Где пламя драконов правит - Николь Соловьева

на Шарафа, потом на наблюдателей за его спиной, Карфа покачала мордочкой и подумав, тихо спросила:

— Ну и сачем тебе понадобился Скарнар?

Шараф не спешил отвечать. Точнее, он, сгорая со стыда не мог произнести ни слова. Фося, устав ожидать, наконец пояснила:

— Мы тут вместо начальства себе проблемы наживаем. Куча звонков о нападениях, вот и пытаемся разобраться кто, куда, зачем.

Карфа смерила ее гневным взглядом, отчего Фоска сразу изъяснилась:

— Это ее идея! — показав на Эрс. — Шараф говорит его дядя с драконами болтает!

Обдумав, Карфа снова взглянула на Шарафа и вздохнув, отперла дверь.

— Входите, — хозяйка прошла вперед. Из-под темной юбки виднелся, покачивающийся из стороны в сторону, полу отрезанный хвост.

Дверь со скрипом отогнулась, открывая проход в коридор, украшенный ярким ковром. Все здесь выдавало хозяйку. Выметенные от пыли каменные полы, закрытые сероватой тканью окна, на подобии штор. Выровненные у, не длинного, стола, стулья. Закрытые, потресканные двери с заплатанными дырами. Только в одной комнате дверь была приоткрыта. Оттуда слышались просьбы «успокоиться» и заглушаемый их, звонкий смех, звенящий эхом в полупустой комнате. Саркаф сидел перед Шейной, задумчиво всматриваясь в ткань, разложенную на деревянной тумбочке. Сверкали стеклышки на ткани, покоились пробковые крышечки от бутылок, железные разноцветные крышечки с изогнутыми краями, да чего только на ткани не было и все было разложено в каком-то определенном порядке, напоминая шахматы.

Шторы распахнуты, а на треснувшем стекле играли лучи солнца, разбрасывая солнечные зайчики по серой комнатке. Шейна хихикала и зная ее, можно было предположить, что поводом для смеха стало серьезное лицо Саркафа, обдумывающего следующий ход.

Но, Карфа и гости прошли мимо, картина скрылась за каменными стенами. Пока, хозяйка не остановилась и не развернулась, взглянув на раздумывающего Саркафа, а потом на трещины стекла чем-то, напоминающее витраж. Она с укоризной взглянула на хихикающую Шейну.

— Сашторь окно, — Карфа развернулась и собралась уходить, как послышалось возмущенное:

— Ну мам! Комната и так похоша на склеп!

Карфа, возмущенная таким заявлением, снова взглянула на дочь.

— Ни к чему нам это солнце. Пойдут тут какие-нибудь, да увидят, что у вас тут са убранство, так ночью и украдут.

Осмотревшись, Шейна показала на яркий, красный ковер с какими-то непонятными узорами и цветами, совсем не подходящими друг к другу. Может, по этому его и выбросили люди солнечной стороны? Эрс тоже бы так сделала, если бы ей подарили этот ковер. А сомнений, что его подарили кому-то, просто не осталось, ибо, какое должно быть отсутствие вкуса у человека, купившего его по собственному желанию?

— А что, собственно, красть? Это что ли? — Сертанка показала на ковер. — Так какой вор его саприметит? А даже если так, пусть крадут, мне он никогда не нравился!

Карфа не оторвала от нее взгляда, просверливая им беззаботную Шейну. Чешуйки на лапе проскрежетали, когти впились в ладонь, сложившись в кулак. Не проронив ни слова, Карфа развернулась и быстрым шагом направилась по коридору. В тишине слышалось шептание, посвистывающее эхом в пустом коридоре.

Скрипнула распахнувшаяся дверь. У стены стояла люлька с деревянными, подвесными фигурками. В кроватке спал маленький Сертан. Напротив двери, у стола, освещенного окном, сидел высокий Сертан, что-то рисующий угольком на бумаге.

— С чего это ты вдруг двери сакрываешь?

Сертан подскочил и медленно обернулся, посмотрев на недовольную «гостью».

— Так чего ше скрывать? Ты сама просила, чтобы все двери сакрытыми были.

Подперев бока, Карфа направилась к столу, показав на открытое окно, тряхнув шторы так, что они чуть не сорвались с хлюпких креплений.

— Коли слушаешься, почему шторы раскрыл?

Тут виновник оправдания себе не нашел и хорошенько задумался, опустив взгляд на разложенные по столу кусочки исписанной бумаги, поверх записей которой, угольком рисовалась одна и та же мордочка. Отличалась она только сглаженными чертами и первое что бросалось в глаза это знакомый, суровый взгляд.

— Шейна попросила шторы открыть хотя бы сдесь. Темно говорит, как в гробу…

— Темно ей тут, — Карфа схватила разрисованный литок со стола. — Вот ты рисуешь, — и пихнула его под нос Сертану. — а мне с гостями кто поможет?

Виновник обернулся, взглянув на Шарафа, Эрс и Фоську. Хозяйка взмахнула лапами, показав на застывших, в проеме двери, гостей.

— Им карта нушна, а мне помощь. Мушенек называется, — подняв, заплетающийся в лапах, подол, она вышла из комнаты, бросив: — Нахлебник, — и скрылась за каменными стенами.

Супруг вскочил, сбив серым хвостом стул. Несколько листков с шорохом полетели на пол. Взглянув на стул, листки, он махнул лапой, помчавшись в коридор и забежав в комнатку, крикнул Шейне: «Последи са ребенком!», — и помчался по коридору, догнав Карфу.

— Почему нахлебник-то… срасу? — запыхавшись он пытался идти с женой, которая обходила его, спеша к двери.

— У Сейкры-Скей снаешь какой муш работящий? — непоколебимо бросила хозяйка, отперев дверь, в которую упирался коридор.

— Мало ли какой там муш у Сейкры, — обидчиво произнес Сертан.

— А у Скардии-Скей? — Карфа подошла к шкафу, схватив подтопленную свечу и зажгла ее, установив на тумбочку у кровати. — Снаешь как супруг-то Карске-Скей помогает? — засучив рукава и отодвинув подальше мужа, Карфа подошла к шкафу и уперевшись лапами в пол, принялась с трудом двигать шкаф в сторону.

— Ну что ше ты делаешь? — Сертан, не сумев наблюдать за ее попытками, отодвинул жену.

— А то, что ты делать не намерен, — произнесла Карфа и скрестив лапы, отошла в сторону, наблюдая как Сертан медленно отодвигает скрипящий, деревянный шкаф в сторону, оголяя, пробитую в каменной стене, дыру, за которой скрывалась мгла.

Отряхнув лапы, Сертан подошел к шкафу, вытянув из-за него деревянную лестницу и подойдя к обрыву в стене, стукнул ей, установив в глубине провала. Карфа взяла с полки свечу в подсвечнике и прикрывая огонь, взглянула в мглу, пожирающую, оставшийся от закрытого окна, свет. Фося, вытянувшись, попыталась разглядеть хоть лучик. Безрезультатно.

— Нам что, туда?

На ее вопрос Карфа аккуратно передала свечу мужу, указав в темноту.

— Ступайте.

Глава 4

Темнота обступала со всех сторон, а обувь шуршала по песку. Фося в темноте, подала единственный лучик света, теплившийся, танцующий на восковой подложке, стекающей ручейками по железной, витиеватой подставке.

Послышался шорох. Сертан спустился с деревянной лестницы и доверяя лишь танцующему во тьме огню, нагнулся перед, еле видным, люком. Отбежав в сторону, он схватил из песка ключи и отперев, скрипнувший люк, схватил приставленную у дыры лестницу, установив ее в люке.

— Прошу! — воскликнул Сертан, показав на, несущуюся вниз, мглу.

И только Фося хотела передать ему свечу, как послышалось грозное: «Сейнраф!» Свеча дрогнула то голоса в тишине. Сертан поднял мордочку. В проеме