Спецназ Его Императорского Величества - Владимир Куницын

«Как я все-таки рад, что мы собрались вместе! — подумал капитан. — После Рима они мне как родные».

Все офицеры группы Каранелли великолепно стреляли. И часто там, в карьере около Фонтенбло, их дуэли «до первого промаха» заканчивались в сумерках. Но если в стрельбе из штуцера чаще всех выигрывал Луи, то, что касается пистолета, все было известно заранее. Как это удавалось Бусто, понять невозможно. Тем более никогда не видели, чтобы он упражнялся.

— А где остальные, Луи? — спросил Жак. — Долго нужно ждать, чтобы собрались все?

— Люка в лазарете, недавно попал. Остальные уже почти месяц, как под Ульмом похоронены.

— Ах, черт! — Бусто замолчал, словно отдавая дань памяти погибшим. — А что, сильно ранен?

— Нет, Николя пришлось подставить спину под приклад, чтобы отвести русский штык от брата. К несчастью, он все-таки задел шею Люка. Но ничего страшного, дня через три будет с нами.

— Странно это. Погибла половина отряда. А живы только те, кто ездил в Рим.

«А Жак, хоть и не был ни в Риме, ни под Ульмом, тоже родной, — вновь подумал Каранелли. — И, правда, как все странно сложилось».

— И даже все здоровы, — продолжал Бусто, — только Люка немного не повезло.

— Ему повезло в Риме, — отозвался Николя Сен-Триор, — он тогда неделю был лейтенантом, а я только кучером.

— Что поделать, Николя, если ты прирожденный кучер? Тогда мне нужен был четвертый лейтенант. Но дело даже не в этом. Не мог же я доверить карету твоему младшему брату?

Улыбки тронули лица — все помнили, как тщетно пытался скрыть тогда зависть Николя, увидев Люка в офицерском мундире.

— Кстати, о званиях. С сегодняшнего дня и ты и Люка — сержант-майоры.

— Надеюсь, по этому поводу будет устроен хороший обед! — подвел итоги Бусто.

У большого стола, покрытого толстым сукном, на которое поставили сразу четыре канделябра, Бусто демонстрировал то, над чем он работал последние полгода. Лежащее на столе ружье с какими-то необычными рычажками выглядело коротким. Во всяком случае, значительно короче, чем те штуцера, с которыми приходилось иметь дело последнее время. Подзорная труба, укрепленная над стволом, пожалуй, стала уже привычной деталью оружия.

— Я хотел бы начать с главного! — легко добился общего внимания Жак. — То, на что вы так внимательно смотрите, есть лишь приложение вот к этой вещице.

Бусто извлек из кармана маленький цилиндр, плоский с одной стороны и заостренный с другой. Так, по крайней мере, сначала показалось Луи.

— Вот такой заряд в медной оболочке позволит увеличить частоту стрельбы в десять раз. Это вам не бумажный картуз, господа, изобретенный еще два века назад!

Жак щипцами, неизвестно откуда появившимися в руке, отломил верхнюю часть цилиндра.

— Пуля твердая, бронзовая снаружи. Если сделать бронзовую всю, то получится слишком легкой. Она пустотелая, внутрь заливается свинец. Получается хорошее сочетание веса и твердости. Прошу обратить внимание, господа, нитропорох. Практически не дает дыма, зато в коротком стволе развивает такое давление, что пуля летит даже дальше, чем из длинноствольного штуцера, с которым вы хорошо знакомы.

Бусто остановился, обводя глазами сидящих за столом. Офицеры вместе с Николя, которому только что пожаловали чин сержанта, внимательно вслушивались в слова инженера. В этот момент забывались звания. Перед наукой все равны.

— В нижнюю часть, в донышко заряда, вделан капсюль. Именно он поджигает порох после удара, который наносит боек.

— Что? Какой боек? Где боек? — встрепенулся Левуазье, испугавшись, что что-то пропустил.

— Чуть позже, Доминик, — успокоил Жак, — сейчас покончим с зарядом и пойдем дальше. У кого есть вопросы, господа?

На столе появилась пригоршня зарядов, извлеченная из широких карманов инженера. Рассматривая один из них, Каранелли спросил:

— Где же их делают?

— Разумеется, здесь, мой друг! Кому еще можно доверить тайну?

— И кто же?

— Они прибывают завтра. Императорские ювелиры.

— Кто? — густые черные брови капитана изогнулись.

— А кто еще? Каждый ведь стоит дороже, чем кусок серебра такого же веса.

Каранелли после этого заявления еще внимательнее стал рассматривать заряд.

— Сколько же зарядов в день могут сделать твои ювелиры?

— Сейчас уже сорок.

— Хорошо, продолжай, Жак.

— Переходим к оружию. Штуцер с усиленным стволом, чтобы не разорвало зарядом из нитропороха, имеет винтовальную нарезку. Проходя через ствол, пуля делает полтора оборота и после этого летит к цели, вращаясь. Не кувыркаясь, а вращаясь вокруг своей оси, что дает ей устойчивость в полете. Тем, кто не понял, господа, завтра я покажу юлу. А теперь самое главное.

Жак поднял ружье на уровень плеч, чтобы всем было хорошо видно. Он дернул за один из рычагов — и конец ствола пошел вниз. Ружье будто переломилось пополам и стало немного похоже на оглоблю. В средней части этой оглобли, там, где ствол только начинался, стал виден его внутренний канал. Лейтенант быстро вставил заряд и поднял ствол в прежнее положение. Раздался отчетливый щелчок.

— Теперь внимание, Доминик, можно просыпаться! Мы сейчас будем говорить про боек! — в голосе Жака зазвучало привычное желание шутить. — Это такая маленькая железка, которая сейчас касается капсюля. Если по ней ударить чем-нибудь тяжелым, то другим концом она ударит по капсюлю. Все уже догадались, что тогда произойдет?

— Выстрел! — выпалил свежеиспеченный сержант и тут же осекся, смущенно глядя на офицеров. На секунду повисло молчание. Потом Каранелли, с явным одобрением глядя на покрасневшего подчиненного, произнес:

— Молодец, Николя! Ты неплохо соображаешь. Только не надо тушеваться! Здесь, в этой комнате, мы все равны. Кроме Жака, разумеется.

Последняя фраза прозвучала с той необходимой долей иронии, чтобы погасить повисшую над столом неловкость.

— Да, именно выстрел!

— Жак, а как ударить по бойку? Нужно будет носить с собой молоток? — со смехом спросил Доминик. — Или у тебя в замке сидит дрессированный клоп?

Вместе с ним засмеялись и все сидящие за столом.

— О, нет! Всех клопов у нас давно вытравили химики! — и, меняя тон, продолжил уже серьезно. — Для удара по бойку применяется арбалет. Там внутри очень маленький арбалет с очень маленьким болтом. Смотрите, как заряжается арбалет.

С большим усилием он потянул еще за один рычаг. Опять раздался щелчок, и показалось, что Бусто с облегчением вздохнул.

— Если вы не смогли дотянуть рычаг до щелчка, отпускать его нужно с осторожностью, иначе штуцер может выстрелить. Теперь же болт удерживается курком, можно спокойно прицеливаться. Сейчас покажу, только сначала разряжу штуцер.