Россия, 100 лет в поиске - Александр Александрович Петров

которая представлена в прибавочном продукте… свести к прибавочному труду… По сути дела, это было сказано уже А. Смитом и составляет один из главных моментов того, что дал Рикардо. Но у них это нигде не высказано и не зафиксировано в абсолютной форме» [9, с. 16 – 17].

Прибавочный труд, по К. Марксу, есть часть живого труда, он связан только с ним и никакого отношения к «орудиям и машинам» не имеет. Поэтому, проводя свои взгляды, К. Маркс в данном случае необоснованно ссылается на Д. Рикардо. Это подтверждается тем, что категорическая форма заявления не согласуется с его завершающей частью. Эту деталь замечает Розенберг в своем сравнительном анализе учения Д. Рикардо и К. Маркса:

«Рикардо не провел ясного, точного и резкого разграничения между живым трудом, переменным капиталом, израсходованным на заработную плату, и накопленным трудом, постоянным капиталом. Иногда Рикардо подает даже повод думать, что и накопленный труд – капитал – производителен, но против этого протестует вся его система в целом. Возможность допущения, что Рикардо считал постоянный капитал производительным, была использована многими его противниками…» [10, с. 116].

Попытки Розенберга наделить К. Маркса статусом последователя Д. Рикардо в части определения источников прибавочной стоимости не имеют достаточных оснований. Там, где Д. Рикардо не дал четкого толкования из-за сложности вопроса, К. Маркс произвел значительное упрощение, которое и явилось ложной исходной базой для его Теории трудовой стоимости. Оно состоит в том, что в глобальном плане, прослеживая всю историю развития человечества, можно согласиться с тезисом К. Маркса о том, что «единственный источник прибавочной стоимости есть живой труд». Даже то, что создала природа практически готовым, начинает служить обществу только после приложения определенных усилий со стороны человека, т.е. живого труда. Еще в большей степени это касается использования средств производства. Но К. Маркс сделал это положение краеугольным для исследования и описания на языке экономики конкретных производственных операций. В этих границах мы не можем все доходы предприятия приписать живому труду, мы обязаны определить и роль средств производства и их скрытой прибавочной стоимости. Именно по этим причинам последующие ошибки стали неизбежны.

В начале 19 века проблема определения источников дохода на капитал достаточно убедительно была раскрыта в трудах Д. Лодерделя. Он, в отличие от ранее названных ученых, со всей определенностью утверждал:

«Прибыль с капиталов получается всегда или потому, что капиталы замещают часть труда, которую человек должен был бы выполнить собственными руками, или же потому, что они выполняют такой труд, который превосходит личные силы человека и который человек не мог бы сам выполнить. Незначительность прибыли, достающейся обыкновенно владельцам машин, по сравнению с ценой труда, этими машинами замещаемого, даст, быть может, повод усомниться в правильности нашего взгляда. Так, например, паровой насос в один день выкачивает из каменноугольной шахты больше воды, чем могли бы вынести на своих спинах триста человек, если бы даже они пользовались бадьями; и не подлежит никакому сомнению, что насос выполняет их работу с гораздо меньшими издержками. То же можно сказать и относительно всех других машин. Они выполняют по более низкой цене ту работу, которая совершалась прежде руками замещенных ими людей… Предположим, что изобретатель машины, заменяющий труд четырех человек, получил патент; так как вследствие исключительной привилегии у него не может быть иной конкуренции, кроме конкуренции, порождаемой трудом рабочих, замещенных его машиной, то ясно, что, пока длится привилегия, мерилом, определяющим цену, по которой он может продавать свои продукты, будет заработная плата этих рабочих; следовательно, чтобы обеспечить сбыт своей продукции, изобретателю надо будет требовать лишь немного меньше, чем составляет заработная плата за труд, замещенный его машиной. Но, как только кончается срок привилегии и появляются другие машины того же самого рода, они вступают в конкуренцию с его собственной. Тогда он будет регулировать свою цену на основании общего принципа, ставя ее в зависимость от изобилия машин. Прибыль на затраченный капитал… хотя она здесь и является результатом замещенного труда, регулируется в конечном счете не стоимостью этого труда, а, как и во всех других случаях, конкуренцией между владельцами капиталов; степень же такой конкуренции всегда определяется отношением между количеством предлагаемых для данной цели капиталов и спросом на них,” [11, с.122 – 123].

К. Маркс был хорошо знаком с трудами данного автора до написания Манифеста и 1-го тома Капитала. Эти и другие аналогичные утверждения Д. Лодердейл, изложенные в работе «Исследование природы общественного богатства с точки зрения способов и средств его увеличения», были приведены в книге К. Маркса «Нищета философии». При этом он, признавая обоснованность, противопоставляет их взглядам Прудона. Но в противоречии с Д. Лодердейлом в своей версии Теории трудовой стоимости К. Маркс отрицает роль оборудования в формировании прибавочной стоимости. Советские ученые, являясь создателями и защитниками плановой экономики, не могли принять взгляды Д. Лодердейла. В краткой библиографической справке к книге «Нищета философии» было указано: «Лодердейл Джемс, граф (1759 -1839 гг. – английский политический деятель и экономист (критиковал теорию А. Смита с позиций вульгарной политической экономии).» [12. С 179]. Не соглашаясь с данной оценкой, мы должны признать, что уровень развития политической экономии в Великобритании в начале 19 века соответствовал масштабам технической революции и был достаточен для признания интеллектуального труда, реализованного в средствах производства, в качестве инструмента создания прибавочной стоимости. Д. Лодердель не только открыл способность средств производства приносить прибыль на капитал, но при этом выявил ее источник – недоплату интеллектуального труда создателей новой техники. Он же установил, что для ускоренного прироста богатства общества за счет использования новой техники необходим конкурентный рынок.

1.2.6. Д. Лодердейл и конкуренция на современном рынке.

Воспроизведем подходы английского ученого на примере с автомобильными шинами. Ранее было определено, что производитель шин Н имеет возможность получать прибыль от продаж в пределах и выше нормы в интервале цен от 54 до 67,2 ед. Спрогнозируем условия их применения. Предположим, что Производитель шин Н корректно спрогнозировал ситуацию и старт продаж шин Н совместил с моментом, когда один из изготовителей шин Т остановил свое производство из-за физического износа оборудования. Понимая, что на рынке спрос превысит предложение, производитель шин Н установит на свои шины цены, соответствующие их высокой Потребительной стоимости по формуле: МСН = ПСН / (1 +Норма прибыли). Цена близкая к 67,2 ед. будет давать производителю шин Н высокий доход. Используя его, он нарастит производство шин Н, полностью компенсирует падение объемов выпуска шин Т. При этом получение сверхдоходов позволит ему продолжить наращивание выпуска шин Н. Рынок вступит в