Тени Персея-2 - Сергей Радин

И мы прошли шестой уровень трижды, пока Ариадна не убедилась, что лучше его пройти нельзя. Потом она ушла в свою каюту собираться, а я остался и немного "погулял" по уровням посложнее. И только на предпоследнем нашёл то, что долго и тщетно искал. Разработчики игр решились сами сотворить примерные глаза одной зверюге. Едва "саранча" бросилась ко мне, я остановил игру и вгляделся в застывшую морду с замершим на полпути языком-сетью. Глаза ей придумали неплохие: маленькие, злобные, как у большинства компьютерных монстров. Но разработчики игр решили, кажется, немного подшутить над игроками: они нарисовали "саранче" человеческие глаза.

Меня почему-то это встревожило.

5.

Ой, какой же я дура-ак…

Впрочем, самокритикой я занялся спустя сутки, а то и больше после приземления на планету Роща.

Само приземление помню очень смутно. Сказалась почти бессонная неделя в игровом зале. На переходе из лайнера в шлюп-перевозчик с орбиты я впал в дремоту, настолько сильную, что пару раз умудрился на ходу отключиться. Глаза открытые, а темно. Спасибо Барри: он тащил меня почти за шкиряк и не давал упасть. Помню, в шлюпе усадил меня в кресло. Здесь я полностью заснул. И так крепко, что потом, уже на планете, снова в полусне брёл за Барри, ничего и никого не замечая. Сейчас я даже не могу сказать точно, приснился ли мне тот тип из охраны Ариадны, оглянувшийся на нас, когда Барри выволакивал меня из шлюпа после посадки в порту, или всё-таки он был на самом деле. Помню очень смутно первое впечатление от Милоша - что-то огромное и громкое. И весьма красное. Это потом, выспавшись, я выяснил, что он красно-рыжий. А огромный… С меня ростом. Только в отличие от меня, как шутят, организм у него был растущий вширь.

Итак, едва мы с Барри вышли за ограду космопорта в переход к пассажирским залам, нас Милош и перехватил. От его рыка я сморщился. А поскольку приятели сочли необходимым пообниматься после долгой разлуки, я немедленно отключился. Легко так съехал по стеночке, к которой прислонился, обнял себя за плечи (прохладно показалось после духоты в шлюпе-перевозчике) - и блаженно задрых.

Дальше ничего не помню: мелькали какие-то смутные, неопределённые тени, время от времени проплывал мимо сириусец, иногда в поле зрения появлялась ярко-красная гора и рокотала что-то своё, горное.

Проснулся - сна ни в одном глазу. Ресницы распахнул - где это я? Потолок низкий, комнатушка тесная, кровать узкая, больше похожа на топчан, - и сумерки, приглушённая полоса света из приоткрытой двери.

Из просвета выдвинулась круглая голова и голосом Барри осведомилась:

- Ну что, проснулся, что ли? Есть хочешь?

На последнюю фразу мой живот пробурчал что-то с неподдельным воодушевлением. Голова довольно хрюкнула: "Гы-гы!.." и пропала за дверью.

Я сел - ноги сразу упёрлись в пол. Ага, мало того что топчан, так ещё и низкий. Камора не то что тесновата, но помещались в ней кроме кровати широкий табурет с одного конца кровати и тумбочка с другого.

Сел - и сразу зябко стало. Так. Раздели до трусов. Почему же спал - тепло было? Сунул руку под одеяло. Ага, с подогревом. Разобравшись потихоньку что к чему, я разыскал в тумбочке свою одежду и вскоре вышел.

И оказался в темном, тесном коридоре. Впереди сиял светом проём двери - к нему я и направился. И, только перешагнув порог, понял, где нахожусь. Шлюп. А я вошёл в кают-компанию. Тенорок Барри безнадёжно утонул в приветственном грохоте Милоша.

Мне понадобилось три дня, чтобы привыкнуть к дикции Милоша. Грохотал он слишком быстро, будто сжёвывая слоги и концовки слов. Иной раз его не понимал и сириусец. Я же воспринимал произносимое рощичем (в третьем поколении от землян) с полуслова. Милош даже проникся ко мне благодарностью, что я не переспрашивал после каждой его реплики.

Как выяснилось, проспал я около полутора суток. С наивным добродушием подсчитав все пропущенные мной завтраки и обеды, Милош было вознамерился накормить меня до отвала. Но от щедро накрытого стола я отвалился быстро: куска мяса, нежного, сочащегося парным соком подливы, мне хватило, чтобы утихомирить живот. С удовольствием попивая апельсиновый тоник под беседу двух друзей, обсуждающих мою худобу и диету для быстрой поправки, я огляделся.

Кают-компания (для обычного шлюпа) неплохих размеров. Мой взгляд только начал скользить по интерьеру, как почти сразу наткнулся на кресло со знакомыми приспособлениями.

- Ты играешь в виртуал-гейм? - пожелал убедиться я.

Ответа не разобрал, но утвердительные интонации уловил. Поскольку Милош продолжал невразумительно, но азартно рычать далее, Барри счёл нужным выступить в качестве переводчика:

- С тех пор как он заключил контракт с компанией из Голконды, он играет только с "саранчой". Скупает все игры с ней. Если тебе надо, можешь сидеть сколько угодно.

В общем, как я понял, Милош был из бзикнутых на Голконде. Жил он, и очень давно, на личном шлюпе, потому что тесное помещение его не пугало. Казалось бы, великану необходимо помещение, соответствующее его габаритам. Отнюдь. Он просто обожал маленькие уютные конурки. Полиция Рощи Милоша не трогала, так как шлюп стоял обычно среди вагончиков в трейлерном городке - сразу за оградой космопорта.

Нам предстоял месяц ожидания погрузки и оформления наших с Барри документов. Обоих я посвятил в предварительные расчёты уничтожения "саранчи". Предполагалось наличие не огнестрельно-лучевого оружия, а обычных арбалетов, правда, несколько усовершенствованной конструкции. Но это всё потом. Меня больше всего волновала скорость передвижения "саранчи". Я снова сидел в кресле, "удирал" от зверюги и вспоминал Ариадну. Почему у неё получалось так легко двигаться, тогда как мне приходится быть в постоянном напряжении?

На второй день сидения я и хлопнул себя по лбу: "Ой, какой же я дура-ак!.." Нет, это я не сообразил, как надо вести себя с "саранчой". Это я сообразил, что моё эпохальное открытие насчёт уязвимости глаз зверюги очень хорошо известно тому самому комментатору. Просто компания скрыла факт, выдвинув вперёд версию, до которой вот-вот додумается любой, кто мечтает быстро и безболезненно разбогатеть.

Не скажу, чтобы прозрение меня расстроило. Ну, в первые часы я, конечно, попереживал насчёт собственной наивности. Но времени на чувства, далёкие от дела, маловато. И я вернулся к играм. И к воспоминаниям об Ариадне.

Я так зациклился на загадке её быстрых побед в играх с "саранчой", что в один прекрасный день даже не удивился, увидев Ариадну на пороге кают-компании.

То есть не совсем так. Сначала удивился.

Потому как сначала в кают-компанию влетели испуганные Милош и Барри, которые должны были заниматься ревизией загружаемых трюмов космогрузовика. За ними уже не спеша вломились громилы в кожано-пластиковых одеяниях, сплошь выпуклых в местах небрежно спрятанного оружия. Когда они плотно заняли половину кают-компании, вошёл странный тип из тех, о ком я знал, но никогда не видел воочию. За ним - понурая Ариадна.