Гости Голоадии - Крэг Гарднер

– Я отвечаю за все практические занятия по волшебству, - сообщил он. - Я имею в виду настоящее волшебство - для тех, кто не боится лишний раз пошевелить руками!

Снорфозио презрительно фыркнул:

– Очень жаль, что так много волшебников тратят свое время и силы на такую ерунду! Если бы они вместо этого побольше занимались теорией, представляете, каких высот мы бы…

– Как же, как же! - перебил Симпликс.- Знаю я эти ваши лекции о вымышленных кроликах и воображаемых шляпах! Вот что я вам скажу: когда нам попадается волшебная шляпа, мы ее используем на всю катушку!

Внимательно изучая свои ноги, я изо всех сил желал, чтобы разговор перевели на что-нибудь другое. Мне к тому же вспомнилось, что клочки одной такой волшебной шляпы до сих пор лежат у меня в карманах и надо бы от них поскорее избавиться.

– Воображаемые кролики? - От возмущения Снорфозио даже начал заикаться. - Вы-вымышленные шляпы? Да будет вам известно, моим студентам случалось…

– Да уж! - примирительно произнес учитель. - Я уверен, что оба вы совершенно правы. Но здесь есть еще один господин, с которым мы пока не знакомы.

Последний из гостей кивнул Эбенезуму и неуверенно улыбнулся. Малый был с меня ростом, но покрепче. Прежде чем заговорить, он снял шапку.'

– Меня зовут Томм, - сказал он едва слышно. - Мне осталось сдать всего три зачета - и диплом волшебника у меня в кармане. Я бы уже давно сдал, но вынужден заниматься и своим жалким ремеслом, чтобы оплачивать обучение.

– Что же это за ремесло? - поинтересовался Эбенезум.

Томм заколебался. Он пристально разглядывал носки своих башмаков, прямо как я несколько минут назад.

– Понимаете, добрый господин, - неохотно начал он. - Я хочу стать волшебником, чтобы работать над собой, внутренне совершенствоваться, чтобы изменить свой жалкий жребий… Дело в том, что я… - Он помолчал, собираясь с духом. - Я лудильщик. - Он знаком пресек все наши возражения. - Может, вам и непонятно, почему я так из-за этого расстраиваюсь. Вы скажете: «Ничего такого! Вполне почтенное ремесло!». И все же кому из вас на вопрос «Чем вы занимаетесь?» было бы приятно ответить: «Лужу!»?

Томм тяжело вздохнул и робко посмотрел на учителя:

– Я прошел почти полный курс обучения. Скоро профессия лудильщика останется в прошлом. Но есть и еще кое-что постыдное в моей жизни. И мириться с этим почти невозможно.

Мы все молча воззрились на молодого человека. Он судорожно сглотнул и продолжал чуть слышным шепотом:

– Я мог бы спасти Вушту, но… сбежал.

– Послушайте, а не наговариваете ли вы на себя? - спросил Эбенезум. - Для того чтобы заставить исчезнуть такой крупный город, как Вушта, нужно много сил. Стоит ли корить себя за то, что вы в одиночку не смогли противостоять могуществу демонов?

– Да, стоит! - воскликнул вдруг Томм необычайно звонким голосом. - Я был в самом центре! Я мог остановить это, я знаю. Я был в Вуште за несколько мгновений до того, как она исчезла. - Томм содрогнулся. - Позвольте мне рассказать вам о моем постыдном поступке!

И недоучившийся волшебник в двух словах поведал нам о том, что с ним произошло. Раз в неделю Томм навещал в Вуште свою матушку. На этот раз он сразу заметил неладное. Над городом собрались черные тучи, и стало темно, как ночью, лишь изредка на фоне темного неба что-то ярко вспыхивало.

– Проклятие, - оценил обстановку Хендрик. Томм согласно кивнул:

-• Вот и я подумал! Я помчался к матушкиному дому. Она живет на самом верхнем этаже. Я прыгал по лестнице через три ступеньки и молился: «Только бы с ней ничего не случилось!». Никогда бы себе этого не простил!

Томм тяжело дышал, как будто только что взбежал на последний этаж.

– Итак? - не выдержал Симпликс. Все мы придвинулись поближе к лудильщику, чтобы не пропустить ни слова.

– Я постучал в дверь,- сказал Томм, и его нижняя губа задрожала.

– И…? - прошептала Эли. Ее прелестное лицо, обрамленное сияющими волосами, излучало мягкий свет сострадания.

Томм продолжил замирающим шепотом:

– И… моя добрая старая матушка открыла мне. Эбенезум нервно выдернул из бороды очередной волосок.

– Вот как! Так в чем же дело? - спросил учитель и посмотрел на лудильщика твердым взглядом, который, похоже, вернул парню самообладание. Он продолжал уже гораздо более спокойным голосом:

– Матушка велела мне вести себя тихо. Она сказала, что у нее в доме какой-то… паразит. Тут я заметил, что в руках она почему-то держит зонтик. Паразит? Должно, быть, мышь или какое-нибудь крупное насекомое, с которым я легко справлюсь. У матушки глаза уже не те, что раньше, так что уж если она разглядела его, то я уж точно… Но когда я увидел этого… паразита… - Томм замолчал.

– Ну? - Нори протянула к лудильщику руки, словно намеревалась вытащить из него продолжение рассказа. Долго ли еще он намерен держать нас в напряжении? Похоже, Нори, как и мне, ужасно хотелось как следует встряхнуть этого парня и вытрясти из него окончание истории.

.- Сначала я услышал голос,- наконец сжалившись над нами, еле слышно произнес Томм. - Если, конечно, можно назвать это голосом. С первых же слов стало понятно, что говорит не человек! Это напоминало то ли скрип несмазанных железных ворот, то ли хруст - как будто великан какой крушил все на своем пути. А вы бы послушали слова! «Вставайте, демоны! Вперед! Нас Вушта сладостная ждет!»

– Это Гакс! - воскликнул я. Итак, Томм нарвался на ужасного рифмующего демона.

Учитель сделал мне знак замолчать и велел юноше продолжать.

– Так вам знакомо это страшное существо? - в ужасе спросил Томм.- Что ж, тогда вам, наверно, будет понятна охватившая меня слабость. И все же я вошел, готовый сразиться с любым негодяем, вторгшимся в мамино жилище. В конце концов, я без пяти минут волшебник! Мне лишь три зачета осталось до диплома. Храбро шагнув на балкон, я увидел… огромного демона! Как я понял, некоторые из вас уже знакомы с Гаксом. Нет нужды рассказывать вам о его ярко- голубой чешуе, о страшных зубах и острых когтях. Может быть, если бы у меня было время немного попривыкнуть к его внешности, я бы и сумел наладить с ним контакт, но, понимаете, моя матушка… Слова застряли у Томма в горле, но на этот раз он довольно быстро справился с собой.

– «Где этот паразит? - закричала матушка.- Сейчас я покажу, что случается с теми, кто без спросу объявляется на моем балконе!» И она замахнулась на демона зонтиком. А он страшно оскалился и прорычал: «Я не любитель строптивых старушек! И все же придется сейчас тебя скушать!» Ну что мне оставалось делать? - вздохнул Томм. - Мама - женщина с характером!

– Уф-ф! - запыхтел Снаркс из-под своего капюшона. - Он когда-нибудь закончит?