Тайна церковной мыши - Анна Васильевна Дубчак

Тишина. Она поднялась и, придерживая голову, как если бы она от боли могла отвалиться и упасть, сделала несколько шагов по направлению к все еще раскрытому сейфу. Вот она, ее сумка, на полу. Таня опустилась на ковер и открыла ее. И деньги целы. Что делать? Хватать сумку и уходить?

Вот что бы сделала Соня? Да она в жизни бы не решилась на такое и никогда бы не попала в подобную ситуацию. Поэтому равняться на нее было бесполезно. Получается, надо принимать решение самостоятельно.

Прижав сумку к груди, Таня вышла из спальни и прислушалась. Ей казалось, что по всем этажам раздается лишь стук ее сердца. Она позвала Ирину еще раз, затем еще и еще. Дом молчал.

Она спустилась на первый этаж, вошла в кухню, этот маршрут был ей знаком. Открыла холодильник и увидела там батарею пивных банок на дверце, ряды бутылок и коробок с соками и молоком. Взяла коробку вишневого сока, достала из буфета хрустальный стакан (стоимостью с ее месячное жалованье в «Синей собаке»), налила себе и с наслаждением выпила, обжигая холодом горло.

Потом обошла весь первый этаж, заглядывая в комнаты, какие-то закоулки холла, ванную комнату и даже туалет. Ирины нигде не было видно. Затем снова поднялась, прошлась по спальням, вернулась в ту, что с оливкового цвета занавесками, подошла к туалетному столику, посмотрела на себя в зеркало. Потянула носом – крепко пахло духами. Ну точно! Ирина, судя по беспорядку на столике (рассыпанная пудра, ворох тюбиков и пенальчиков с косметикой, спонжики, ватные тампоны и палочки, раскрытая шкатулка, полная драгоценностей и бижутерии, открытые пустые футляры из сейфа), наводила марафет перед тем, как куда-то отправиться. В какой-нибудь клуб. Там она напьется и расскажет своим подружкам-друзьям, что с ней сегодня случилось. А потом всей гурьбой они завалятся сюда, пьяные, веселые и готовые расправиться с той, что шантажировала их щедрую и не очень умную подругу.

Нет-нет, надо срочно выбираться отсюда!

Она вышла из дома на крыльцо. А где ключи? Как можно вот так взять и оставить без присмотра такой дом? И не запереть его?!

Она вернулась и принялась искать ключи. И не нашла. Снова вышла на крыльцо, открыла сумку, чтобы взять сигареты, и вдруг увидела поверх банкнот эти самые ключи. Большую тяжелую связку. Получается, что эти ключи ей в сумку положила Ирина. Больше некому. Ну не сама же она, напившись, настолько осмелела, разошлась, чтобы так нахально присвоить себе еще и ключи от дома! Ладно. Пусть так. Значит, теперь есть чем запирать дом.

Удивительным было то, что маленькое строение справа от ворот, где должна была находиться охрана, пустовало. Скорее всего, при жизни хозяина все было так, как и положено: охрана, штат обслуги. Когда же его не стало, все грозило превратиться в хаос, а организм дома ждало неминуемое разорение. Да сложно себе представить, какое количество людей поддерживало дом в порядке, следило за чистотой, поливом и прополкой растений. И вот эта дурища Ирина взяла и в сердцах, скорее всего, из-за какого-нибудь конфликта, разругалась в пух и прах с уборщицами, садовником и кухаркой, да и уволила их всех. Разом!

Заперев мощные двойные двери дома, Соня спустилась с крыльца. Снова прислушалась. Может, где-нибудь раздастся шум подъезжающей машины и она увидит Ирину? Да, кстати, а где желтый кабриолет?

Она увидела машину там же, где ее оставила Ирина, когда они только въехали в ворота, – под навесом, по левую сторону от ворот. Получается, что она уехала на такси или же за ней кто-нибудь заехал.

А где она вообще находится? Если она вызовет такси, то как назвать адрес? Она открыла телефон, карту. Итак – пятый километр Рублево-Успенского шоссе, поселок Мякинино… Что ж, так она и скажет водителю. Вот только в случае, если против нее как против грабительницы, к примеру, возбудят уголовное дело, то водителя привлекут в качестве свидетеля. Но разве существует другой вариант? Позвонить любовнику, который сейчас спит в обнимку с любимой женой в супружеской постели, и попросить его приехать за ней? Да он первый и даст против нее показания в случае чего. Кондратьев – мутный, трусливый тип, да к тому же еще и подкаблучник.

Но не пешком же идти до Москвы? Хотя… Почему бы ей не пройти эти два километра, остановиться у какого-нибудь другого дома или магазина и уже там вызвать такси?

Она так и сделала. Заказала такси и, устроившись на траве в обочине, в очередной раз проверила свой телефон, удивляясь тому, что до сих пор нет звонка от Сони. Но она, похоже, давно крепко спала и видела сладкие сны.

Таня вернулась домой в четыре утра. Открыла двери своими ключами, разулась в темноте и, перемещаясь по квартире на цыпочках, вошла в спальню. Там, при приглушенном свете уличного фонаря, озарявшего комнату через стекло окна, она увидела спящую на кровати Соню. Успокоилась, что с ней все в порядке, отправилась на кухню, достала кастрюлю с супом, налила в тарелку и подогрела в микроволновке. Она замерзла, но трясло ее, конечно, не от холода. Она так нервничала, что у нее стучали зубы.

Рядом на стуле лежала сумка с деньгами. Вот сейчас Таня проснется в своей кровати, и окажется, что ее сумка пуста. Что все это – Ирина, наезд, Рублевка – ей приснилось! Перед тем как окончательно проснуться, она еще раз открыла сумку, погладила зеленоватые пачки с деньгами. Господи боже мой! Да когда еще она увидит такое количество денег!

Она замотала головой, надеясь таким образом проснуться, но не просыпалась. Она по-прежнему сидела на кухне перед пустой тарелкой, а за окном розовел рассвет.

Послышался шорох, она резко повернулась – в дверях стояла заспанная Соня. В короткой батистовой рубашке, черные волосы растрепаны, синие глаза смотрят на нее как на привидение.

– Извини, что разбудила, – сказала Таня.

– Ну ты даешь, подруга! И где тебя только носило? Снова со своим Витюшей?

– Знаешь, я решила уйти от него. Был серьезный разговор. Короче, я больше туда не пойду. Кажется, я нашла себе другую работу.

– Давно пора, – улыбнулась Соня. – Ты знаешь, что я все это время думала по этому поводу. Так что повторяться не стану. Но я рада за тебя. Это же было каким-то грязным насилием, я права?

– Да, конечно, права!

– И что за работа?

– Не удивляйся, пожалуйста. Я буду убираться в одном богатом доме на Рублевке. За две тысячи евро в месяц.

– Таня, – Соня