Изгнанник - Роберт Сальваторе

Он нашел на стене большой выступ и наблюдал за рудокопами еще долго после того, как его заклинание парения в воздухе утратило свою силу. Когда наконец тачки наполнились доверху, глубинные гномы построились в колонну и отправились восвояси. Дзирт понимал, что с его стороны было бы в высшей степени благоразумно позволить им уйти как можно дальше, а затем незаметно вернуться домой.

Но вопреки этой ясной логике, которая направляла его в искусстве выживания, Дзирт обнаружил, что ему не так-то легко расстаться с звучанием этих голосов. Он спустился вниз с высокой стены и зашагал позади каравана свирфнебли, недоумевая, куда это может его привести.

В течение многих дней Дзирт следовал за глубинными гномами. Он сдерживал искушение вызвать Гвенвивар, понимая, что пантере не помешает более продолжительный отдых, а сам он может пока довольствоваться болтовней глубинных гномов, пусть и отдаленной. Все инстинкты предостерегали охотника, заставляя повернуть назад, но впервые за долгие годы он взял верх над своей первобытной сущностью. Желание слышать голоса гномов оказалось сильнее стремления выжить.

Коридоры вокруг него стали более обработанными, менее естественными, и Дзирт понял, что они приближаются к месту обитания свирфнебли. Возможная опасность вновь нависла над ним, но он опять отбросил ее как нечто второстепенное. Он ускорил шаг и держал караван рудокопов в поле зрения, подозревая, что свирфнебли расставили повсюду какие-нибудь хитроумные ловушки.

По-видимому, так оно и было, потому что глубинные гномы выверяли свои шаги, с. осторожностью обходя некоторые участки. Дзирт тщательно повторял их движения и понимающе кивал, завидев шатающийся камень или низко натянутую бечеву. Как только к рудокопам присоединились новые голоса, он нырнул за выступ пласта.

Группа рудокопов приблизилась к длинной и широкой лестнице, поднимавшейся между двумя стенами из абсолютно отвесного, без единой трещины камня. Сбоку от этой лестницы имелось отверстие достаточной высоты и ширины, чтобы провести тачки, и Дзирт с искренним восхищением наблюдал, как рудокопы подкатили свои тележки к этому отверстию и пристегнули первую из них к цепи. Ряд ударов по камню послужил сигналом невидимому оператору, и цепь, заскрипев, втянула тачку в дыру. Тележки исчезали одна за другой. Соответственно уменьшался отряд свирфнебли, поскольку они шли к лестнице, как только освобождались от своего груза.

Когда два оставшихся глубинных гнома прикрепили последнюю телеласу к цепи и отбили сигнал, Дзирт совершил рискованный шаг, порожденный отчаянием. Он подождал, пока глубинные гномы повернутся к нему спиной, и бросился к тележке, ухватившись за нее в то самое мгновение, когда она исчезала в туннеле. Дзирт осознал глубину своего безрассудства, когда последний гном, так и не обнаруживший его присутствия, установил камень в основании прохода, отрезав возможное отступление.

Цепь натянулась, и тележка покатилась вверх под таким же крутым углом, как и параллельно идущая лестница. Дзирт ничего не видел перед собой, поскольку ладно пригнанная тележка занимала всю высоту и ширину туннеля. Он заметил, что с обеих сторон тележки есть небольшие колесики, помогающие ее продвижению. Было так приятно вновь прикоснуться к воплощению разума, но Дзирт не мог забывать об опасности. Вряд ли свирфнебли будут рады принять вторгшегося к ним темного эльфа; скорее они забросают его копьями, нежели вопросами.

Через несколько минут проход выровнялся и расширился. Там находился всего один свирфнеблин, который без особых усилий крутил ручку лебедки, поднимавшей тачки наверх. Увлеченный своим делом, глубинный гном не заметил, как темная фигура Дзирта метнулась из-за последней тележки и бесшумно скользнула в боковую дверь помещения.

Дзирт услышал голоса, как только открыл эту дверь. Но, не имея другого выхода, он сделал пару шагов вперед и упал животом на узкий выступ. Глубинные гномы-стражи и рудокопы находились под ним, занятые разговором на верхней площадке широкой лестницы. Там собралось около двух десятков свирфнебли, пересчитывавших свою богатую добычу.

В задней части лестничной площадки возвышались обитые металлом огромные каменные двери. Они были слегка приоткрыты, и Дзирт мельком увидел город свирфнебли. С того места, где он находился, дров смог увидеть лишь часть города, и то не очень отчетливо, но, судя по всему, пещера за этими тяжелыми дверьми едва ли была так же велика, как та, в которой разместился Мензоберранзан.

Как ему хотелось войти туда! Хотелось прыгнуть вверх и ворваться в эти двери, отдав себя на любой суд, который глубинные гномы сочтут справедливым.

Возможно, они приняли бы его; возможно, они разглядели бы в Дзирте До'Урдене его истинную сущность.

Смеясь и переговариваясь, свирфнебли, собравшиеся на площадке, направились в город.

Дзирт должен был немедленно вскочить и последовать за ними в эти массивные двери.

Но охотник, который сумел выжить целое десятилетие в диких дебрях Подземья, не смог покинуть свое место. Охотник, который сокрушил василиска и бессчетное количество опасных чудовищ, обитающих в этом мире, не смог отдать себя в руки противника в надежде на цивилизованное милосердие.

Огромные двери с грохотом захлопнулись, и на мгновение вспыхнувший в угрюмом сердце Дзирта огонек умер.

Спустя показавшиеся ему мучительно долгими несколько мгновений Дзирт До'Урден скатился с выступа и прыгнул на лестничную площадку. Пока он спускался вниз, прочь от бурлящей за этими дверьми жизни, его взор внезапно затуманился, и лишь первобытный инстинкт охотника дал ему знать о присутствии еще нескольких стражей-свирфнебли. Охотник в неистовом прыжке пронесся над пораженными глубинными гномами и бросился к свободе, предлагаемой открытыми коридорами дикого Подземья.

Оставив город свирфнебли далеко позади, Дзирт полез в карман и вынул статуэтку, при помощи которой вызывал своего единственного товарища. Однако он почти сразу опустил статуэтку обратно, запретив себе вызывать пантеру и тем самым наказывая себя за проявленную на площадке слабость. Если бы он был решительнее там, перед огромными дверьми, он мог бы положить конец своим мучениям – тем или иным способом.

Инстинкты охотника одержали победу над Дзиртом, призывая его к осторожности, пока он пролагал свои долгий путь в устланную мхом пещеру. До тех пор пока Подземье и таящиеся в нем опасности сжимают вокруг него свои кольца, эти первобытные инстинкты самосохранения будут брать верх, отвергая любые отвлекающие мысли о свирфнебли и их городе.

Эти первобытные инстинкты были спасением и проклятием Дзирта До'Урдена.