовавшееся отверстие и пошарил вслепую. Когда он вынул руку, в ней была пригоршня сухих листьев и очень старая пачка сигарет. Положил все это рядом на землю и попробовал еще. На этот раз ему попались остатки порножурнала, пожелтевшего, с загнувшимися страницами и дырками, которые кто-то проел в самых важных местах. В раздражении он отшвырнул журнал и совершил еще одну попытку, засунув руку как можно глубже. Нехотя вынул. Ничего.

— Давайте, — сказал Фальк, указывая на перчатки. — Попробую я.

Они с Люком перчатками не пользовались, подумал Фальк, засовывая руку в мертвое пространство под домом. Что бы ни водилось под домом, бессмертию детей и подростков оно не угрожало. Он пошарил вокруг, не ощущая ничего, кроме ровной поверхности земли.

— Дайте мне хотя бы намек, что я тут ищу, — прокряхтел он.

— Коробочку. Или что-то вроде упаковки.

Потайное место было пусто. Он вынул руку.

— Прошу прощения, — сказал он. — Много времени прошло.

Колени у Рако сухо щелкнули, когда он, разогнувшись, поднялся на ноги. Он открыл потрепанную пачку сигарет. Вынул одну, посмотрел на нее с сожалением, потом медленно задвинул обратно в пачку. Некоторое время они оба молчали.

— Это все пули, — сказал Рако наконец. — Из ружья, которое убило Хэдлеров. Они не те.

— Не те — в каком смысле?

— Марка не та, которой пользовался Люк. Пользовался, насколько я могу судить, годами. Те три выстрела, которыми был убит он и его семья, были произведены патронами «ремингтон». Все патроны, какие мне удалось найти здесь, на ферме, — это «винчестер».

— «Винчестер».

— Ну да. Я заметил, когда из Клайда опись прислали, и с тех пор это меня грызет, — сказал Рако. — Вот такие дела. Коробка «ремингтонов» — и я был бы счастлив.

Фальк стянул перчатки. Руки у него вспотели.

— А Клайд не может прислать пару человек помочь с обыском на ферме?

Рако отвел взгляд, теребя в руках сигаретную пачку.

— Ну да. Не знаю. Наверное, может.

— Ну да. — Фальк подавил улыбку. Рако, может, и носил отглаженную форму и вел официальные беседы, но Фальк повидал достаточно, чтобы сразу распознать сторонника неформального подхода.

— Может, Люк раздобыл где-то несколько лишних патронов, — предположил Фальк.

— Ну да, такое определенно могло случиться, — ответил Рако.

— Или патроны были последними в коробке, а упаковку он выкинул.

— Ну да. Хотя никаких следов выкинутой упаковки нет ни в мусоре из дома, ни в его пикапе. Уж поверьте, — тут Рако коротко усмехнулся. — Я проверял.

— А где вы еще не смотрели?

Рако кивнул на вынутую Фальком доску.

— На этой ферме? Я думаю, можно официально считать обыск законченным. — Фальк нахмурился. — Это немного странно.

— Ну да. Вот и я так подумал.

Фальк ничего не сказал, только молча смотрел на Рако. Тот сильно вспотел. Лицо, руки и одежда у него все были в грязи и пыли после розысков в удушливой жаре амбара.

— Что еще? — спросил Фальк.

Молчание.

— Что вы имеете в виду?

— Столько усилий. Все утро на четвереньках в амбаре мертвого человека, на такой-то жаре, — сказал Фальк. — Должно быть что-то еще. Или, по крайней мере, вы думаете, что оно есть.

Наступила долгая пауза. Потом Рако вздохнул.

— Да, — сказал он. — Есть кое-что еще.

Глава пятая

Они сидели на колкой сухой траве у дома, вытянув ноги и привалившись спинами к стене рядом с панелью, под которой скрывался тайник. Выжимая все что можно из узенькой полоски тени, пока Рако быстро излагал факты. Он начал говорить со слегка отстраненным видом человека, которому уже приходилось все это рассказывать.

— Сегодня будет ровно две недели с того дня, — сказал он, обмахиваясь потрепанным порножурналом. — Курьер привез посылку и обнаружил Карен. Позвонил в службу спасения. Звонок поступил около 5:40 вечера.

— Вам?

— И в Клайд, и местному врачу. Диспетчер ставит в известность нас всех. Врач был ближе всех, так что он оказался на месте первым. Доктор Патрик Ли. Ты его знаешь?

Фальк потряс головой.

— В общем, сначала появился он, потом, через пару минут, подъехал я. Я подъезжаю, а дверь открыта, и доктор склонился над Карен в прихожей, проверяет признаки жизни или что они там в таких случаях делают. — Рако надолго замолчал, глядя невидящими глазами на деревья вдали. — Я никогда с ней не был знаком, не знал даже, кто она, но он ее знал. Все руки в ее крови. И кричит, прямо, знаете, орет на меня: «У нее дети есть, тут могут быть дети». Так что…

Вздохнув, Рако открыл старую пачку Люковых сигарет. Сунул одну в зубы, предложил пачку Фальку, который, к собственному удивлению, тоже взял сигарету. Он не мог припомнить, когда в последний раз курил. Запросто могло быть на этом самом месте, с лучшим — теперь мертвым — другом. Почему-то казалось правильным взять сигарету именно сейчас. Фальк затянулся и вспомнил, почему свое время с легкостью забросил эту привычку. Глубокий вдох, запах табака мешается с ароматом эвкалиптов — и тут ощущение, что ему опять шестнадцать, окатило его, как никотиновый приход.

— В общем, док орет, и я несусь в дом. Понятия не имея, кто внутри и что я там обнаружу. Может, кто-то вот-вот выскочит из-за угла с пушкой в руках. Хочу позвать детей, и тут до меня доходит, что я даже имен их не знаю. Так что я ору: «Полиция! Все порядке, выходите, вы в безопасности», что-то в этом роде. — Он глубоко затянулся, припоминая. — А потом я слышу этот плач — такие, знаете, вопли — и бегу на звук, не зная, что там, впереди. Захожу в детскую и вижу в колыбели эту малышку, и верещит она благим матом. Честное слово, не думал, что так обрадуюсь ребенку, который голову себе готов оторать.