Девочка для ледяного - Кристина Юрьевна Юраш

Планы у меня были наполеоновскими. Денег — вагон.

Казалось бы, моя счастливая жизнь только-только начиналась.

«А эту комнату я сделаю фиолетовой!» — с улыбкой думала я, решая, как расставить мебель.

День уже подходил к концу, а я стояла в своей комнате, полностью ощущая ее своей.

Но ощущение свободы еще не пришло. Я все еще не верила, что жизнь преподнесла мне такой королевский подарок.

«Не жизнь!» — пронеслась в голове поправочка.

«Он».

Глава 14

Я стояла перед зеркалом, глядя в свои бесстыжие глаза. Черная вуаль лежала на туалетном столике, а я вдыхала новую жизнь, словно пытаясь до конца осознать, что теперь я обладательница несметных богатств и больше не надо угадывать настроение мужа, делать вид, что любишь его, видя, как он просто вытирает ноги об тебя и твои чувства.

Я понимала, что как-то незаметно даже для себя пришла к тому, что единственные цветы, которые мне светят, — это цветы на моем надгробии, а единственное «поглубже» будет адресовано могильщикам.

Мне казалось, я умерла чувствами за годы брака. Ни раздражения, ни страха, ни любви, ни боли. Все это разбивалось о ледяную стену взгляда, который привык смотреть сквозь меня.

Так, всё. Теперь я точно знаю, где находится мой муж. И хватит о нем! Я не хочу больше вспоминать все старые обиды. Впереди целая счастливая жизнь!

Служанки помогли снять черное бархатное платье, которое мне экстренным образом привезли из магазина перед самыми похоронами, а я впервые поймала себя на мысли, что дверь на засов можно не закрывать.

Волосы заплетены в косу, плотная ночная рубашка-монашка, завязанная под самым горлом, босые ноги — вот в таком виде все приличные женщины спят в своих личных спальнях, мечтая о большой любви, пока их муж весело проводит свое время в компании неприличных женщин и дарит им свою большую любовь.

По правилам этикета у меня на голове должен был быть спальный чепчик, но от него я категорически отказывалась. Проснуться утром от того, что чепчик превратился в удавку-слюнявчик, — то еще удовольствие.

Я подошла к окну, чувствуя, как с каждым шагом внутри меня взрывалось что-то древнее, погребённое под десятью годами масок и молчания — не страх, не ярость… а жажда жизни. Жизни, которая все не хотела просыпаться во мне.

И вдруг я подумала: «Теперь, когда все закончилось, я больше не увижу таинственного убийцу!»

Я еще не знала, что я чувствую. Сожаление или радость. Непонятно.

Повинуясь этому странному чувству, я подошла к окну, отодвинула плотную штору и посмотрела на улицу, словно в надежде увидеть его фигуру в тени деревьев.

Снег падал, красиво устилая весь сад. Чаша замерзшего фонтана наполнилась снегом, на одиноких фонарях появились снежные шапки.

Но я смотрела не на свет, а вглядывалась в темноту.

Сердце замирало, когда я переводила взгляд от одной тени к другой, выискивая глазами убийцу.

Но его не было.

Я сделала шаг назад, собираясь задернуть штору, как вдруг почувствовала, как становится холоднее. Я обернулась. Никого.

Мой выдох вышел изо рта облачком пара.

Мои глаза забегали по комнате.

Комната выглядела как обычно.

Как вдруг я заметила, что по зеркалу пополз иней. От удивления мои глаза расширились.

Красивый, изящный, словно кто-то вырезал на стекле узоры холода.

А в центре дыра. Просто кусок незамерзшего стекла. И в ней я вижу огромный темный силуэт, стоящий позади меня.

Высокий, в чёрном плаще, маска — как оскал смерти, глаза — лёд, в котором горит адское пламя.

Внутри всё застыло. Он как-то пробрался в дом!

Эта мысль сначала меня напугала, ведь здесь, в старинных каменных стенах, я чувствовала себя защищенной.

Убийца просто стоял позади меня, а я вдруг почувствовала, что ждала. Я хочу, чтобы он разрушил меня. Не тело. Душу. Потому что только он знает, как она выглядит без маски — та женщина, которая сейчас смотрит на свое отражение. Та, которая искренне радуется, когда умирают те, кто посмел причинить ей боль.

Сердце билось не в груди — в горле. Я не шевелилась. Боялась, что если пошевелюсь — случится что-то страшное.

Тихо. Слишком тихо. Даже часы на стене замолкли, будто боялись нарушить эту святую, ужасающую тишину между нами.

Я чувствовала его взгляд на своей коже — как прикосновение льдинки.

— Ты… — прошептала я, замирая на месте. — Ты пришел убить меня?

Глава 15

В ответ тишина.

Потом — движение. Лёгкий скрип половиц. Шаг в мою сторону. Ещё один. Медленный, уверенный, как шаг хищника, который может лишить меня жизни одним взмахом руки.

В отражении я увидела, как он касается чёрной перчаткой своей хищной маски, сейчас напоминающей оскал, словно целует оскалом свои пальцы.

Он не коснулся меня.

Но провёл пальцем по воздуху в сантиметре от моей кожи.

Как будто рисовал меня.

Как будто учил меня запоминать его прикосновение.

Это было так страшно и так… так…

Я даже побоялась про себя озвучить это слово.

Нижняя часть живота сжималась, грудь стала тяжёлой, кожа покрывалась мурашками. Я чувствовала, как между бёдер разливается тепло.

Как он это делает со мной… Одним взглядом… Он же даже не прикоснулся ко мне…

Стыд. Я почувствовала жгучий стыд перед собой за собственные мысли. Бояться — это понятно. Но…

Надеюсь, о том, что сейчас происходит со мной, никто никогда не узнает.

И тут его рука медленно коснулась моей обнажённой шеи, словно перенося поцелуй с губ на мою кожу.

Чёрная перчатка скользнула, оставляя жгучий, слегка болезненный след, а под ней на моей коже расцветали снежные