Отцы + дети - Сборник статей

3. Они не сомневаются в своей значимости и нередко сообщают родителям, «кто они».

4. Для них нет абсолютных авторитетов, они не считают нужным объяснять свои поступки и признают только свободу выбора.

5. Им физически и морально трудно совершать некоторые бессмысленные, с их точки зрения, действия, например стоять в очереди.

6. Они теряются, когда вместо проявления творческих способностей от них требуют строгого соблюдения традиции.

7. Они часто видят более рациональный способ решения той или иной задачи, однако окружающие воспринимают это как «нарушение правил» и нежелание таких детей приспосабливаться к существующей системе.

8. Они необщительны, если не находятся в кругу себе подобных. Если рядом нет никого похожего на них, они замыкаются в себе, чувствуют, что их никто не понимает. Поэтому им очень нелегко устанавливать социальные связи в период обучения.

9. Они никак не отзываются на обвинения в нарушении дисциплины, остаются глухи к угрозам вроде: «Вот подожди, придет отец, узнает, что ты натворил, тогда увидишь!»

10. Они не стесняются говорить о том, в чем испытывают нужду.

11. Их уважение может заслужить лишь тот, кто действительно многое знает и ведет себя достойно.

12. Эти дети философы, их суждения о смысле жизни, о предназначении человека, о Вселенной и о Боге отличаются глубиной и оригинальностью.

13. У многих «индиго» с самого рождения хорошо развиты целительские и экстрасенсорные способности.

Перечисленные особенности почему-то наводят на мысль, что одним словом пытаются назвать не только новые качества, которые появляются у современных детей и которые не всегда можно объяснить, но и целый комплекс проблем общества, которые теперь проявляются все ярче…

Человек или терминатор?

Еще больше настораживает и беспокоит, когда говорят, что наряду с присущими ему качествами философа, гуманиста, призванного спасти наш мир, ребенок индиго способен убить и убивает, если что-то происходит не так, как он хочет. Приведем отрывок из интервью Нэнси Энн Тэпп для книги «Дети индиго»:

«Энн: В современных условиях детям индиго живется трудновато… в некоторых случаях существующая система воспитания настолько заблокировала их, что иногда эти дети могут убить. Теперь я всегда верю в парадоксы. В жизни должно иметь место как положительное, так и отрицательное – для того чтобы у нас была возможность выбора. Без свободы выбора не может быть прогресса.

…Все дети, убивавшие своих школьных товарищей или родителей, которых я… наблюдала, – были из числа „индиго“.

Джен: Это очень важное наблюдение… Насколько я могу понять из ваших слов, они чувствуют, что у них особая миссия, и, когда на их пути возникают препятствия, когда их блокируют, им ничего не остается, как убрать то, что, по их мнению, им мешает?

Энн: Для них это форма выживания. Когда мы с вами были детьми, нам в голову тоже приходили разные ужасные мысли. Но мы хотели от этого убежать. Нам было страшно. А они ничего не боятся. Они верят в себя».

Значит, «новый человек» с врожденным повышенным чувством справедливости, сострадания, милосердия убивает потому, что кто-то мешает ему идти к своей цели?! Нет, это не новый человек, а терминатор какой-то! И не стоит говорить о новой ступени эволюции – а значит, улучшения, обновления – самой природы человека. Это «новое поколение» лишь с новой силой выявляет старые проблемы и язвы нашего общества. И на них надо реагировать, создавать реабилитационные программы, учить взрослых воспитывать и понимать таких детей, а не верить, что эти проблемы никак от нас не зависят и что они признак самого нового поколения.

Если же говорить об эволюции человечества, то, по идее, новый человек должен быть лучше предыдущего, лучше нас. «Лучше» не в интеллекте, не в умении решать задачи, потому что тогда будущее за компьютерами, и не в физической силе, крепких мускулах и выносливости, потому что тогда Кинг-Конг совершеннее нас…

Польский фантаст Станислав Лем утверждал, что человек будущего в любых обстоятельствах и при любых изменениях должен, прежде всего, оставаться Человеком. А Человек – это тот, кто поступает этично. Значит, новый человек должен быть человечнее: добрее, справедливее, честнее, способнее к любви и пониманию Бога (во всех смыслах). Единственное, что отличает человека от животного и от самой умной машины, – это чувство Бога и чувство юмора. А значит, и этический закон должен быть для нового человека руководящим. Так станет ли он убивать?

Новые белые вороны?

Есть еще одна проблема, которую, как лакмусова бумажка, выявил феномен детей индиго. Это разобщенность, отсутствие понимания, сложности в общении, из-за которых многие молодые люди чувствуют себя одинокими, непонятыми. Их мечты, способности и стремления оказываются ненужными, не вписываются в существующую систему. И тогда у них появляется желание разрушить эту систему, противостоять ей, а где-то в глубине души – страстное стремление найти близких по духу, тех, кто их поймет. Такие разрушители систем были во все времена. В 60-х годах, например, их называли «хиппи», и они тоже мечтали, чтобы в мире было больше любви и понимания.

Может быть, в нас тоже живет тоска по своей стае белых ворон, и поэтому мы, читая о присущих детям индиго особенностях, находим их у себя? Мы тоже не любим очереди и давление авторитетов, задумываемся о смысле жизни и о Боге. Труднее с даром целительства, но ведь не пробовали же… А самое главное – если рядом нет людей, способных нас понять, мы тоже замыкаемся в себе и страдаем. И отношения в школе, в институте, на работе из-за этого часто не складываются. Может, мы все – дети индиго? Может, сегодня термин «индиго» заменил устаревшую «белую ворону»?

Вот что пишут те, кто узнает в себе черты детей индиго, кто ищет понимания хотя бы в Интернете (тоже яркий признак времени) и на многочисленных форумах иногда находит.

«Я не знаю, ребенок индиго я или нет, потому что мне 17 лет, и я не знаю, рождались ли дети индиго в 1987 году. Я очень и очень одинока на этой планете и постоянно чувствую себя пришельцем из другого мира, я не понимаю той злобы, зависти и тяги к пороку, которая присутствует у всех моих знакомых… Меня часто бросает в дрожь от этого холода… Я хочу изменить мир, повернуть к свету… хотя я чувствую себя гостем на этой планете, я уверена, что должна сделать ее духовнее…»

«Скажу честно, я не знаю, кто я… но по всем признакам очень похож на человека индиго, за исключением активности. Философско-аналитический склад ума, очень проницателен, развивался быстрее своих сверстников и всю сознательную жизнь считал, что школа создает лишь моральных уродов, а современное образование в университетах лишь пустая трата времени и нервов. Если верить немного в астрологию, то оттуда я знаю многое. Я мог бы научить многих моих учителей большему, чем они могли мне преподнести. Одиночество? А кто в этом мире не одинок? Я знаю то, что мне много дано. Но я знаю, что не умею этим пользоваться…. Мне 22 года, я рад был бы познакомиться с детьми индиго, если такие есть… Мне кажется, мы друг от друга сможем многому научиться… Меня интересует общение с людьми, это можно назвать моей миссией, ведь все мы живем ради ОПЫТА…»

Что думают специалисты?

Медики, психологи, педагоги словосочетание «дети индиго» стараются не использовать. Но особенности современных детей отмечают: и у нас в стране, и за рубежом появляется все больше невнимательных, неусидчивых, чрезвычайно активных, раздражительных и при этом – очень смышленых, с довольно высоким уровнем интеллекта, способных находить нестандартные, оригинальные решения детей. Эти удивительные «гении» с трудом обучаются чтению и письму, с трудом находят общий язык с одноклассниками и учителями, но знают, что они самые-самые, хотя во многих ситуациях плохо контролируют свое поведение. А родители часто не могут ничего сделать. «…Не знаю, такой ли мой ребенок, но очень уж похож. Хотелось бы узнать… как с ним себя вести, а то в последнее время хочется удрать от него на край света или опустить руки и ждать… только вот не знаю чего» (из письма на сайт «Дети индиго»).

Многие педагоги отмечают, что современные дети становятся менее управляемыми, не считаются с мнением взрослых, ведут себя так, как считают нужным. Они могут встать во время урока со своего места, чтобы подойти к однокласснику или вообще выйти из класса. Могут, не стесняясь, сказать учительнице, что она их «неправильно учит». На замечания они не реагируют или отвечают агрессией и бранью. И если раньше таких детей называли хулиганами и было их один-два на целый класс, то сейчас становится все больше.

Вы улыбнетесь, но нечто подобное описывал еще Платон в «Государстве»: «Отец привыкает уподобляться ребенку и страшиться своих сыновей, а сын – значить больше отца; там не станут почитать… родителей (все под предлогом свободы!)… При таком порядке вещей учитель боится школьников и заискивает перед ними, а школьники ни во что не ставят своих учителей и наставников. Вообще молодые начинают подражать взрослым и состязаться с ними в рассуждениях и в делах, а старшие, приспособляясь к молодым и подражая им, то и дело острят и балагурят, чтобы не казаться неприятными и властными… Душа граждан делается крайне чувствительной, даже по мелочам: все принудительное вызывает у них возмущение как нечто недопустимое. А кончат они… тем, что перестанут считаться даже с законами – писаными или неписаными, – чтобы уже вообще ни у кого и ни в чем не было над ними власти».