Мракобесие - Валерий Стрелецкий

Иностранцы своё слово сдержали. На деньги «Ноги» (где-то на 897 миллионов) были закуплены продукты питания, одежда, обувь, лекарства, сельскохозяйственные удобрения (в тот период всеобщего дефицита любая ложка приходилась к обеду). Мы же - нет. В 1991-1993 гг. российская сторона передала фирмачам нефтепродуктов на 597 миллионов «зелёных». Поставки при этом периодически запаздывали, нередко срывались. А в 1993 г. прекратились и вовсе.

Швейцарцы оказались в интересной ситуации. За свои собственные деньги им пришлось терпеть серьёзные убытки. Но они не отчаивались. Слали письма в российские министерства, ведомства, пытались объяснить, что так делать нехорошо. Требовали возвратить их 300 миллионов. Наивные!

Правда, клок шерсти с паршивой овцы получить им всё же удалось - по личному распоряжению первого вице-премьера правительства Шохина «Ноге» выделили 30 миллионов долларов.

Ничего не скажешь - барский подарок. Но 30 миллионов «Ногу» не устроили. Швейцарцы хотели получить всё, что им причиталось.

Долгая бумажная волокита, обращения в Минфин, МВЭС и правительство результатов не давали. Один чиновник кивал на другого, другой на третьего. И так без остановки. В конце концов президент «Ноги» Гаон был вынужден написать лично Президенту РФ. Широкой огласки скандала он не желал.

Ельцин отреагировал резко.

«Я не берусь категорично оценивать действия сторон ни с правовой, ни с деловой, ни с этической точки зрения, поскольку могут быть ещё и другие, не известные мне обстоятельства, - говорится в его резолюции, адресованной Черномырдину, - но такие ситуации, убеждён, не будут притягивать деловых людей в Россию. Объясните мне эту ситуацию. Я хочу понять, кто здесь больше прав или виноват».

Прошёл ровно год. Ничего не изменилось. И Шохин, и первый заместитель министра финансов А. П. Вавилов (они были уполномочены правительством представлять интересы «Белого дома» в сваре с «Ногой») продолжали действовать по принципу: кому должен, всем прощаю.

Гаон обратился к президенту во второй раз. Ельцин рассвирепел.

«Моё поручение годичной давности осталось невыполненным. Найдите виновников этой волокиты и накажите, - отписал он премьеру в августе 1994 г. - Ещё раз прошу разобраться, наконец, в этом деле и довести его до завершения».

Что представляет из себя рассерженный Ельцин, сановники знали хорошо. (Нечто вроде медведя, разбуженного в период зимней спячки.) И авральном порядке они кинулись разбираться и завершать.

4 сентября 1994 г. первый зам. министра финансов Вавилов отдал в правительство письмо, где сообщал, что «Нога» снизила сумму иска с 277 до 211 миллионов долларов и что российская сторона может выдвинуть «Ноге» встречный иск на 157 миллионов. А то и 260: дескать, швейцары нам тоже кое-что должны.

Кавалеристский темп Вавилова на Черномырдина впечатления не произвёл. К анализу ситуации он подключил первого вице-премьера О. Н. Сосковца, и. о. генерального прокурора А. Н. Ильюшенко, директора ФСК С. В. Степашина, начальника Государственно-правового управления президента Р. Г. Орехова.

Массированная мозговая атака удалась. Было решено создать две рабочие группы. Одна возьмётся проверить все бухгалтерские и иные документы соглашений с «Ногой». Вторая выяснит прочие обстоятельства и поймёт, кто виноват в случившемся.

Вскоре группа под командованием начальника ГПУ Орехова доложила премьеру: Россия действительно должна «Ноге» примерно 160 миллионов. По договорённости со швейцарцами часть долга мы можем компенсировать деньгами. Другую часть (причём большую) - посредством реализации совместных проектов.

Распоряжением правительства вице-премьеру, министру внешней экономики О. В. Давыдову поручено «подписать соглашения об урегулировании разногласий, разрешив вносить изменения, не имеющие принципиального характера». Казалось бы, всё понятно.

Тяжба закончилась? Ан нет. Министр Давыдов заключать какие-либо соглашения с «Ногой» отказался. Своё нежелание он даже не удосужился как-то мотивировать.

Параллельно с этой затяжной бюрократической интригой в Люксембургском трибунале слушался иск «Ноги» к российскому правительству. Устав от бесконечных обещаний, Гаон решил вернуть свои деньги по суду. Тем более что в его руках было неоспоримое доказательство правоты - Распоряжение правительства о создании специальной комиссии по урегулированию конфликта, где Черномырдин косвенно признавал государственный долг.

Как попал этот документ к Гаону? Это мы и пытались выяснить. Распоряжение было закрытое, с грифом «не для печати».

С подлинника, который Бабичев спрятал в сейф, сняли всего две копии. Одна ушла в Минфин, Вавилову, другая - в аппарат начальника Главного правового управления президента Орехова.

По имевшейся у нас оперативной информации один из высокопоставленных российских чиновников (имя его не называю, так как это были всего лишь оперативные наработки) вышел на Гаона. Предложил ему «руку и сердце». Утверждал, что может поспособствовать швейцарцу вернуть деньги. Для этого он даже готов был встретиться с президентом, объяснить ситуацию, добиться выгодного для Гаона решения. Плюс к этому отстранить от дела Вавилова.

24 октября 1994 г. Гаон и два его зятя специально приехали в Москву. На секретные переговоры с предлагавшим свои услуги чиновником. Косвенное подтверждение таких телодвижений мы обнаружили в очередном письме Гаона на имя Ельцина. Бизнесмен среди прочего упомянул, что в Москве с ним неофициально общался некий представитель «Белого дома». Предлагал решить вопрос в частном порядке в обмен на существенную сумму. К сожалению (или к счастью?), ничего у таинственного представителя не получилось. Плетью обуха не перешибёшь.

В результате «бизнеса» с Россией «Ноге» были нанесены серьёзные финансовые убытки. Один из кредиторов подал на неё в суд.

Если бы суд признал «Ногу» банкротом, валютные средства в размере 280 миллионов долларов, которые были арестованы на счетах российских организаций за рубежом, пошли бы на погашение долгов этой компании.

Счета 12 российских правительственных и неправительственных структур были арестованы ещё в 1994 г. трибуналом округа Люксембург. Произошло это после того, как «Нога» обратилась с иском к Правительству РФ. Немаловажная подробность: по оперативным данным, среди прочих были арестованы и личные счета Шохина и Вавилова. Их номера стали известны «Ноге «в ходе частного расследования её службы безопасности».

Теперь уже можно признать: мы встречались с представителями «Ноги» и предлагали предоставить нам информацию о счетах Шохина и Вавилова с гарантией, что эти материалы станут поводом для самого серьёзного разбирательства; более того, мы обязались доложить о них Ельцину. Все безуспешно.

Швейцарцы перестали доверять русским. Все основания для этого у них имелись.

Думаю, так или иначе счета мы всё равно выцарапали бы. А заодно докрутили бы до конца и историю с лоббированием таинственного чиновника интересов «Ноги». Помешали июньские события. Работа по «Ноге» началась в конце лета 1995 г. Пик её пришёлся как раз на май-июнь 1996-го. Что произошло в то время напоминать, наверное, не надо. Коробка из «Белого дома». Отставка Коржакова. Развал СБП. Шохин, Вавилов и вся остальная шайкобратия могли теперь спать спокойно.

Свои кровные деньги фирма «Нога» так и не получила. Благополучно обанкротилась. Впрочем, и Россия понесла немалые убытки. А престиж?

Трудно себе представить, сколько западных бизнесменов отказались сотрудничать с нашей страной, узнав о случившемся. Я уж не говорю о репутации президента, чьи распоряжения не выполняются, попросту игнорируются.

Особое же отвращение ко всей этой истории должен, видимо, испытывать бывший ельцинский пресс-секретарь, обозреватель «Комсомольской правды» Павел Вощанов. Он было попытался разобраться в деле «Ноги», залез слишком глубоко. Неизвестные злоумышленники переломали Вощанову рёбра, пустили под откос редакционную машину.

Похоже, на счетах Вавилова и Шохина в самом деле лежали немалые суммы. Из-за копеек мараться никто не станет. Калечить известного журналиста - это очень высокооплачиваемое мероприятие.

Впрочем, мораль сей главы в другом. Не напоминают ли вам, дорогие читатели, члены нашего правительства персонажей известной басни И. А. Крылова «Лебедь, рак да щука»?

Часы для премьера

Одно время первым вице-премьером правительства работал директор «ВАЗа» Владимир Каданников. Пробыл он в «Белом доме» сравнительно недолго - при очередной рокировке кабинета министров ему пришлось вернуться на родной завод.

Каданников так и не узнал, от какой напасти мы его уберегли.

В начале 1996 г. отделу «П» стало известно, что одна из сотрудниц аппарата Каданникова решила поживиться за вице-премьерский счёт. В список каданниковских посетителей она вставила фамилию некоего бизнесмена. Последнему надо было во что бы то ни стало встретиться с первым вице-премьером и решить важный денежный вопрос. Бизнесмен понимал, что пойти можно и официальным путём. Дойти трудно. Пока дождёшься приёма, власть может сто раз поменяться. Аппаратчица бралась провести бизнесмена в высокий кабинет со стопроцентной гарантией. Правда, небезвозмездно. Свои услуги она оценила ни мало ни много - в 5 тысяч долларов. Выбора у просителя не было. Он согласился.