Сыграем в Любовь? (СИ) - Кристианна Капли

Дарина нервно ходила по пустой квартире, не находя себе места — Люда, соседка, уехала к родственникам в Могилев — курила, пила кофе и постоянно носила с собой телефон, ожидая звонка от Софьи. Но женщина не звонила, а тревога не отпускала ее, и вскоре Дарина поняла: она одна не выдержит тяжелым атмосферы. Поэтому она позвонила Кириллу, и тот не подвел: приехал.

Когда раздался звонок в дверь и Дарина увидела его на пороге, немного растерянного, смятенного и взволнованного, будто гора упала с плеч. Ведь, Кир здесь и ей не придется одной бороться с гнетущей тишиной в квартире и с долгим, тягучим ожиданием.

Странно. Дарина прекрасно осознавала, что должна держать Кирилла на расстоянии, что игра есть игра и такие слабости могут выйти боком, но ей было плевать. Все перевернулось с ног на голову, и необходимо было присутствие Кирилла. Почему она не знала. Просто, когда он был рядом — стоял около плиты, варя кофе в турке, и рассказывал какую-то забавную историю, произошедшую с ним в Москве, беспокойство отошло на задний план, и уверенность, в том, что все будет хорошо, окрепла в девушке. Она сумела расслабиться…

— Почему в Москве? — спросила Дарина, делая глоток изумительного мягкого кофе, приготовленного Киром. Тот сидел напротив, положив локти на стол.

— Мои родители туда переехали, — ответил он спустя секунду. — Я поддался следом за ними. В Минске сестра только осталась. Я к ней в гости приехал… и немного задержался. А что насчет тебя?

— Меня? — тонкая улыбка тронула ее губы. — Я остаюсь в столице. Родилась здесь, выросла и пока уезжать не собираюсь.

— Значит, знаю, где тебя всегда можно найти, — усмехнулся парень. И Дарина качнула головой, соглашаясь с его словами.

Это был странный вечер: наполненный особенным очарованием, пусть и окрашенным в тревожные цвета, он все равно показался Дарине одним из лучших. Тревога, словно змея свернулась в кольцо, закрыла глаза-бусинки и заснула на короткое время, давая возможность расслабиться и прочувствовать приятную атмосферу.

Они болтали допоздна, сидя сначала на кухне, а потом в комнате Дарины. И неожиданно для самих себя открыли друг друга с совершенно иных, непредсказуемых сторон.

Многое, что говорил Денис про Дарину, сейчас Кириллу казалось неправильным. Маска «стервы» лежала на полочке, а сама Дарина расположилась рядом с ним, положив голову на колени и рассказывала о своем детстве. Кир же перебирал ее мягкие густые волосы, цвета темного шоколада.

Ему было хорошо. Впервые за долгое время. В этих спокойных уютных моментах было что-то волшебное, и Кирилл наслаждался ими, полностью погрузившись в озеро умиротворяющего ощущения. Прикрыв глаза, он слушал голос Дарины.

Хорошо. Странно, а должно быть по-другому. Это же игра, черт побери. Должен проснуться азарт и на кончике языка осесть сладкий вкус будущей победы. Или это не игра?

Кир глянул на Дарину, продолжающую говорить — она сжимала в руке телефон. Все еще ждала звонка от Софии. И снова откинулся на спинку кровати, смежив веки.

К черту игру. Сегодня он возьмет выходной.

Было уже поздно, и Дарина предложила Кириллу остаться. Она все еще не хотела оставаться одна, и парень прекрасно это видел. Конечно, он согласился. Ведь ему и самому не хотелось уезжать.

Так Люда уехала, ее кровать была свободна. Именно на ней Дарина и предложила Кириллу. Его все устроило, кроме излишне сладкого кокосового аромата.

— Ты не против, если я окно открою? — поинтересовался он, и Дарина кивнула.

— Конечно. Люда, как безумная, вечно жжет свои ароматические свечки. Этот запах уже, наверное, в стены въелся.

А спустя некоторое время она лежала в своей кровати, натянув одеяло до подбородка и разглядывала потолок, затянутый неплотной завесой мрака. Сон не шел, и вновь всколыхнулось беспокойство: казалось, что в комнате потемнело, словно темнота стала гуще. И этот страх, скользкий, липкий вновь подкрался к девушке и прикоснулся к ней своей холодной рукой.

Она провалилась в тревожный короткий сон, где Леша погиб и его хоронили. Так было несколько раз: Дарина то просыпалась, то засыпала, падая в бездонную пропасть сновидений, наполненных беспокойством.

— С ним все будет хорошо, — шепнула она, переворачиваясь на другой бок. — С ним все будет хорошо.

А потом вновь ей снилось что-то темное и страшное. И не выдержав, Дарина поднялась и тихонько вышла из своей комнаты. Прокралась в комнату Люды и приотворила дверь.

Свет фонарей с улицы проникал в комнату, заливая ее бледно-желтым светом, и через приоткрытое окно заглядывал сухой ночной ветер, тихо шелестя бумажками на столе.

Кирилл спал, и Дарина на цыпочка прошла к кровати. Она была двухспальная, широкая, оставшаяся еще от прошлых хозяев. Присев на самый краешек, она взглянула на Кирилла, тихо сопящего во сне.

Она так и сидела на краешке, слегка сгорбившись и не решалась его разбудить. Стояла хрупкая тишина, иногда нарушаемая звуком проезжающих машин. Задумавшаяся Дарина резко вернулась в реальность, когда раздался тихий голос Кирилла.

— Ты чего здесь сидишь?

— Кошмары снились, — робко ответила, и парень смерил ее сонным взглядом. — Уснуть не смогла.

— Можешь спать тут, — последовал его ответ. — Места много.

— Спасибо, — и забралась под одеяло, свернувшись калачиком на самом краешке кровати. Закрыла глаза… А затем почувствовала Кирилла, который приобняв ее за талию, слегка притянул к себе.

— Иди сюда, — шепнул ласково.

И больше не требовалась: Дарина прижалась к нему. Кирилл приобнял ее, нежно поцеловал в висок и ободряюще произнес.

— Все будет хорошо.

Это вышло уверенней, чем то, что шептала себе девушка в комнате, и Дарина поверила его словам.

Спустя пару дней раздался звонок Софии Соловьевой, которая с радостью сообщила, что ее сын очнулся. И Дарина тотчас поехала в больницу, чтобы навестить друга.

Все также тянулась жаркая неделя, накинувшая на шумный город удушающее покрывало зноя. Обещанные дожди так и не пошли, и в выходные Минск опустел — его жители уехали купаться в прохладных водах озер.

Дарина, не смотря на предложение друзей, осталась — она не хотела оставлять Лешу. Тем более, Кирилл тоже остался. Еще одна, хоть и не веская причина, не покидать столицу.

В больничном коридоре было прохладно. Стоял резкий и неприятный запах лекарств. И еще звонкая, хрупкая, как льдинка, тишина.

У Дарины сложилось такое впечатление, что здание вымерло… Она уже минут так десять плутала по первому этажу и не повстречала ни единой живой души. Но, вот из кабинета вышел пожилой мужчина в белом халате, и заплутавшая девушка поспешила к нему.