Талларн: Палач - Джон Френч

— Джаллиника, цель на правом фланге, двадцать градусов, приближается. Стреляй, как только увидишь их спину. Кал, по моей команде заводи нас и езжай прямо.

Он замолк. Его экипаж и машина ждали: Джаллиника, прильнувшая к прицелу, Калсуриз, готовый моментально завести двигатель, Селк, подготовивший следующий снаряд главного калибра.

«Такие спокойные, — подумал он, — все они такие спокойные».

Противник устремился вперёд с той позиции, на которой он прятался под прикрытием интерференции. Он мог попробовать уничтожить его сейчас, но угол не был оптимальным, не для убийства машины. Вдобавок, он хотел убедиться, что противник был один. На «Фонарь» обрушился огонь. Он мог слышать грохот и хлопки пушки «Хищника». «Фонарь» продолжал вертеться, пытаясь подставить под удар лобовую броню.

— Умно, — пробормотал Брел самому себе. Глухой гул зазвенел посреди спокойствия. Противник выстрелил вновь. «Фонарь» поворачивался, но «Хищник» был быстрее, и он зайдёт им за спину через пару секунд.

Тахира пыталась дышать. Сигналы тревоги мигали под завывание двигателя. Удо вопил по воксу. Дюжины мыслей переполняли её голову.

«Откуда они взялись? Застали нас врасплох. Ничего не можем сделать. Нарушена ли целостность корпуса? Мы сейчас сдохнем. Пытаются зайти сзади. Мы должны повернуться. Мы должны открыть ответный огонь. Мы должны…»

Что-то ударило в лобовую броню с силой пинка Титана, и «Фонарь» зазвенел как гонг. Тахира ударилась головой о крепление главного орудия. Тьма расцвела по краю зрения. Потом машину зашатало, и сила отбросила её назад, как тряпичную куклу. На внутренней поверхности её окуляров появилась кровь. В ушах звенело, в голове разливалась тьма.

— Нет, — закричала она, но «Фонарь» пульсировал красным тревожным светом, и всё, что она могла слышать — вопли Удо о том, что он что-то видит.

«Пожалуйста, — подумала она, понятия не имея, кому бы отправить свою мысленную мольбу — не здесь. Не сейчас».

— Сейчас, — произнес Брел. «Тишина» взревела, пробуждаясь. Неподвижность сменилась пробирающим до костей визгом металла, трущегося о металл, и дыханием двигателей, наполненным чадом и мощью. Они поползли вперёд, медленно поначалу, потом всё быстрее. Орудия повернулось, шипя моторами и подшипниками. Противник заметил их и начал замедляться, поворачиваясь, чтобы встретить новую угрозу.

— Попался, — сказала Джаллиника, Брел расслышал усмешку в её словах. — Стреляю.

Снаряд «Покорителя» ударил «Хищника» в броню кормовой части корпуса и моментально проник внутрь.

«Хищник» взорвался. Огненное облако разошлось по туману, разбрасывая куски брони. Башню сорвало с корпуса, словно лист порывом ветра. На секунду туман окрасился цветами крови и расплавленного металла. Потом огонь превратился в густой чёрный дым, поваливший из разбитого корпуса танка.

Брел моргнул и кивнул сам себе.

— Занимаем место в строю и ждём приказов.

Через секунду он щёлкнул тумблером внешней связи.

— «Фонарь», говорит «Тишина», — произнёс он.

Поток ругательств влился ему в уши. Почему-то они вызвали у него улыбку. Через несколько секунд всё затихло. Он вновь переключил вокс на передачу.

— «Фонарь», говорит «Тишина». Всегда пожалуйста.

Предисловие третьей главы

Железные Воины думали, что битва выиграна. На протяжении долгих недель, прошедших с вирусной бомбардировки, их силы не засекали каких-либо признаков уцелевших на поверхности Талларна. Их первые боевые потери внесли коррективы в эту точку зрения. В ответ они послали на планету ещё больше войск. Тёмные корпусы макротранспортников нырнули в атмосферу Талларна, чтобы высадить бронетехнику на покрытые грязью равнины.

Осадные танки «Тифон», «Сабли», «Лендрейдеры», «Хищники», «Рубящие клинки» выкатились из зон высадки, прокладывая колеи в грязи. Это были машины Легионов Астартес, и их экипажи состояли из Железных Воинов, закованных в броню для ведения боевых действий в условиях враждебной атмосферы. Рядом с ними двигались отряды машин войны Механикум, манипулы Легио Кибернетика и боевые машины полудюжины когорт людей, приданных IV Легиону. Десятки тысяч единиц бронетехники выехали с дюжины пунктов высадки на двух основных континентах Талларна.

Это были силы, побеждавшие врагов во много раз превосходивших их числом, но, по правде говоря, это была лишь частичка мощи Железных Воинов. Многие остались на кораблях, но это не было ошибкой в расчётах Железных Воинов: они прикончат всех выживших выскочек, оставшихся на поверхности Талларна. В этом не было сомнений.

Сообщения Железных Воинов понеслись над поверхностью, помехи им создавал лишь ветер смерти, дующий среди руин городов и по залитым месивом равнинам. Сигналы исходили от похожих на кубы посадочных модулей захватчиков, они распространялись в сторону неба, к ждущим наверху кораблям. Погребённые в убежищах выжившие слушали. Решётки антенн средств радиоперехвата тралили эфир, улавливая куски шифровок, затем они передавали их под землю, где мужчины и женщины сидели, сгорбившись, в полутьме, слушая скрипы и завывания сигналов. Они не понимали, о чём говорят Железные Воины, но знали, что это свидетельствует о большой численности войск захватчиков.

Переговоры защитников, передававшиеся по шедшим под городами и скалами кабелям, враги не перехватывали. Некоторые лидеры разбросанных убежищ говорили о выжидании, о выживании под землёй в тишине. Они аргументировали тем, что выжившие предоставлены сами себе. Они не могут позвать на помощь, даже если и был хоть кто-то, кто мог бы эту помощь оказать. Лучше сохранять спокойствие, надеяться, что противники уйдут, бросив мир, который они убили. Но больше было тех, кто говорил, что захватчикам надо пустить кровь любой ценой.

Глава 3

ЗАГРЯЗНЕНИЕ

СТОРОНЫ

ВИНА

Сирены перестали завывать. Секунду спустя свет в камере обеззараживания стал холодного голубого оттенка.

«Как вода под солнцем», — подумал Акил.

— Пошли, — сказал он Рашне, позабыв, что парень не может его слышать. Машина разведки была обесточена, внутренний и внешний вокс отключен. Он подполз к Рашне и дотронулся до его руки. Голова Рашне медленно поднялась, и Акил отметил, что глазам за линзами окуляров понадобилась секунда, чтобы сфокусироваться. Большим пальцем руки Акил указал на задний люк машины. Рашне повернул голову и посмотрел, затем стал пробираться к выходу. Акил полез следом к ручке открывания люка.

Он замер в ожидании двойного сигнала сирен, свидетельствующего о безопасности разгерметизации танка. Рашне начал стучать по металлу люка, раскачиваясь взад-вперёд.

Сигнал прозвучал, и Акил нажал рукоять. Люк зашипел, открываясь, и голубой свет полился внутрь танка. Рашне широко распахнул люк, и выскочил наружу, таща за собой на резиновом шланге баллон с воздухом. Акил вышел следом.

Камера снаружи была огромным цилиндром, по стенам шли металлические рёбра, достаточного охвата, чтобы окружить три танка стоящие в ряд. Форсунки усеивали стены, с них всё ещё стекала очищающая жидкость. Металлические решётки отделяли их от пропасти под ногами, а за спинами были огромные взрывоустойчивые двери, отделявшие их от мира снаружи. Впереди было ещё немало взрывоустойчивых дверей.

Экипажи «Фонаря» и «Тишины» вылезали из своих танков по обеим сторонам машины разведки. Левый спонсон «Фонаря» превратился в мешанину из металла, орудие было вырвано, виднелась пустая ниша стрелка.

«Кто-то погиб здесь», — осознал Акил. Какое-то время он всматривался, потом быстро отвернулся.

Жирная, бесцветная слизь капала с траков и корпусов трёх танков. Шланги высокого давления и рад-лучи прошлись по ним, сдирая всё токсичное и уничтожая любую органику на их корпусах. Танки теперь были достаточно чистыми для того, чтобы экипажи могли распечатать люки и выйти наружу, но риск всё ещё был, танки должны пройти ещё один цикл обеззараживания, прежде чем их можно будет переместить внутрь убежища. Экипажи покинут камеру, а вращающиеся кольца обрушат на танки ещё больше радиации и химии. Ничто не сможет пережить это.

Во всяком случае — теоретически. Это была первая дверь на пути обратно под землю из ада на поверхности, но она не была последней. Им надлежало пройти ещё ряд процедур, прежде чем они смогут снять костюмы. После чего их подвергнут той же процедуре обеззараживания, что и машины. После этого они будут признаны пригодными для того, чтобы дышать одним воздухом с остальным комплексом.

Акил побрёл в сторону маленького прохода рядом с взрывостойкой дверью. Тревожный вскрик был приглушённым, но он всё же услышал его. Он обернулся. Рядом с ним замерли экипажи двух других танков. Рашне лежал на полу, руки задраны за голову. На какое-то мгновенье он решил, что у парнишки приступ. Потом он увидел то, от чего кто-то из них и закричал.