Снежная сага - Данил Сергеевич Кузнецов

— Фиг с тобой, Плотный, — сказал Рома, бросил окурок, встал, растёр его и схватился за рукоять оружия поверх ладони Гарика. — Ну, доволен?

— Погоди, Пейджер тоже подойдёт…

Девушка отлепилась от стены и нерешительно шагнула в сторону двоих дружков. Подумала немного и тоже протянула руку к мечу.

Когда три ладони соединились, Гарик провозгласил:

— Чё, это… как его… Когда снова кого-нибудь подходящего встретим, тогда это… один на всех и все на одного! Ура!

Вдруг прибор, который девушка держала в другой руке, начал как-то тревожно пищать. И почему-то с каждым мигом всё громче.

— Что за?.. — успел в недоумении пробормотать Гарик.

Сверкнула вспышка — и в следующую секунду в проходе между домами уже никого не было. Как под землю провалились. Или куда-то ещё…

ОТРАЖЕНИЕ

Пальцы с накрашенными светлым водостойким лаком ногтями подняли ручку крана и чуть повернули её в сторону повышения температуры. Хлынул узкий поток тёплой воды.

Нажать на кнопку — получить порцию жидкого мыла и подставить руки под кран. Поднять голову, посмотреть в зеркало, всмотреться в своё отражение. Удовлетворённо подмигнуть ему — и тут же вздохнуть, признав фальшь в последней эмоции.

Гладкая кожа, рыжие волосы, зелёные глаза. Идеально отглаженная голубая рубашка с синим галстуком и погонами на плечах. На погонах — по одной продольной красной полосе и по три звёздочки у внешнего края.

«Эти знаки различия на вид будто смесь коньяка с тестом на беременность… Знакомьтесь, вот она я — старший лейтенант полиции Наталья Рудакова, инспектор по делам несовершеннолетних Калининского РОВД Петербурга. Двадцать восемь лет, есть муж, детей нет. Пожалуй, всё. Интересное кончилось, даже не начавшись. Друзей особых нет — чисто по службе пересекаемся. Только вода в кране да отражение в зеркале женского туалета для сотрудников сейчас мои самые близкие спутники…»

Наталья закрыла кран и, согнувшись, облокотилась на раковину. Подпёрла кулачком подбородок и пальцами другой руки стала водить по гладкому амальгамированному стеклу, в котором был виден Натальин зеркальный двойник.

«Годам к тридцати я, возможно, уже разведусь и больше никогда никого себе не найду. Буду разве что несколько раз в день мыть руки и смотреть на себя, силясь понять, когда именно потеряла своё счастье. А имела ли вообще? Вот вопрос, на который не найти ответа. Может, и не было его, этого счастья, а может, и было — но когда? В какой неуловимый миг. Где-нибудь между тем „сейчас“, которое на самом деле сейчас, и тем, которое я осознаю через мгновение?.. Но пока я об этом думала, сменилось уже с десяток таких „сейчас“. Я даже не успеваю понять, когда кончается одно и начинается другое, — где уж мне поймать между ними осознание того, что серый цвет жизни не чёрно-белая тень чего-то более яркого, а самостоятельный оттенок, к которому можно примешать что угодно другое… Вот только где это „другое“ взять, если у меня с утра до вечера и с вечера до утра — мутина и руть в разных формах?.. Формах… — невесело усмехнулась Наталья. — Рутина — третьего размера, муть — второго… Эх, даже и тут ничего реально выразительного…»

Пальцы замерли на зеркале. Надавили на стекло ногтями.

«Вот если бы произошло что-нибудь, что изменило бы в один миг всё в моей жизни, сделало бы её чуть разнообразнее… интересно, вот тогда я могла бы быть счастлива? Хотя бы самую малость? Ты знаешь ответ, отражение? А?»

Но отражение молчало, глядя в ответ на Наталью таким же взглядом, в котором можно было уловить какую-то затаённую мечту и безнадёжную надежду.

«Значит, не судьба», — вновь вздохнула Наталья, выпрямилась и собралась уже было уходить, как вдруг…

Отражение в зеркале опять подмигнуло ей — теперь словно бы по своей воле, дёрнулось куда-то в сторону, как в телевизоре, поймавшем в этот миг сигнал с помехами…

Наталья замерла на месте, во все глаза уставившись на свою иллюзорную копию, которая, казалось, внезапно собралась куда-то сбежать.

Прошла ещё секунда — и отражение сдуло с зеркала, будто лист с ветки или пламя с фитиля свечи!

Наталья в шоке смотрела на пустой квадрат стекла, покрытый с внутренней стороны отражающим слоем, который согласно законам физики должен был давать её инвертированное изображение — но теперь почему-то перестал.

«Что?.. — оторопело подумала она. — Что произошло?.. Как, почему?.. Что это, вашу мать, такое было?! Это какой-то тупой прикол?! — Она обернулась и оглядела пустой, не считая её, туалет. — Эй, выходите, кто это учудил! Верните мне моё отражение!»

Но вслух Рудакова этого не крикнула. И даже не прошептала.

Ей действительно показалось, что от неё в этот момент что-то оторвали — что-то, что всегда было с ней и наряду со всем остальным делало её такой, какой она себя знала и видела. Но что именно это было, Наталья понять пока не могла — а соответственно не могла и предположить, к чему её приведёт случившееся.

Ей сейчас был доступен лишь внешний аспект феномена. Но она сразу догадалась, что должен быть и внутренний. И приняла про себя решение обязательно докопаться до сути произошедшего, выяснить, кто, как и зачем украл у неё «зазеркальную» половинку некоей общей личности по имени Наталья Рудакова, которую она, возможно, представляла в этом мире.

«Я же в полиции служу, — подумала она, чувствуя, как глаза начинает отчего-то жечь и подкатывает комок к горлу. — Я, по идее, должна стремиться возвращать потерпевшим украденное у них… а себе — что? Разве нет?.. Но как?! Как?! Меня же, надеюсь, так не превратили в вампира?..»

Наталья ощутила, как подкашиваются ноги, и села на кафельный пол, упёршись затылком в край раковины. Ладони сами закрыли лицо.

Из глаз, наконец, полились слёзы. Наталья затряслась, и нельзя было понять: то ли это плач, то ли истерический смех.

НАЧАЛО ПОИСКА

Георгий набрал на дисплее пятизначный код, откинул заслонку и приложил к сенсорной панели электронный ключ-карту. Замигала маленькая лампочка, подтверждая, что замок открыт.

Следователь распахнул дверь своей квартиры, махнул рукой спутнику и прошёл внутрь. Поражённо наблюдавший за его действиями Хремгир постоял пару секунд на пороге, но потом всё-таки несмело сделал шаг в жилище своего спасителя. Дверь автоматически закрылась за его спиной, и еле слышно щёлкнул электронный замок последнего поколения.

В это время Георгий уже убрал ключ-карту в секретный паз за косяком и как раз снимал с себя пальто, которое затем повесил на крючок на стене прихожей. Взглянул на