Все вейры Перна - Энн Маккефри

— Но ведь я, надеюсь, есть в списке? — с оттенком высокомерия осведомился Джексом.

— Есть. В нем ты, я, Джейнсис, мастер Робинтон, и все, кто был в комнате, когда Айвас проснулся.

— И он разговаривал с тобой, когда ты был один, — сказал Джексом.

— Может быть, если Сибел с Менолли выйдут — как мне ни жаль вас об этом просить — он согласится говорить со мной, и я смогу ознакомить его с Летописями?

— Мы это как-нибудь переживем, — ответила Менолли и, взглянув на Сибела, увидела, что тот кивнул в знак согласия. Здравый смысл и неизменное добродушие — вот лишь два качества из многих, за которые Менолли любила и уважала своего супруга. — Пьемур, в комнатах полно свободных тюфяков. У тебя такой вид, будто ты спишь на ходу. Вы с Сибелом ложитесь в комнате мастера Робинтона, а я устроюсь рядышком с Джейнсис. Если этот ваш Айвас ждал — сколько Оборотов, Джексом? — две с половиной тысячи… — она слегка содрогнулась, представив себе такой срок, — то мы уж как-нибудь подождем до утра.

— Мне бы не хотелось оставлять Джексома одного… — промямлил Пьемур, хотя перспектива прилечь его весьма манила. Последняя кружка кла не помогла побороть накопившуюся усталость.

Менолли взяла его за руку — Я готова тебя уложить, как своего маленького Робса. — Она рассмеялась, когда юноша негодующе фыркнул. — Ты совсем как мастер Робинтон — никогда не умеешь о себе позаботиться. Ступай, поспи хоть немножко. И ты тоже, Сибел. Завтра… нет, здесь это уже сегодня — все наверняка будут метаться, как безмозглые птицы. Ну, а нам надлежит сохранять выдержку и спокойствие.

Когда двери за друзьями тихо закрылись, Джексом обратился к машине.

— Айвас, теперь здесь я один.

— Это очевидно.

— Так, значит, ты выполнял уговор?

— Это мой долг. — Отлично. А мой долг — показать тебе Летописи, в которых запечатлена наша история. Это пожелание мастера Робинтона.

— Клади, пожалуйста, страницы текстом вниз на освещенную панель. Осторожно, отдавая себе полный отчет в том, что мастер Арнор, главный архивариус Цеха арфистов, спустит с него шкуру, вздумай он повредить хоть одну драгоценную страницу, Джексом открыл первую Летопись — текущее Прохождение, первый Оборот — и положил на мерцающую зеленую панель, — Следующую!

— Как? Я ведь едва успел ее положить! — воскликнул Джексом.

— Считывание происходит почти мгновенно, лорд Джексом.

— У нас впереди долгая ночь, — заметил юноша, послушно открывая Летопись на следующей странице.

— Подмастерье Пьемур сказал, что твой белый дракон — исключительное животное, обладающее множеством необычных качеств, — вдруг проговорил Айвас.

— Которые компенсируют его малый рост, белый цвет и отсутствие интереса к противоположному полу. — Интересно, что там Пьемур наговорил о Руте, недовольно размышлял Джексом, хотя и знал, что друг одинаково предан и ему самому, и его белому дракону.

— Подмастерье не ошибся, когда сообщил мне, что Рут умеет перемещаться во времени и всегда знает, в каком времени он находится? — Все драконы умеют перемещаться во времени — во всяком случае, в прошлое — рассеянно ответил Джексом; все его внимание было сосредоточено на страницах Летописей, которые он старался перелистывать осторожно и в то же время проворно.

— Но полеты во времени запрещены?

— Полеты во времени опасны.

— Почему?

Джексом пожал плечами, открывая новую страницу.

— Дракон должен точно знать, в какое время собирается попасть, иначе он может вынырнуть из Промежутка в том же месте, которое он занимал в более ранний момент или слишком близко от него. И то, и другое считается опасным — предполагают, что в этом случае и всаднику, и дракону грозит гибель. Столь же неразумно отправляться туда, где ты еще никогда не бывал. Поэтому и не следует перемещаться в будущее: неизвестно, будешь ты там в это время или нет. — Джексом помолчал, расправляя страницы. — Самый замечательный полет совершила Лесса…

— Подмастерье Пьемур так и сказал мне. Беспримерный подвиг, но едва ли дело обошлось без неблагоприятных последствий. Прецедент телепортации так и не получил исчерпывающего объяснения и, судя по рассказу Пьемура, слишком долгое время, проведенное в подобном путешествии, приводит к различным отклонениям. Ты со своим белым драконом тоже летал через временной Промежуток?

— Ты правильно запомнил название, — хмуро заметил Джексом, надеясь, что его тон пресечет дальнейшие расспросы. «Но Айвас — не человек, — напомнил себе молодой лорд, — и навряд ли он по тону или словам может уловить, что я не особо желаю распространяться на эту тему.» Вслух же он произнес: — Об этом случае мало кому известно.

— Понял, — к удивлению Джексома, ответил Айвас. — Не будешь ли ты возражать, лорд Джексом, если мы перейдем к обсуждению обязанностей различных социальных групп, которые упоминаются в ваших Летописях? Каковы, например, права и обязанности лорда-правителя? Или Предводителя Вейра? Или цехового мастера? Некоторые термины переписчики воспринимали как нечто само собой разумеющееся и не снабжали пояснениями. Я должен твердо их усвоить, чтобы разобраться в современной политике и социальном устройстве.

Джексом усмехнулся.

— Ты бы лучше спросил кого-нибудь из более опытных лордов, например, Гроха или хотя бы Ларада с Асгенаром.

— Но ведь здесь есть ты, лорд Джексом.

Быстрота реакции Айваса позабавила Джексома и, поскольку разговор помогал скрасить однообразную работу, заключавшуюся в бездумном перелистывании страниц, он уступил — и удивился, как быстро пролетела ночь в беседах с Айвасом. Только значительно позже он понял, насколько искусно были построены вопросы. А пока ему и в голову не приходило, какую важную роль предстоит сыграть его объяснениям.

Джексом заканчивал с пятым Оборотом текущего Прохождения, когда почувствовал, как одеревенели мышцы плеч. Пора было сделать перерыв. Поэтому, услышав, как кто-то шевелится за дверью, он негромко спросил: — Кто там?

— Это я, Джейнсис. Ты уже вернулся? О, да ты не терял время зря! — улыбнулась девушка, входя в комнату. — Давай-ка я тебя сменю — у тебя усталый вид. Почему этим делом не занялись Сибел или Менолли?

— Айвас отказывается иметь с ними дело, пока их не представят ему по всей форме. А для этого нужно собрать вместе лорда, Предводителя Вейра и Главного мастера.

На лице Джейнсис промелькнула досада.

— Иногда мы сами себе усложняем дело. Отдохни, Джексом, я тебя заменю. Выпей кла, пока он еще не остыл. — Взяв у него из рук Летописи, Джейнсис расправила страницы на поверхности панели. — Но все же мастер Робинтон и те, кто были здесь вместе с ним, правильно поступили, ограничив допуск к Айвасу.

— Гмм… пожалуй… трудно даже представить, что люди начнут у него выспрашивать, — ответил Джексом, а сам подумал о том, как много он наболтал в ответ на вопросы Айваса.

К тому времени, когда он покончил с кла, который оказался не столь горяч, как хотелось бы, но все же придал бодрости, Джейнсис покончила с первым томом и взялась за следующий.

Джексом задумался: интересно, сможет ли он включить в список свою супругу, леди Шарру? Она так разволновалась, когда он поведал ей, что Айвас хранит медицинские познания предков… Двое из ее пациентов страдали от мучительных болей, которые никак не удавалось облегчить снотворным бальзамом. День ото дня они медленно угасали. Мастера Олдайва, к которому Шарра обращалась за советом, эти недуги тоже поставили в тупик. Тут Джексом напомнил себе, что мастер Олдайв, Главный целитель Перна, имеет большее право на встречу с Айвасом. Джексом редко использовал свои привилегии лорда — но все же, когда речь идет о жизни и смерти, можно, наверное, сделать исключение…

— На сегодня достаточно, мастер Джейнсис, — негромко сказал Айвас.

— Запас энергии почти на исходе. Чтобы его пополнить, нужно не меньше часа яркого солнечного света. Если удастся расчистить остальные панели, питания будет хватать на более длительный срок.

— Я сделала что-то не так? — смущенно спросила Джексома девушка.

— Вовсе нет, — засмеялся тот. — Просто он получает питание от тех панелей, которые вы с Пьемуром раскопали на крыше. Это солнечная энергия. А солнце уже давно зашло, — он широко зевнул. — Совсем поздно. Пора и нам с тобой передохнуть.

Джейнсис обдумала его слова, потом потянулась к почти пустому кувшину с кла.

— Нет, я уже выспалась. Пойду заварю свежего кла. Он нам пригодится, когда народ начнет съезжаться. Она быстро вышла.

Джексому нравилась Джейнсис. Еще не так давно они вместе посещали лекции в Цехе кузнецов, и молодой лорд помнил, что она занималась куда усерднее него и обнаружила несомненный талант к механике и кузнечному делу. Она но праву заслужила звание мастера. Джексом слегка удивился, когда Джейнсис с Пьемуром так неожиданно поладили, хотя Шарра всем сердцем одобряла их союз. От долгих скитаний по Южному у Пьемура развились кое-какие странности, утверждала она. И чтобы снова стать нормальным человеком, ему необходима прочная привязанность. И уж конечно дерзкий молодой арфист поможет Джейнсис поверить в себя и преодолеть робость — следствие того, что она росла в тени своего знаменитого деда, Фандарела. Джексом отлично помнил, какая она искусная чертежница.