Нет правил для любви - Лора Брантуэйт

Джастин поднял кружку кофе и ударил краешком о зубы. Вот, он уже теряет над собой контроль, что же будет дальше?!

Надо было отказаться. Отказаться сразу же, железно, бесповоротно. Соврать, что работы невпроворот, что никто его никуда не отпустит даже на два дня, не то что на две недели без малого. Или сказать Эдмонду правду. Пусть бы даже и неполную: что это его, Эдмонда, любимая девушка, и пусть сам с ней разбирается, ссорится, мирится, уезжает, да что хочет…

А потом, может быть, до конца жизни кусать губы и презирать себя за слабость. За страх, за то, что судьба подарила ему право на маленькое, убогое, иллюзорное, но все-таки счастье, а он, трус и слабак, побоялся этот дар принять.

К тому же… Вдруг с ней что-то случится, а ни его, ни Эдмонда не будет рядом? Саманта рисковая, она не видит, где грань интересного и опасного, ей нельзя одной. Он почему-то не сомневался, что она назло всем непременно осуществила бы свою мечту. Она отчаянная.

После свадьбы она будет навсегда принадлежать только Эдмонду. А пока… она и так его, но все же…

Все же он предложил другу съездить с ней в Ирландию вместо него! Дурак, дурак, дурак.

Джастин положил руку на трубку телефона. Сейчас он позвонит Эдмонду и прекратит весь этот театр абсурда. Можно сказать, что он заболел. Тяжело. Может быть, даже смертельно. И никуда ехать не может.

И вряд ли выздоровеет к свадьбе. И пойти не сможет, потому что его болезнь опасна для других.

Нет, кажется, это уже перебор. Достаточно будет просто…

Телефон разразился громкой трелью. Джастин подпрыгнул на крутящемся стуле и чуть было не опрокинул кружку с кофе. Трель повторилась. Он прочистил горло, вдохнул, поднял трубку и сказал:

— Алло?

— Привет, Джастин, — поздоровалась Саманта.

Кружка во второй раз за минуту подверглась крайней опасности.

— 3-здравствуй, Сэм.

— Не помешала?

— Конечно нет, — торопливо заверил ее Джастин.

— Ну почему же «конечно»? Ты ведь на работе. — Саманта улыбнулась, он это почувствовал.

— Ну… да. Просто ты не можешь помешать.

Черт, кажется, он уже начинает болтать глупости.

— А-а, понятно. Так что, мы едем?

Вопрос этот прокатился в его сознании как гром. Джастин явственно понял, что сказать ей «нет» не сможет и все.

— Выходит, что так.

— Здорово Эдмонд над нами подшутил, правда?

— Правда.

— Он уже и путевку свою переоформил на твое имя.

— Угу.

— Джастин, ты в порядке?

— Да, конечно, абсолютно.

— Кажется, я все-таки зря отвлекаю тебя от работы. Давай поговорим вечером, когда ты будешь более коммуникабелен.

— Но я…

— Все нормально. Я понимаю, творческий процесс — это святое. Пока, Джастин.

— Пока.

Гудки.

Да уж, творческий процесс. Ему нужно принять какое-то решение и составить хотя бы приблизительный план действий без единой константы.

Хотя нет. Одна есть. Это трепетная нежность, которую он испытывает к Саманте.

А все остальное… Разве оно стоит дороже?

Коротенький разговор с Джастином убедил Саманту в том, что это не сон. Ей не приснилось, что ее дражайший жених вместо себя подсунул ей для романтического путешествия по Ирландии своего лучшего друга. И все с этой ситуацией вроде бы смирились: и она сама, и лучший друг. Однако какая-то глубокая неправильность не давала Саманте покоя, хоть убей. Что это могло быть?

Ни к чему, кроме того, что ехать в тур для влюбленных вместе с другом своего жениха — это странно, Саманта придраться не могла. Хотя это кажется чем-то из ряда вон выходящим только потому, что облечено в такие слова. На самом же деле Джастин — не просто друг Эда, он и ее друг тоже, друг хороший и надежный, которому можно доверять до конца. И никогда с ним она не чувствовала неловкости. Напротив, он такой милый и замечательный… И мудрый. И спокойно-сильный. И очень обаятельный.

Черт, почему она тогда выбрала Эда?

Саманта рассмеялась. Нездоровый смех вообще слишком часто посещал ее в последнее время. Хорошо, что она сейчас дома, одна — у нее нет занятий, и можно сходить с ума сколько вздумается.

Приступ болезненного веселья вызвал короткий ответ: а она же не выбирала…

Будто почувствовав шторм в ее душе, позвонила Сара.

Саманта, как всегда, решила, что не «расколется». Ей даже внутри себя надоело выслушивать, какой ее жених мерзавец. У Сары подобные речи получались особенно убедительными.

И Сара, как всегда, довольно быстро ее «расколола». Услышав, в чем, собственно говоря, дело, она разразилась отборной бранью, ругалась минуты три, потом посоветовала Саманте бросить «этого придурка» и фыркнула.

— Знаешь, сама подумываю о том же самом, — со вздохом призналась Саманта.

Ее сестра ошеломленно замолчала. Она уже привыкла вести против Эдмонда войну в одиночку!

— Мне только нужно время, — пояснила Саманта. — Это все… будто немножко меня убило. Или убило что-то во мне. Я чувствую себя… гадко и не до конца понимаю почему.

— Открыть тебе тайну? — предложила Сара.

— Ну давай.

— Потому что этот гад нагадил тебе в душу, извини за каламбур! А друг его? Что он собой представляет? Это не тот высокий шатен, который на твой день рождения в прошлом году украшал Квартиру рисунками?

— Тот самый.

Саманта улыбнулась, вспомнив тот подарок: Джастину пришла в голову идея комикса про нее. Увидев себя на его рисунках, она поразилась: кажется, этот человек видит ее такой же, какой и она сама. Может быть, даже красивее и лучше.

— Вот здорово! — воодушевилась Сара. — Я бы на твоем месте обратила на него самое пристальное внимание.

— Он же мой друг! — возмутилась Саманта.

— А друг что, не мужчина? — так же искренне возмутилась Сара.

— Слушай, давай прекратим этот разговор, пока не поссорились, и поболтаем о чем-нибудь еще.

Саманта знала, что сестра ее — такая же увлекающаяся натура, как и она сама, и потому если ее понесет, то остановится она не скоро. А Саманта не была уверена, что морально готова выслушать речь о том, как чудесно было бы…

Черт, она ведь сама додумала эту мысль до конца! Она закусила губу.

Как чудесно было бы отомстить Эдмонду с Джастином.

Она содрогнулась от отвращения. К себе. Даже думать о том, чтобы так использовать другого человека, — подло. Он же не кукла, не манекен, не бездумная машина. Живой человек. И он ни за что на свете, Саманта была уверена, не стал бы предавать лучшего друга.

Собственно, будь на этом месте кто-нибудь другой, это ничего не изменило бы. Ей нужно научиться самой решать проблемы с Эдмондом.

—…Или гарнитур. Как считаешь?