В последний раз - Aleksandrova Vera

– Всё нормально, мам, – успокаиваю я её, продолжив идти по двору.

Выйдя за ворота, вижу БМВ старого образца. Костя стоял рядом, разговаривая с кем-то по телефону. Заметив мое приближение, мужчина, не прекращая разговора, направился ко мне на встречу и взял сумку, положив её в багажник. Я в удивлении ожидала рядом, глядя на его маневры. Давно за мной никто так не ухаживал. Вернее, почти никогда. Посмотрев на меня застывшую, Костя обошел свое авто и открыл мне пассажирскую дверь, кивнув во внутрь машины. Хоть на дворе был октябрь, погода в столице еще была приемлемой. На улице было сухо, хотя и прохладно.

Сев в машину, я заметила, что она явно любима хозяином. Салон вычищен и прибран, нет потертостей и трещин, характерных для подержанных машин. После того ужаса, что я испытала в дорогущей машине с сестрой, это уютное авто, было то, что надо. Пока я разглядывала его машину, Костя продолжал разговор на улице, расхаживая передо мной, давая тем самым хорошенько разглядеть себя.

Ну, что сказать, блондинчик был хорош собой. Фигура что надо, а попка была классной и явно упругой. Черт, отсутствие секса явно начинает сказываться на мне! Мне же блондины не нравятся, а уж этот любитель скоростного сближения и подавно не значился в списке предполагаемых любовников. Хотя на данный момент этот список был совершенно пуст. Черные джинсы, синяя футболка и коричневая кожаная куртка делали этого мужика просто красавцем.

Пока я обнуляла список своих предполагаемых любовников, мой водитель уже закончил свои телефонные переговоры.

– Заскучала без меня? – хитро подмигнув, спросил мужчина, садясь на водительское сиденье.

– Не успела, – фыркнула я, улыбнувшись его лукавой улыбке. – Костя, только езжай помедленней, я не переживу сегодня еще одной лихой поездки.

– Твоя сестра родилась с мотором вместо сердца, – хохотнул мой водитель, заводя двигатель. – Лихо она прокатила тебя. Мы со Стасом офигели на крылечке, когда вы парковались.

– О! Не напоминай, – закрыв глаза, простонала я. – Поверь, я вспомнила все молитвы, какие когда-либо слышала.

– Ты сильно испугалась? – удивленно и участливо спросил Костя.

– Она в Питере так не гоняла, – убежденно воскликнула я, вспоминая, как сестра аккуратно парковалась, когда мы катались за покупками.

– Со временем приходит опыт и уверенность, – произнес мужчина, улыбаясь. – Я помню, как сам учился кататься на байке.

– Ты тоже лихач? – фыркнула я, слегка повернувшись на сиденье к Косте.

– Нет, уже нет, – усмехнулся со вздохом мужчина. – Я катаюсь для удовольствия. Байк – это для души.

– А я боюсь летать, – поджав губы, спокойно призналась я в своей фобии.

– Самолет – самый безопасный вид транспорта, – убежденно произнес Костя. – Бояться нечего.

– Но мне это не помогает, – отмахнулась я. – Я вообще не понимаю, как тонны железа летят по воздуху.

Костя засмеялся, при виде моего возмущенного недоумения, и включил музыку. Из динамиков полилась мелодичная композиция, совершенно неподходящая этому мужчине. Удивленно смотрю на улыбающегося Вольского, и поясняю свое изумление:

– Удивлена выбором музыки или это радио?

– Порой надоедает клубная музыка, – пожал плечом мужчина.

– Даже хозяину ночного клуба? – фыркнула я, поворачиваясь к нему еще больше.

– Особенно ему, – фыркнул Костя.

Мы едем в тишине, наслаждаясь мягким джазом. На удивление, мужчина ведет машину медленно. Такая езда, спокойная музыка и присутствие Кости умиротворяюще действует на мои взбудораженные нервы. Я стала пристально рассматривать своего водителя. Кожаная куртка подчеркивала брутальность этого мужчины, сосредоточенный взгляд, направленный на дорогу, делал его серьезным и сексуальным. Неосознанно я стала осматривать его как женщина, выбирающая себе любовника.

– Света, прекрати, – тихо произнес Костя, прерывая моё любование этим прекрасным образчиком самца.

– Что прекратить? – удивленно интересуюсь я, отрываясь от рассматривания его штанов и массивных ботинок.

– Прекрати так смотреть, – пояснил мужчина, не отрывая взгляда от дороги.

– Как? – усмехнулась я, понимая, что откровенно дразню его.

– Свет, если у меня встанет – ты ляжешь, – усмехнулся Костя, посмотрев на меня.

– Кость, если у тебя встанет – это будет твоей проблемой, – фыркаю я, садясь ровно и глядя на дорогу.

– Ах, так! – воскликнул Вольский и съехал на обочину, глуша мотор.

Я в удивлении расширила глаза, а он, повернувшись ко мне, спокойно сидит, осматривая меня.

– Кость, не глупи, – фыркаю я, не глядя на него.

За окном автомобиля лес и пустынная дорога. Пейзаж красивый, но перспектива топать пешком в обе стороны меня не радовала.

– Света, тебе говорили, что ты язва? – иронично нахмурившись, спрашивает с улыбкой Костя.

– Да, – отвечаю я, спокойно глядя на пространство перед машиной. – Меня называли и хуже.

– А как называют девушку, которая кидает меня в «черный список»? – хитро спросил мужчина, улыбаясь во весь рот.

– Умной? – вскинув бровь, предполагаю я, продолжая смотреть вперед.

– Ой, лиса! Ой, лиса, – покачал головой Костя, смеясь и продолжая пристально смотреть на меня. – Не хочешь меня, да?

– А должна? – фыркаю я, повернув голову к нему. – Кость, заводи мотор уже.

– Конечно, но для начала ты меня поцелуешь, Пташка, – нагло улыбнулся Вольский.

– Я смотрю, ты в чудеса верить еще не перестал, – смеюсь я, не собираясь исполнять его возмутительную просьбу. – С чего ты взял, что я кинусь целовать тебя?

– Потому что я сейчас кинусь целоваться, – хохочет Костя.

– Харош шутить. Поехали, – фыркаю я, кивая на руль автомобиля.

– Кто сказал, что я шучу? – усмехнулся мужчина, похлопав себя по бедру. – Пересаживайся ко мне.

– Ты обещал не приставать, – напоминаю я, с улыбкой глядя на этого кота.

Угрозы не чувствовалось, даже наоборот, было приятно. Костя волновал мою кровь, и ограниченное пространство машины способствовало этому, как не что иное. Вдруг по корпусу машины забарабанил дождь, делая обстановку интимнее.

– Я передумал, – тихо проворковал мужчина, протягивая ко мне руки.

Приобняв меня одной рукой за талию, Костя погладил моё лицо.

– Ну что, Пташка, больше тебе лететь некуда? – шепчет мне мужчина, прежде чем поцеловать.

Поцелуй был нежным и неожиданно ласковым. Костя не стремился сожрать меня с потрохами, как делают некоторые мужчины. Неспешно и даже лениво он пробовал меня на вкус. Я давно не чувствовала ласки и откровенно соскучилась по близости другого человека. Став отвечать на его нежность, я сама дала согласие на большее, хотя еще несколько минут назад этого не планировала. Костя перетянул меня к себе на колени, но я все же задела попой клаксон, который резко вырвал меня из сладких грез.

Мы замерли, когда гудок стих, смотря друг другу в глаза. Что-то было в этом моменте волшебное. И его глаза, и дождь за окном, и музыка, и то, что творилось со мной в его объятьях, все сложилось в единое «да». Погладив его по щеке, я сама наклонилась для поцелуя.

– Один раз, Кость, – тихо прошептала я, у самых его губ.

– Хорошо, – ответил мужчина, став целовать меня жарче.

Этот поцелуй уже был другим. Страсть разгоралась между нами, словно пламя, охватившая хворост. Одежда летела в разные стороны, и я сама помогала ему обнажить нас. Как-то очень быстро я оказалась голой на нем, обнаженным по пояс. Мужские объятья были словно раскаленные прутья, приковывающие меня к Костиной груди. Я не отрывала губ от него, отчаянно целуя. Слов не было, и мы не нуждались в них. Ласки были то нежными и намеренно замедленными, то стремительными и дерзкими. Секундное замешательство, пока Костя надевал защиту, дало мне время обдумать, действительно ли я хочу этого. Посмотрев на своего любовника, понимаю, что дать заднюю не получится. Этот донжуан уже не упустит своего шанса. Бросив взгляд на часы на своей руке, я успела отметить время.