Газета Завтра 938 (45 2011) - Газета Завтра Газета

Расстроенные старушки стали собирать разбросанные подарки в полной уверенности, что они прожили жизнь неправильно, нечестно, не по-христиански. Затем они молча разошлись по домам.

Мы говорим, что единственная консолидирующая по принципу добра и нравственности сила в обществе это церковь. Так оно и есть. Но вся ли церковная рать готова к той миссии, которая нынче возложена на них Богом? Все ли батюшки достойны того места, на котором они находятся и того значения, которым их награждает общество? Примеров небрежного отношения к душе человеческой много.

Снимая фильм об Иоанне Кронштадтском, приехав в Питер в Ивановский монастырь, я задал местному батюшке вопрос о жизни отца Иоанна. "Нет, мне некогда", — ответил тот, "Впрочем, матушка Нектария, возможно, вам поможет". Подошла матушка Нектария, двадцатилетняя девушка, которая, по всей видимости, не окончила какой-то ленинградский университет и ушла в монастырь. Она начала так: "На какую публику рассчитан ваш фильм, на людей образованных, мыслящих, которые разбираются в жизни, или на быдло?". Озадаченный вопросом, я не сразу нашёл, что ответить. В итоге сказал: "Наверное, всё же для быдла". Возмущённая матушка парировала: "Тогда нам не о чем с вами разговаривать. Вы совершенно интеллектуально не готовы к этой работе", довольная собой она исчезла. Примеры можно приводить ещё долго, но не это определяет суть православной традиции в России.

Вспоминается эпизод совершенно противоположного смысла. Я был в Псково-Печерском монастыре. Поехал туда во многом случайно с уже опытными паломниками, которые в очередной раз направлялись на встречу с батюшкой Иоанном Крестьянкиным. Сразу удивила та простота, с которой он к нам вышел. Такое ощущение, что батюшка отлучился лишь на минуту после многочасового разговора и вдруг вернулся. Между нами не было границы из высокомерия. Отец Иоанн сразу начал говорить, словно он продолжал давнюю беседу. И доносил он, в общем-то, простые вещи. Говорил, что не стоит думать, что завтра мы ещё всё успеем, что сегодня некогда обдумать важные вещи, а тем более, их сделать, что время ещё придёт. Нет, оно никогда не приходит.

Я стоял в отдалении и жадно слушал. Наконец, батюшка неожиданно делает ко мне несколько шагов и говорит: "И не надо думать, что все люди кругом дураки, что все ничтожества, это далеко не так. Да, люди не выдерживают иногда тяжёлой нравственной жизни. Но их за это надо простить, потому что на то и дана жизнь, чтобы ошибаться, но идти, идти вперёд. Не все настолько дураки, как нам кажется. Людей нужно понять и принять, несмотря ни на что". И он ушёл.

Поразительно, но именно об этом я думал в то время. Находясь в состоянии гордыни, мне все вокруг казались ничтожествами, ими буквально кишел весь мир. И вдруг об этом сказал отец Иоанн Крестьянкин. Я слушал, что он говорил другим, и вдруг он снова ринулся ко мне и, будто бы продолжая, сказал: "Нет! Одиночество — не выход. Если человек уходит в затвор, он не одинок, наоборот, он с Богом. А вот если он отсекает всё от себя — это гордыня". И батюшка вновь ушёл. Я был поражён, потому что в то время на моём столе долго лежал незаконченный рассказ "Одиночество", и приблизительно те же мысли, о которых говорил отец Иоанн, витали в моей душе.

Встреча не прошла даром. Я переосмыслил свою жизнь и стал другим человеком. Гордыня, как мне казалось, была побеждена. И всё это произошло будто бы случайно.

Что главное и что победит в нашей жизни? Любовь к человеку, вера, трогательное и чуткое отношение к душе или чванливое, высокомерное, гордое, пренебрежительное общение с паствой?

Сергей Загатин -- Узел кривосудия

В конце октября - начале ноября, практически одновременно, завершились обвинительными приговорами сразу три громких судебных процесса — дело об убийстве Юрия Волкова, дело об убийстве Егора Свиридова и дело о беспорядках на Манежной площади, произошедших 11 декабря 2011 года. Есть основания думать, что и судебные решения по данным делам, и сам процесс судопроизводства были в значительной степени синхронизированы, и вопрос, "кому, сколько и за что", решался более-менее централизованно.

В самом деле, три этих, без сомнения, нашумевших уголовных дела, объединяет причинно-следственная связь. Но если правохранители не склонны связывать дело об убийстве Юрия Волкова и дело об убийстве Егора Свиридова между собой, не отрицая их несомненной связи с делом о погроме на Манежной площади, то лично мне представляется несколько другая картина.

Дело об убийстве Юрия Волкова и об убийстве Егора Свиридова, несомненно, связаны между собой напрямую и без фарса с осуждением бунтовщиков с Манежной площади.

В самом деле, если бы правохранительные органы адекватно и беспощадно, в соответствии с духом и буквой закона, отреагировали на убийство 23-летнего ассистента режиссёра телеканала "Россия 2" Юрия Волкова, то, с большой долей вероятности, убийство Егора Свиридова не могло бы произойти вообще.

Как известно, в ночь на 10 июля 2010 года Волков находился на Чистопрудном бульваре в компании знакомых юношей и девушек, возвращаясь с концерта. У входа на станцию метро "Чистые пруды" они начали прощаться, и в этот момент произошёл конфликт с тремя агрессивно настроенными уроженцами Чечни. Волков был убит первым же ударом ножа, двое его спутников получили ножевые ранения.

Нападавших задержали прибывшие на место преступления сотрудники милиции. Причём, 22-летний Ахмедпаша Айдаев, 24-летний Бекхан Ибрагимов и 24-летний Магомед Сулейманов даже и не пытались скрыться. Выбросив нож в ближайшие кусты, они спокойно прогуливались неподалеку. Даже успели познакомиться с какими-то девушками.

Тем не менее, из троих задержанных чеченцев, двое, несмотря на то, что они являлись подозреваемыми в убийстве, были отпущены сразу, а позже Магомед Сулейманов вообще перешёл в разряд свидетелей, несмотря на то, что, по показаниям ряда очевидцев происшествия, именно он нанёс удар ножом.

Есть мнение, что у Магомеда Сулейманова много высокопоставленных и очень обеспеченых родственников, а родня Ахмедпаши Айдаева попроще и не имеет таких хитрых возможностей, которые нужны для того, что бы убийцу запросто отпустили под подписку о невыезде.

В результате чего 4 ноября 2011 года Ахмедпаше Айдаеву вынесен приговор — 17 лет колонии строгого режима, Бекхан Ибрагимов приговорен к 6 годам лишения свободы, Магомед Сулейманов гуляет на свободе. Справедлив ли это приговор? С учётом того, что дело, как говорится, знаковое, сродни процессу Тихонова-Хасис, логично было бы ожидать пожизненного лишения свободы либо Айдаеву, либо Сулейманову.

Однако, даже прокурор ограничился полумерами, запросив всего 20 лет лишения свободы Айдаеву.

Особо отметим то обстоятельство, что Юрий Волков работал ассистентом режиссёра на телеканале, занимался кикбоксингом, в спортклубе дружил с представителями разных национальностей и не имел никакого отношения к "неонацистам".

Тем не менее, защитники кавказских юношей всё время пытались представить дело так, что произошла драка между "страшными и ужасными скинхедами" и скромными студентами с Кавказа, мотивируя это тем, что акции памяти Юрия Волкова и определённое информационное и правовое давление на правохранительные органы с целью заствить их выполнять требования закона, оказывали, в первую очередь действительно футбольные фанаты и националисты.

Давно известно, что безнаказанность развращает. Очень обидно, что многие заслуженные и уважаемые люди из кавказских диаспор забыли об этом, поскольку главный фигурант следующего громкого дела (об убийстве болельщика Спартака Егора Свиридова) — Аслан Черкесов, служит живым подверждением данного принципа.

6 декабря 2010 года на автобусной остановке возле дома 37 по Кронштадтскому бульвару в Москве 26-летний Аслан Черкесов из Кабардино-Балкарии серией выстрелов в спину и затылок из травматического пистолета "Streamer 1014" убил Егора Свиридова, и ранил его товарища Дмитрия Филатова. Во время завязавшейся драки также пострадали друзья Свиридова — Гаспарян, Карнаков и Петреченко. Всего на месте нападения было обнаружено 12 гильз.

В результате следственных мероприятий был задержан сам Аслан Черкесов, а также другие участники нападения: Нариман Исмаилов, Хасан Ибрагимов, Артур Арсибиев и Акай Акаев. Но из пяти задержанных четыре участника драки были отпущены, а затем и вовсе покинули Москву.

Не снимая вины с самого Аслана Черкесова, необходимо понимать, что не менее, а может даже и более, виноваты в случившемся окружающие его друзья и близкие. Если на Кавказе теперь воспринимают заботу о близком лишь как стремление "отмазать" чадо, что бы оно ни творило, как бы оно ни куролесило — то горе Кавказу.