Младший брат дракона - Андрей Вячеславович Шевченко

а вот обратно… Дилль, попытавшись взвалить к себе на закорки здоровенную тушу Гунвальда, понял, что если сделает хоть пару шагов с такой тяжестью, то или его спина треснет, или он умрёт прямо здесь и сейчас.

Не иначе к Диллю благоволили какие-то высшие силы – он не только сумел добраться до десятника вовремя, но даже оказался вполне жив. Гунвальд, который всю дорогу ехал на спине Дилля поджав ноги, хмыкнул "тебе надо больше кушать" и, как ни в чём ни бывало, отправился вслед за десятником в фехтовальный зал.

– У-у, чурбан здоровенный! – Дилль, всё ещё согнутый в три погибели, погрозил кулаком удаляющемуся каршарцу.

На занятиях с мечом от Дилля толку не было. Во-первых, он никогда ничего длиннее ножа в руках не держал. А во-вторых, трудно фехтовать, когда ноги дрожат, а спина не разгибается. Десятник Эрек, показывая на скрюченного Дилля, объяснил присутствующим, как фехтовать не надо.

– Ему дать клюку – вылитая бабка-попрошайка получится. Ну, чего ты согнулся, убогий? Распрями спину, меч перед собой, остриё должно быть на уровне глаз… Где у тебя глаза, на брюхе что ли? Выше поднимай! Выпад! Вернись в стойку. Одновременно надо делать шаг и наносить удар. Выпад! Ты противника кастрировать хочешь? Нет? Тогда бей в грудь. Выпад… Нет, это безнадёжно. Посмотри на Гунвальда или Каюрта. Вы, двое, покажите этому бездарю, как надо делать прямые выпады. Р-раз! Два! Каршарец, у тебя меч, а не копьё. Противника надо уколоть остриём, а ты его проткнул бы насквозь. Что? Неплохо, говоришь? А как насчёт дистанции? Ты же от следующего противника получишь удар, а меч выдернуть не успеешь. А ты, Каюрт, не выпендривайся! Я знаю, что у тебя с десяток дуэлей за плечами, но выпады ты делаешь, как зелёный первогодок. Куда у тебя ступня смотрит? Почему вывернул? Выпад! Тьфу! Кисть и меч должны составлять одну линию, иначе ты мигом останешься без оружия…

За полдня Дилль узнал о фехтовании на мечах больше, чем за прожитые двадцать лет. Впрочем, ему это не помогло: выпады у него не получались, отскоки он делал плохие, а когда скрещивал меч с напарником, инстинктивно закрывал глаза. Эрек записал Дилля в компанию "совсем тупых", и пришлось бы Диллю бегать по мощёному двору казармы до самого вечера, если бы десятник не решил проверить, как у подопечных обстоят дела с владением копьём.

Дилль, хотя копьём никогда не орудовал, с шестом обращался уверенно – спасибо покойному дядьке, что гонял его в своё время до седьмого пота. Эрек, посмотрев на "выкрутасы" Дилля, немного смягчился.

– Ладно, парень, похоже ты не полный бездарь. Хотя копьё вряд ли пригодится против дракона, но это лучше, чем ничего.

– Мне копьё помогло сразить дракона.

Десятник собирался что-то показать, да так и замер с поднятой рукой. Остальные тоже уставились на Дилля, как на буйно помешанного.

– В каком смысле "сразить дракона"?

– В смысле убить. Это значит, что я при помощи ствола сухой берёзы, который использовал вместо копья, завалил самого настоящего огнедышащего дракона. Его башка до сих пор висит на колу посреди главной площади Тригорода. Не верите – можете спросить у любого горожанина.

Эрек недоверчиво наморщился, буркнул что-то неразборчивое и удалился. Минут через десять он вернулся ещё более ошарашенный. Подёргав вислый ус, десятник сказал:

– Спросил у Эрстана. Оказывается, ты не врёшь – в бумаге про тебя так и написано – драконоборец. Ты что, в самом деле не побоялся схватиться с драконом?

– Само собой, – Дилль приосанился, схватился за болевшую поясницу, снова распрямился и начал: – Дело, значит, было так…

[1] Руадо – маг, открывший способность особых кристаллов взаимодействовать с нервной системой человека.

Глава 4

*****

После сытного обеда все двенадцать драконоборцев были отправлены на занятия по магической подготовке. В действительности за громким названием крылись долгие и нудные лекции мага Эрстана о свойствах целой кучи бутыльков, пузырьков и порошков. Те, кто хоть что-то понял из этих россказней, изображали некий интерес к происходящему, остальные откровенно зевали.

Дилль не относился ни к одной из этих категорий. Он не слушал мага и не дремал – он вспоминал с каким вниманием старый десятник слушал его рассказ об эпической битве с огнедышащим чудовищем. После завершения рассказа о Диллевой эпопее, Эрек выпрямился и отдал ему честь по всем правилам воинской дисциплины. И в этот момент Дилль, который врал, как дышал, вдруг почувствовал смущение – старый десятник, побывавший в многочисленных битвах, видел в нём настоящего героя. И почему-то это вызывало ощущение, будто Дилль сделал что-то очень и очень плохое.

– … не бывает. Таким образом, гаситель пламени вам не поможет.

Дилль вернулся к действительности. Что там маг говорил о пламени? Он поднял руку, привлекая внимание Эрстана, поднялся и спросил:

– Простите, господин маг, но если нам это не поможет, зачем вы об этом рассказываете?

Маг уставился на него так, словно хотел просверлить во лбу дырку, но Дилль твёрдо выдержал тяжёлый взгляд Эрстана.

– Помнишь, о чём спрашивал меня вчера вечером? – неожиданно перешёл на "ты" маг. – Именно поэтому.

Дилль уселся обратно. Вчера маг ушёл от ответа не подтверждая, но и не опровергая предположение Дилля, что курьер Пембл выполнял свою миссию, находясь под воздействием подчиняющего заклятья. А сейчас подтвердил. Вот оно оказывается что – на самого мага тоже наложено заклятие, только, наверняка, ещё более сильное, иначе Эрстан уже давно от него избавился бы. Значит, про то, что заклинание пренеприятнейшее, он говорил со знанием дела.

Драконоборцы недоумённо посмотрели сначала на Дилля, затем на мага. Ни один, ни другой и не подумали разъяснять смысл сказанного – Дилль с каменной физиономией принялся слушать мага, а тот продолжил лекцию.

– Ещё раз повторяю: гаситель пламени против дракона не поможет, ибо свойства драконьего огня таковы, что он не гаснет до тех пор, пока есть чему гореть. Кроме того, драконий огонь уничтожает чужеродную магию, а, значит, наложенные на предмет или вещество заклинания разрушаются. Почему так происходит – никому не ведомо. Даже учёные мужи древности не смогли разгадать его секрета, в наше время это не удастся сделать тем более. Да, господин Диллитон?

– То есть, если я подсуну свой амулет под драконий огонь, наложенное на него заклинание перестанет действовать?

Остальные драконоборцы, даже те, кто дремал, встрепенулись, ожидая ответа мага. Тот усмехнулся:

– Именно так. Разрушится