Я больше тебе не верю - Чарли Ви

— Вот сволочь! — Ира даже кулаком по столу стукнула.

— Да, — я грустно вздохнула. — А ещё сказал, что не хочет разводиться.

— Ага, щас.

— Вот и я также сказала. Вот результат, — я показала на правую щеку.

— Он тебя ударил?

— Да.

— Ты в полиции была? — Ира привстала из-за стола, осматривая мою скулу.

— Нет.

— А где же ты пропадала всё это время?

— Ой, не спрашивай.

Сейчас мне почему-то стало стыдно говорить про Скифа, про то, что зачем-то попёрлась в бар.

— Так, а с этого места поподробнее.

— Я решила залить горе.

— А, ну да. Это святое.

— Ира, не ёрничай.

— Ни в коем случае. Я серьёзно.

— Хотела чего покрепче, но унесло с одного коктейля. А утром проснулась в квартире у Скифа.

Ира уставилась на меня не моргая.

— А Скиф там откуда взялся? — протянула она, словно сломанная игрушка.

— Не знаю. Сказал, что спас. Какие-то типы хотели меня похитить.

— Н-да. Ты Алиса вечно найдёшь приключений на свою задницу, — Ира покачала головой и снова выпучила глаза. — Так ты с ним в отместку Славе переспала?

— Ты что? Не было у меня никакого коварного плана. Наша встреча произошла абсолютно случайно. Он просто помог…

В воспоминаниях всплыли образ Саши: его спортивное тело, стройные ноги, чувственные губы. Ира слишком хорошо меня знала, чтобы не заметить мой задумчивый взгляд.

— Алиса, ты сейчас не о Скифе должна думать, а о том, как с мужем грамотно развестись. Или ты решила простить его?

Её слова словно подзатыльник выдернули из розовых облаков.

— Нет, конечно.

— Значит, идём в полицию, чтобы зафиксировали побои. Потом я отвезу тебя в ЗАГС…документы-то с собой?

— Угу, — я кивнула.

— Отлично. Ты подаёшь документы на развод. А потом тебе надо будет поговорить со Славой насчёт развода. И чтобы из квартиры твоей выметался.

— Он не выметется. Лучше я уйду.

— Ну да, конечно. Облезет и неровно обрастёт. Он накосячил, вот пусть квартиру и отдаёт. Если хочешь, я с тобой пойду.

Слова Иры твёрдо чеканили в уши, но меня так разморило от чая и от тепла, что совсем не хотелось двигаться.

— Мне идти не в чем.

— Оденешь что-нибудь моё. Давай, давай. Поднимайся.

— Уже вечер. Не успеем.

— Успеем. Если ты поторопишься.

Через час мы уже сидели в полиции и заполняла заявление о возбуждении дела об административном правонарушении. Потом меня отправили на медицинское освидетельствование. Тётка недовольно фыркнула, когда увидела мой синяк, наверно, для неё это была всего лишь ссадина, по сравнению с тем какими избитыми поступали некоторые женщины. И мне даже стало стыдно, что я смею её тревожить из-за такой мелочи, но Ира грубо ответила:

— Фыркать дома будете.

Тётка обиделась, но зато меня очень внимательно осмотрели и даже взяли анализы.

После всех кругов ада, которыми я именовала полицию и больницу, мы наконец, вырвались на свободу.

— Ну вот. А теперь к вам домой.

— Может, завтра?

— Алиса, ты что-то хватку потеряла. А ну собралась, дома себя пожалеешь, а сейчас идём к вам, и ты скажешь этому уроду, чтобы выметался.

— Мне как бы одного синяка хватило.

— Пусть попробует.

Ира довезла меня до моего дома, мы поднялись на пятый этаж. Я замерла в нерешительности.

— Чего медлишь?

— Не хочу его видеть.

— Понимаю, но лучше сейчас со всем разобраться…

— Знаю, — я прервала Иру и повернула ключ. Медленно открыла дверь, мы вошли.

Из нашей комнаты послышались женские стоны, и будто кто-то прыгал на кровати.

Мне страшно было заглядывать в комнату, но я, словно робот дошла до двери и заглянула. Там на нешей кровати, на моём любимом постельном белье Слава трахал Машу, задрав её ноги к потолку.

— Ах ты козёл, — прохрипела я из-за спазма в горле.

Глава 12

Маша вздрогнула, повернула голову в нашу сторону. На её лице отразился ужас оттого, что она поняла, как жёстко влипла. И теперь никому не рассказать, что между ними ничего не было. Слава медленно опустил её ноги и встал, абсолютно не стесняясь своей наготы.

— И после этого ты ещё разводиться не хочешь? — мне хотелось заорать на него, расцарапать лицо, но вместо этого я дико расхохоталась. — Слава, ты сволочь! И ты Машенька тоже.

Я подошла к нему и хотела влепить пощёчину, но он перехватил мою руку.

— Сама виновата. Не надо было вчера уходить.

— Я? Я виновата?

— Алиса, мы искали тебя. Не знали где ты. Я думала, с ума сойду от беспокойства, поэтому приехала к Славе…

— Маша, заткнись, — я прервала её жалостливую тираду. От одного её голоса уже начинало тошнить. — Не знала, что ты такая мразь.

— Алиса, я не хотела…прости…, — Маша куталась в одеяло, размазывая тушь под глазами, хлюпала носом.

— Оставь свои сопли для кого-нибудь другого, — бросила ей и снова обратилась к мужу. — А тебя я ненавижу и презираю. Жаль, что не увидела, какая ты сволочь за эти шесть лет.

— Не видела или не хотела видеть? Я всегда был таким.

— Отпусти руку.

— Ира, зачем ты снимаешь?! — Взвизгнула Маша и спрятала лицо за подушкой.

Слава поднял тяжёлый взгляд на Иру и в два шага оказался возле неё. Я увидела, как Ира испуганно пятится назад, не выпуская телефон из рук.

— Самойлов, только попробуй мне что-нибудь сделать, и эта запись окажется в интернете.

— Ты уверена?

Слава сжал Ирины пальцы и выдернул телефон.

— Я заявлю о тебе в полицию за то, что ты украл мой…

Слава замахнулся и со всей силы шандарахнул телефон об пол.

— Ты испортил моё имущество сволочь! Это мои личный данные, ты не имеешь права…

Слава схватил Иру за горло и припёр её к стене.

— Мне совершенно всё равно, кому ты там будешь свои заявы писать. У меня с такими, как ты разговор короткий. Рассказать или сама догадаешься?

Секундный шок, наконец, отпустил меня, и я, понимая, что Иру нужно спасть, схватила первое, что попалось под руку — электронные часы с тумбочки и запустила их в Славу.

— Отпусти её ублюдок! — и бросилась на него. Напрыгнула со спины, обхватила шею, пытаясь оттянуть его назад.

Он стряхнул меня словно надоевшую муху, но этой секундной заминки хватило, чтобы Ира пришла в себя и ударила ногой ему в пах. Слава охнул, отпустил Иру и опустился на колени, зажимая своё мужское достоинство двумя руками.

— Тебе не жить Вебер и тебе дорогая жёнушка тоже. Я тебя обдеру как липку, бомжевать будешь с алкашами на помойке, сука!

— За себя лучше переживай. Не у тебя