Битва за Крым - Максим Шахов

– Что еще вы можете сообщить о Варваре Сапроновой?.. – в пятый раз спросил Горов.

– Я вам уже все сообщил, – нервно проговорил Аркадий. – Она работала у нас массажисткой. Но вчера вечером самовольно ушла с работы, и больше я ее не видел!

– Как она ушла? Во сколько?

– Не знаю. Она ушла тайно. В смысле, никого не предупредив. Хватились мы ее около одиннадцати. Это все!

– Да?

– Да!

– А это что?.. – вдруг протянул руку к карману Аркадия Марковича Горов. – О, как интересно! – Двумя пальцами Горов вытащил небольшой пакет с белым порошком. – Наркотиками балуетесь, Аркадий Маркович?

– Это не мое! – выпучил глаза Аркадий.

– Да ладно вам, – ухмыльнулся Горов. – Грамма три будет… А это серьезная статья! Впрочем, я мог бы об этом забыть. Если бы вы пошли мне навстречу! Ну так что – будем оформлять изъятие или поговорим о Варваре? У вас три секунды на размышление! И пять лет в перспективе!

Тут Аркадия невольно пробил холодный пот. Не пройди он сегодня тренинг у Романа, он мог бы и дрогнуть. Но адвокат свое дело знал. И Аркадий дрожащим голосом вскрикнул:

– Это «прокладка»! И у вас этот фокус не пройдет! Я отказываюсь говорить до прибытия своего адвоката!

Горов кивнул молчаливому милицейскому оперу – мол, присмотри пока. А сам вынырнул в коридор. В соседнем кабинете сидел Логинов с замначальника отделения милиции. Горов быстро взял из лежащей на столе пачки сигарету и прикурил ее.

– Ну?.. – спросил Логинов.

– Он не расколется, – покачал головой Горов. – Разве что пентоталоном ширнуть…

– Только не в нашем отделении! – быстро проговорил милицейский подполковник.

– Ну, или в камеру к «синим» подсадить, – пожал плечами Горов.

– Это в принципе организовать можно, – кивнул милиционер. – Но только если будет санкция прокуратуры или суда на его задержание… – В этот момент на столе зазвонил телефон. – Да, слушаю! Уже адвокат прибыл? А как фамилия? Ой, блин… Ясно, пока придержите… Труба дело, коллеги! – быстро сказал замначальника отделения, опустив трубку. – Адвокат вашего клиента уже внизу в дежурной части. И не какой-то «заочник», а Блумберг. А это тип еще тот, мы с ним хлебнули не раз горя! В общем, я вам больше не помощник. Блумберг ваше липовое заявление об исчезновении Сапроновой «раскусит» на раз. И тут же настрочит кучу «телег» в прокуратуру – от межрайонной до генеральной. Поэтому решайте! Или вы забираете этого Аркадия к себе и продолжаете колоть на Лубянке, или я его выпускаю…

Логинов только приглушенно выматерился.

– Понял! – поднялся милиционер.

Минуту спустя он уже вывел Аркадия Марковича к решетке у дежурной части. Блумберг закричал еще издали:

– Я буду жаловаться! Вот доверенность, а вы меня не пускаете к подзащитному!

– К какому подзащитному? – недоуменно пожал плечами замначальника отделения. – Гражданин добровольно проехал к нам для беседы. Мы его ни в чем не обвиняли. Наоборот, благодарны, что он уделил нам время. Ведь так?..

– Вы ничего не подписывали, Аркадий Маркович? – быстро сориентировался Блумберг.

– Нет!

– И претензий не имеете, верно? – спросил подполковник.

– Насчет претензий мы еще посмотрим! – окинул придирчивым взглядом подопечного Блумберг. – Вас не били?

– Нет. Только наркотики пытались подбросить…

– Что?!. – напрягся Блумберг.

– Гражданин шутит, – рассмеялся замначальника отделения. – Ну, удачи, не смею больше задерживать! И еще раз спасибо за помощь!

– Вот такая херня получилась! – развел руками Логинов. – И карты раскрыли, и этого Аркадия Марковича не раскололи! Говорил же я – за город его надо было вывозить, а не под ментовку с ним работать!

Ватлин хмуро уставился в стол. В чем-то Логинов был прав. Полумеры в данном случае привели к тому, что ситуация еще больше осложнилась. Но руководство требовало строго придерживаться закона. Вот и допридерживались…

– Ладно, будь у себя, – кивнул Ватлин. – Я попытаюсь убедить начальство дать нам в этом случае свободу действий. Но не больно-то рассчитывай на это. Так что думай, что делать дальше. Курсистка нам нужна кровь из носу…

– В том-то и дело! А ее сейчас, может, убивают, чтобы обрубить все концы!

– Это навряд ли. Блумберг этот явно не дурак. А значит, и его клиенты тоже. Уж теперь-то кого-либо убивать они поостерегутся. Так что пока думай, что можно предпринять…

К себе Логинов вернулся мрачнее тучи. Включил чайник, повернулся к окну и, сунув руки в карманы, уставился на улицу невидящим взглядом.

В голове назойливой мелодией вертелась фраза из «Маленького принца» насчет того, что мы в ответе за тех, кого приручили. Логинов, конечно, был далеко не маленький принц, да и Клер уподобить розе можно было только с большой натяжкой.

Но все равно Виктор чувствовал себя ответственным за случившееся с проституткой. Даже вне зависимости от того, что она сейчас являлась важнейшим свидетелем, спасение которого превратилось в дело государственной важности.

Отношения кураторов с агентами складываются по-разному. Нередко кураторы презирают своих подопечных и даже ненавидят. И не без оснований – среди армии «барабанщиков» полно личностей, общение с которыми может кого угодно заставить усомниться в самом существовании такого понятия как «человечность». Именно поэтому некоторые кураторы и делали иногда своих агентов разменной монетой в оперативных комбинациях, «сдавая» их с потрохами тем, на кого они «стучали».

Логинов такого категорически не принимал. И не потому, что был белоручкой. Просто он считал, что, если уж на то пошло, куратор должен собственноручно ликвидировать агента-мерзавца, но не предавать его ни при каких обстоятельствах. Иначе он сам автоматически становится мерзавцем.

В этом смысле Логинову импонировал Маркус Вольф – руководитель легендарной «штази», прекратившей свое существование вместе с ГДР. Какими бы неприглядными делами с сегодняшней точки зрения ни занималась «штази» в прошлом, Маркус Вольф доказал, что рыцарь плаща и кинжала может быть человеком чести. Чтобы узнать имена агентов «штази», германские власти предлагали Маркусу Вольфу миллионы, одновременно гарантируя прекращение уголовного преследования. С другой стороны, Маркус Вольф мог тайно выехать в Россию, где ему было бы предоставлено пожизненное убежище и иммунитет.

Однако убегать он не стал, посчитав это ниже собственного достоинства. Вольф остался в Германии, где прошел заключение и несколько судебных процессов, но так и не сдал ни одного секрета бывшей «штази». Вот и говори после этого, что коммунистическими спецслужбами Восточной Европы заправляли негодяи…

Чайник закипел и выключился, Виктор повернулся, но потянулся не к чайнику, а к телефону. И позвонил в Управление по борьбе с организованной преступностью ФСБ.

– Слушаю! – пробасил коллега Виктора полковник Чайкин.

– Это Логинов! Ну что, не появился ваш майор Горшков?

– Горшков появился, санкция пока не появилась…

Логинов приглушенно выматерился, но взял себя в руки:

– Личная просьба: проследи, чтобы этот твой Горшков куда-нибудь снова не умотал. А санкцию я вам принесу сам – в клюве…

– Дел оперативной разработки показать не смогу, – покачал головой Горшков. – А на вопросы отвечу! Валяйте!

Логинов сидел в небольшом кабинете на стуле. Горшков с сигаретой пристроился напротив него на столе. Он был чернявым, коротко стриженым, резким и худощавым. Лицо Горшков имел весьма характерное и жестикулировал не хуже чисто конкретных пацанов. Не знай Логинов, что майор в прошлом кадровый военный, он бы, пожалуй, даже не усомнился, что перед ним прожженный бандит.

– Дело такое… – сказал Виктор, тщательно подбирая слова. Не то чтобы он не доверял Горшкову, но и говорить лишнего не имел права. – Нам позарез нужно найти одну проститутку. Работала она на Серого в новом публичном доме недалеко от центра. Знаешь такой?

– Само собой. Интересное место… Ну?

– Вчера управляющий Серого Аркадий обвинил ее в том, что она работала на… В общем, на два фронта.

– В смысле стучала? Вам или ментам? – быстро спросил Горшков, резко стряхивая пепел мимо пепельницы.

– Сейчас без разницы кому, правильно?

– В общем-то да, – двумя затяжками прикончил сигарету Горшков и с силой раздавил ее в пепельнице. – Потому что ее уже закопали…

– Что?.. Это точно?.. – напрягся Логинов. – Кто тебе дал эту информацию?

– Никто, – пожал плечами Горшков. – И это не информация, а предположение. Просто Серый таких вещей не прощает. Иначе его уже давно бы закопали самого… Так что конкретно вам надо?

– Я же сказал: нам нужно ее как можно скорее найти – живой!