Самое сокровенное - Ронда Гарднер

В какой-то момент Ида поняла, что ей лучше уйти — иначе она за себя не ручалась. Она поднялась, прерывая одну из сестер на полуслове.

— Если вы увидите мать до того, как уедете… — Ида прекрасно знала, что они ускачут, как только она закроет входную дверь, — можете передать ей, что меня не будет сегодня вечером.

Как будто они этого и так не скажут!

Ида вышла, чувствуя, что ее уже начинает мутить от них. Конечно, она любила сестер, но, видит бог, слишком часто их жадность и беспринципность просто доводили Иду до белого каления.

Стоял великолепный летний день. Ида решила, что успеет съездить в магазин и купить кое-какие мелочи. К тому времени, как она вернулась домой, сестры уже отбыли, а мать собиралась на ланч с друзьями.

— Куда ты сегодня идешь, дорогая? — поинтересовалась Лаура Пеллинг, уже направляясь к двери.

— На концерт с одним знакомым. — Такой ответ показался Иде самым подходящим: ее родительницу хватил бы удар, если бы она узнала, на какой именно концерт Ида собиралась повести Криса Каннингтона. — А ты будешь сегодня вечером дома?

Ей очень хотелось перевести разговор на нейтральную тему, и в другой раз ее мать обязательно подробно описала бы свои планы. Но не сегодня!

— Я ужинаю с Джеймсом. Он заедет за мной в семь. А когда ты уходишь?

— В половине седьмого, — ответила Ида.

— О! И мистер Каннингтон заедет за тобой?..

Лаура Пеллинг замолчала, осознав, что проговорилась: ведь дочь не сказала, как зовут ее знакомого. Ида даже сочувственно улыбнулась матери — обычно та была более осторожна.

— Я тебя с ним познакомлю, если ты еще не уедешь, — предложила она и тут же пожалела об этом: теперь ей не удастся незаметно выскользнуть из дома, когда подъедет Крис.

Иде есть не хотелось, но она пошла на кухню выпить чашку кофе с миссис Марлоу. Когда экономка спросила, что приготовить на ужин, Ида поняла: мать не предупредила, что не будет ужинать дома. Вспомнив, что завтра выходной, она решила отпустить миссис Марлоу домой до понедельника.

— Ах, что вы, мисс Пеллинг! Я не могу! — запротестовала экономка.

Но через полчаса Ида уже махала рукой удалявшейся машине. Ей с трудом удалось убедить миссис Марлоу, что, если ее матери захочется чаю утром, она сама ей его подаст. Более того, это трудно себе представить, но миссис Пеллинг сама способна вскипятить воду! К этому сообщению миссис Марлоу отнеслась особенно недоверчиво, но Иде все-таки удалось убедить ее.

Наскоро перекусив, Ида поднялась в свою комнату, размышляя, какое бы платье надеть сегодня вечером. Если уж она пригласила мистера Каннингтона в столь экзотическое место, ее вид должен соответствовать случаю.

Позже она услышала, как вернулась мать, и сказала ей, что отпустила на выходные миссис Марлоу:

— Она очень много работает, и если мы хотим, чтобы она у нас осталась…

— Можешь не продолжать, — согласно кивнула Лаура Пеллинг и улыбнулась младшей дочери.

Поразительно! Ни слова возмущения! Вот что делает с людьми возможный визит Криса Каннингтона!

— Хочешь чаю? — предложила Ида.

— О, я так сыта, что не могла бы съесть ни кусочка! Слава богу, до ужина с Джеймсом еще несколько часов.

Ида улыбнулась: ее мать вела нелегкую жизнь.

— Я, пожалуй, пойду вымою голову, — сказала она и огорчилась, заметив понимающий взгляд матери: не хватало еще, чтобы мать подумала, будто это ради Криса!

Стоя под душем и намыливая волосы шампунем, Ида все никак не могла успокоиться. В конце концов, она всегда моет голову! В ее сегодняшнем свидании с Крисом нет ничего особенного! Впрочем, это не совсем так, призналась она себе, поскольку после сегодняшнего вечера он меня больше никогда никуда не пригласит. Но ей было на это совершенно наплевать!

Однако чем меньше оставалось времени до половины седьмого, тем больше Ида нервничала. Сама не понимая почему, она не на шутку волновалась и даже поймала себя на том, что минут за пятнадцать до назначенного срока стала смотреть из окна спальни, не видно ли машины Криса.

Вскоре она действительно увидела машину, но не ту. Ида едва могла поверить своим глазам, когда заметила подъезжающий к дому автомобиль Сильвии! Глэдис сидела рядом с сестрой — должно быть, Сильвия забрала ее по дороге. Ида не сомневалась: они приехали исключительно ради того, чтобы познакомиться с Крисом Каннингтоном, увидеть его своими глазами.

Ее охватили ужас и отвращение. Как они посмели?! Пару минут спустя она вылетела из своей комнаты и побежала вниз, чтобы высказать им все, что о них думает, и заставить их уехать до того, как появится Крис.

У сестер остались ключи от дома, и, когда Ида появилась в холле, они как раз открывали дверь.

— Что за… — только и успела проговорить она, как ее мать показалась в дверях гостиной, бросив на ее костюм явно неодобрительный взгляд.

— Боже правый, Ида! — воскликнула Лаура. — Ты не можешь идти в таком виде!

Ида резко обернулась.

— Не понимаю, что тебя не устраивает.

Сестры поспешили объяснить ей:

— Ты не можешь в этом платье пойти на концерт! — почти вскричала Сильвия.

— А что ты сотворила со своими волосами?!

Глэдис явно не понравилось, что Ида не собрала волосы в пучок, как обычно, и они сейчас рассыпались золотистой волной по спине.

— Ты не надела чулки! — ужаснулась мать.

— Сейчас жарко, и к тому же… — Ида вдруг обнаружила, что начала оправдываться перед ними.

— Могу я присоединиться к вам? — раздался от дверей ироничный мужской голос — и она чуть не умерла от смущения.

— О, Крис… привет. Заходи, пожалуйста, — призвав на помощь всю силу воли, как можно спокойнее проговорила Ида. Она безуспешно надеялась, что, войдя с улицы, где было яркое солнце, в полумрак холла, он мог не заметить ее раскрасневшегося от ярости лица. — Я… э… готова, только возьму сумочку, — добавила она и уже хотела уйти, как мать напомнила ей о хороших манерах.

— Ты разве не собираешься нас познакомить, дорогая? — спросила она со слащавой улыбкой.

— О, простите!

Ида постаралась взять себя в руки, что в принципе давалось ей с трудом в присутствии Криса. Не глядя ему в глаза, она быстро представила их друг другу и, когда все обменялись рукопожатиями, пробормотала:

— Извините! — И бросилась наверх по лестнице.

— Пойдемте в гостиную, Крис, — услышала она голос матери и разрыдалась.

Теперь ее уже совсем не привлекала идея повести Криса на злополучный концерт. То, что она мечтала утереть ему нос, уже не казалось ей таким уж остроумным. Она не хотела никуда идти. Ей вообще не хотелось больше спускаться вниз. О, небеса! Она боялась даже представить себе, что успели наговорить Каннингтону мать и ее сестры, — Крис был слишком проницателен, чтобы не разгадать, что стояло за их вкрадчивыми настойчивыми расспросами…