Шторм для принца - Est

Слишком много эмоций и предположений, когда она в таком неустойчивом состоянии. Надо успокоиться и работать. Хотя бы поддерживать легенду и присматривать новые идеи, пока богатый мальчик не перебесится.

Он постоянно отслеживал её местоположение, и трудно было не заметить то почтительное расстояние, которое их постоянно разделало. Говорила ли она по телефону, выполняя многочисленные бестолковые задания своего начальника, или подходила к его подчиненным — между их телами в пространстве было не меньше двух метров или трех человек. Как она и предсказывала, никаких проблем в бумагах найти не удалось. Может это всё только показалось и игра не стоит свеч, а девчонка — внимания. Просто почудилось что-то в ночных всплесках воды, и приснилась русалка, которой никогда не было в его постели.

А еще смешнее было то, как его раздражал её невинный разговор с каким-то посторонним человеком. Не вовремя зазвонивший телефон показал лицо, которое после вчерашней ссоры, он ожидал увидеть меньше всего.

— Дорогая, ты решилась позвонить? Удивлен.

— Прости меня, я была дурой. Говорила много лишнего. И хочу загладить вчерашний испорченный вечер. Могу сделать для тебя все, что захочешь — ты же знаешь…

Кукольный голос изображал неподдельное отчаянье, которое его совершенно не трогало. С момента их расставания прошла целая вечность. Зато разговор слышала русалка, чуть заметно замершая, в ожидании его ответа. Даже такой малости хватило для неподдельной радости. Ей не все равно. Кем бы она ни была.

— О да, дорогая. Приезжай. Какие церемонии. Конечно, буду рад тебя видеть прямо сейчас.

Вероника прикатила на такси через 10 минут, приковав к себе внимание присутствующих. Она умела эффектно появляться и быть суперзвездой. Пока молчала. И всё равно, такой вид невозможно изобразить без солидных капиталовложений. Это понимали все, даже те, кто не догадывался о цене платья и стоимости простенькой укладки. Не говоря уже о макияже, скромно делавшем вид, что его не существует, оттеняя изумительную золотистую кожу.

Принц ухмыльнулся. Все выглядело так, будто она сидела в машине и собиралась ехать в момент звонка. И наплевать, что она лишь мечтает попасть в высший свет через него. Если бы она не позвонила, имело смысл вызвать кого-то из старых подруг. Для того чтобы русалка поняла свое место. Чтобы вечером сидела тихо и ждала, соизволит ли он её принять. Одну из многих. Выскочку, заинтересовавшую его на одну ночь, которую ничего не будет стоить забыть, если она взбрыкнет и опять начнет говорить о невозможности его желаний.

Но секретарь его партнера, внимательно осмотрев приехавшую даму, просто улыбнулась. Легкой естественной улыбкой снежной королевы знавшей все ноты предстоящей партии. О да, он видел немало подобных маминых улыбок. Они ничего хорошего не предвещали для тех, кому были адресованы. Бокал шампанского холодил руку, и пузырьки газа чуть слышно щекотали язык. И почему-то у него было такое странное ощущение, что игра только начинается…

День уже догорал, когда он ехал домой. Безумно долгий и неправильный день, наполненный вещами, о которых он предпочел бы забыть. Желательно в объятьях русалки. Дорога к вилле была, как обычно, безлюдной. Ни людей. Ни машин. Закат подсвечивал редкие облака, которые уже начали сбиваться в стаю. Но спасительный дождь еще даже не был поставлен в план небесной канцелярией. Ветер усилился и в какой-то бессильной злобе гнул деревья, гоняя пластиковый мусор вместе с обрывками вчерашних новостей. Тяжелый бронированный автомобиль позволял смотреть на окружающий беспорядок с отстраненным любопытством. Видеть, но не участвовать. Хотел бы он сам иметь возможность так же обращаться со своими чувствами.

Еще недавно он показывал Веронику приятелям как «свою лучшую добычу». А сегодня время в её компании отвратительно тянулось, как прилипшая к обуви жвачка. Пару дней назад она казалась забавной в своих попытках манипулировать, обнажать ноги и соблазнительно замирать в позах сексуальной кошечки. Но после ночи с русалки он постоянно ловил себя на мысли, что пытается наладить общение с резиновой куклой. Сдерживая раздражение буквально от всего происходящего. Ягодный запах барби-переростка. Прикосновения. Слова. Неестественно гладкие чем-то измазанные губы. Щебетание и намеки. Она была хороша на расстоянии. Желательно на другом континенте.

Но всё равно потребовалось время, чтобы отвязаться от неё. Долгие часы её попыток «воспламенить угасшую любовь». Хотя нет. Равнодушный циферблат говорил о том, что ужин продлился не так уж и долго. Как и объяснение, почему он не хочет её больше видеть и знать. Мамин авторитет и тут сработал на ура. Иногда было удобно, что можно спрятаться за идеалами и репутацией, которая окружала мадам. Хотя ему всё равно было жаль каждую минуту, потерянную на эту идиотку.

Жаль, что он уехал со встречи, в какой-то момент захваченный собственной игрой во любовь с Вероникой, и бросив наблюдать за русалкой. Хотя мог бы… Что он мог бы? Никаких разумных действий разум не предлагал. Зато в избытке были странные предложения. Типа, забрать с собой секретаря партнёра в качестве заложника. Но это уже не важно. Завтра окончательное подписание документов и у них осталась целая ночь. Можно переиграть тут сцену у бассейна. Еще раз заглянуть в её глаза, задать пару простых вопросов и, вечность спустя, заснуть, держа в своих объятьях обитательницу другой реальности. Это будет идеальным завершением дурацки потраченного дня…

Вилла выглядела пустой. Темные окна, в которых отражалось пламенеющее небо. Он дождался появления Бернара, чтобы задать единственный важный вопрос.

— Где она?

— Уехала, сбежав с пикника на берегу. Собрала вещи и вызвала такси до аэропорта. А её босс со своей девицей отчалили в ночной клуб минут тридцать назад.

Он закрыл глаза и понял, что его мутит. Хотелось залезть под ледяной душ и остаться там, хотя бы на пару часов, чтобы смыть все эти ощущения. Все было правильно. Он с пугающей очевидностью понял, что означала её улыбка. Отвлекающий маневр, со звонком Вероники и желанием показать насколько он крут и независим, был идеальной дымовой завесой. Как будто она сама этот звонок и организовала. Получив, в качестве приза, пару часов форы для своего бегства. Наверняка мотивированного и обоснованного болезнью близкого родственника.

Довольно эффектная схема отхода. В его голове опять проскочила идея договориться с мамой. Вряд ли афера такого уровня прошла мимо неё. Но не хотелось выставлять себя полным идиотом. Поэтому вслух он только уточнил: