Болотная революция - Алексей Сахнин

В день парламентских выборов, 4 декабря, Левый фронт и обманутые дольщики провели на Красной площади в Москве акцию «активного бойкота» выборов. В ней участвовали от одной до двух сотен человек, многие из которых были задержаны полицией. Один из организаторов акции, лидер Левого фронта Сергей Удальцов, был еще утром этого дня задержан сотрудниками полиции в штатском прямо на улице[23]. Ему вменили в вину, что он перешел улицу в неправильном месте. За эти пешеходные прегрешения Удальцов получил 5 суток административного ареста.

Вечером того же дня несанкционированную акцию против «выборов без выбора» провели националисты. В ней приняли участие две-три сотни активистов. Но результат был примерно такой же, как и у левых: аресты. В полиции оказались, в числе прочих, лидеры националистов: Александр Белов, Дмитрий Демушкин и Даниил Константинов. По данным полиции, всего в Москве в этот день были задержаны 258 человек.

На следующий после выборов день, 5 декабря, движение «Солидарность» готовило митинг протеста против итогов заведомо нечестных (по мнению оппозиционеров) выборов. Митинг был заранее согласован с мэрией. В социальной сети «Facebook» к вечеру 5 декабря о своем участии в мероприятии написали 2700 человек. Особых ожиданий, однако, у организаторов не было. Предполагалось, что реальная численность протестующих будет традиционно низкой: в пределах нескольких сотен активистов. Эти ожидания, казалось бы, получили подтверждение, когда на аналогичный митинг КПРФ против итогов подсчета голосов днем 5 декабря пришли лишь 400 человек.

Когда Алексей Навальный написал одному из организаторов митинга «Солидарности» Илье Яшину об этом смс, Яшин ответил: «Ну, есть риск, что у нас будет 800»[24]. Но эти буднично-пессимистичные ожидания не оправдались. Вот как о событиях 5 декабря вспоминает сам Алексей Навальный:

«Вышел из метро: не понимаю куда попал.

Народу море, все молодые. Очень сильно это отличалось от митингов, которые я видел раньше. Люди все какие-то тоже злые и растерянные. Явно 85 % никогда в жизни на митингах не были. В этот раз тоже из принципа пришли, это было сразу заметно. Никого вообще не знаю и в лицо не узнаю, что очень нехарактерно для традиционного „митинга оппозиции “, где все участники мне уже какродные» [25].

Примерно такие же эмоции испытывали и рядовые участники этого митинга, большинство из которых действительно впервые вышли на улицу, чтобы протестовать. Вот рассказ одного из наших респондентов:

«Я тоже из тех людей, для которых 5 декабря стало переломным моментом. Потому что, когда я пришла на митинг на Чистых прудах, опоздав минут на 30, я думала, там будет кучка народу, 300 человек. Когда я вышла из метро и поняла, сколько народу, я шла и счастливо улыбалась. У меня появилось ощущение: „О, Боже мой, оказывается, не у меня одной такаяреакция “».

Всего на Чистопрудном бульваре собрались, по разным оценкам, от 5 до 10 тысяч человек. Такого не ожидал никто. Организаторы были в растерянности. Со сцены выступили деятели культуры и либеральные политики: Артемий Троицкий, Алексей Навальный, Виктор Шендерович, Евгения Чирикова, Илья Яшин, Борис Немцов, Владимир Рыжков, Дмитрий Быков. Более половины пришедших не попали на отведенную для митинга площадку, так как полиция не пропускала «лишних людей» за ограждения.

К 20:30 митинг подошел к концу. Однако у многих не было настроения расходиться. Илья Яшин призвал идти к зданию Центризбиркома на Лубянке (сказалась школа Маршей несогласных!). Его поддержал Навальный. Значительная часть толпы пыталась двинуться по Мясницкой улице, но была остановлена ОМОНом. Части активистов удалось прорвать оцепление и дойти до Лубянки, а единицам даже до Красной площади. Но около 300 человек, включая Яшина и Навального, были задержаны [26]. Суд приговорил их к 15 суткам административного ареста, вместе с еще примерно сотней активистов.

Стало понятно, что ситуация в стране резко изменилась. Протестное движение за один вечер превратилось в ключевой фактор внутриполитического развития.

Днем 6 декабря в Москву были введены внутренние войска. «В связи с проведением разрешенных массовых акций и для пресечения попыток возможных несанкционированных акций общее число мобильных резервов увеличено, в том числе за счет внутренних войск», - сообщали новостные агентства [27]. Несмотря на это, в городе вновь произошли несанкционированные акции протеста: на Тверской улице возле метро Пушкинская и на Триумфальной площади. Опять не обошлось без сотен задержанных.

Власть пыталась противостоять разраставшейся на глазах оппозиции, организуя контр-митинги с помощью лояльных молодежных движений и структур «Единой России». Но из этого ничего, кроме конфуза, не вышло. Объективы фото- и телекамер фиксировали то согнанных на проправительственные митинги дворников-мигрантов, то свезенных из провинции юношей и девушек, которые даже не понимали, в чем им пришлось участвовать. Одна из участниц проправительственного митинга, приехавшая в Москву из провинции, дала интервью журналисту. Она говорила не очень уверенно и неудачно формулировала доводы в защиту действующей власти. «Единая Россия, — говорила девушка, представившаяся Светой из Иваново, — очень много сделала достижений. мы стали более лучше одеваться и не было того, что сейчас. Это очень большие достижения! В сельском хозяйстве очень хорошо. С жильем никаких проблем. Людям помогают очень хорошо.»[28]. Выложенное в интернет видео стало невероятно популярным. В глазах недовольных Света из Иваново стала символом самой власти и ее пропаганды — нелепой, смешной, неубедительной.

Стало понятно, что реального актива — не проплаченных или административно собранных людей — а именно активистов в распоряжении прокремлевских сил почти нет. В резко накалившейся обстановке это лишь подливало масла в огонь.

В блогосфере и социальных сетях царила атмосфера эйфории. Показательно, как изменился тон высказываний на «стене» в фейсбучной группе, в которой шла запись людей на митинг 5 декабря. До митинга там появлялись записи в «обывательском» или в «конспирологическом» стиле. Их авторы высказывались в том духе, что уличные мероприятия, митинги — это бессмысленная трата времени, которая ни к чему не приведет. Другие пугали репрессиями против митингующих. Третьи утверждали, что достойный человек должен «быть выше всей этой грязи». Многие отказывались приходить, поскольку считали, что «это будет жалкое зрелище». Приведем несколько цитат:

«Хотите расскажу что будет? придет 200 человек, 100 из них будут делать вид, что они просто так гуляют, будут зыритъ и снимать издалека это собрание, потом приедет милиция, много, и по мегафону предложат разойтись и прекратить незаконный митинг, в этот момент к группе митингующих присоединятся 8-10 бабушек из соседних домов, которым нравится орать, митингующие будут кричать Далой, Пазор и прочее, ментов станет больше, вас окружат, с большой долей вероятности какой- нибудь идиот, или засланный казачок кинет в оцепление предмет (бутылку, снежок) и вас начнут вязать, и бить, потом будет ночь в обезьяннике, у самых активныхмитингующий при задержании НАЙДУТ: (наркотики, оружие, тротил, детское порно в телефоне) или что то еще. и никого не будет е… тъ, что у них карманы были пустые, рассказать что будет дальше? ничего».

«Думаю, со стороны это будет жалкое зрелище. Всегда предпочитал митингам протеста перфомансы и флэшмобы».

Но уже с позднего вечера 5 декабря подобные высказывания практически исчезли. Немногочисленные комментарии противников оппозиции (которых другие пользователи чаще всего обвиняют в оплачиваемой провокатуре) тонут в гигабайтах восторженных отзывов и победных реляций.

Прямо с акции 5 декабря пользователь Varvara Turova пишет: «Весь бульвар забит людьми, вокруг толпы, люди еще подходят. Беспорядков и драк не видела. Менты спокойные.

Оч. оч. оч. круто. Приходите!!!!!». Некто Sandy Kirti делится своим выводом: «Спасибо всем, кто пришел, несмотря на дождь, слякоть, ОМОН и проч. Чувствовалось общее единение. Мы не сдаемся, мы вместе, и это очень здорово! Основной месседж, который я услышал — политика делается не в твиторах, а на улицах и площадях. И я рад, что пришло ТАК много народа» [29]

Перелом в общественных настроениях закрепляется. Уличный протест превращается в легитимную и гипотетически эффективную технологию в глазах широкой аудитории. По всей видимости, понимают это и власти. Они пытаются остановить нарастание протеста репрессиями. Пока весьма мягкими.

Еще в ноябре активисты Сергей и Анастасия Удальцовы из Левого фронта и Надежда Митюшкина из Солидарности подали заявку на митинг численностью 300 человек на 10 декабря на площади Революции в столице. После событий 5–6 декабря внимание к этой акции резко повышается. В ночь с 6-е на 7-е журналист Илья Клишин создал страницу митинга на Facebook. К утру о своем решении прийти на площадь Революции на ней заявили уже 10 тыс. человек (8 декабря их стало уже 25000). «Меня разбудили иностранные журналисты с вопросом: не я ли организовываю революцию в России?» — рассказывал Клишин в интервью The New Times[30].