Новая история - Valdemar Lunar

ведьм и Абаддона. А теперь он орел, гроза Всадников, и как я заметил, за ним бегают уже две девчонки. Никто об этом не говорил, конечно, но было очень заметно их поведение. А после дружеского общения Дэлани, Рэймонд, и Алексий констатировали, что время позднее, и им пора домой. Проводив друзей, я и Александрина заперлись в своей комнате, перед тем наказав Флорину чтобы он подобрал хорошую комнатку для гостьи, на что он, улыбаясь, согласился, ведь не было местечка в моем поместье, которое не знал бы паренек.

Наступила ночь. Откуда-то доносился невыносимый храп. Видимо кто-то из прислуги, подумал я, и часа через полтора мучений все же уснул, видимо, от усталости. Ночь прошла спокойно, а утром, после ванной, все собрались за завтраком, и новая знакомая без стеснения присоединилась к нам.

— Как спалось на новом месте? — спросил паренек.

— Спасибо! Очень хорошо! — ответила она, и, снова присев рядом с ним, принялась за завтрак.

Я даже и не понял, как все это произошло, но как только мы закончили трапезу, вдруг все, кроме меня, конечно, начали хвататься за голову, и кричать от какой-то неизвестной боли. Ужас! Флорин даже потерял сознание, Александрина убежала в комнату пить обезболивающее, а после и Хлоя упала рядом с парнем. Да, я бы сказал, ситуация стрессовая, я закинул обоих на плечо, предупредил Александрину, которая еще держалась руками за голову, прыгнул в свой внедорожник и повез их в ближайшую городскую больницу. По пути, глядя на окружающих, я подумал, что мир сошёл с ума, видя падающих на асфальт людей, а некоторые уже лежали на нем. Доставив друзей в хоспис, я еще немного подождал результатов врача, не уезжая домой. А доктор меня очень порадовал, сказав, что все в порядке, они уже очнулись и готовы идти. Забрав ребят, я решил проехаться по остальным. Подъезжая к церквушке, я увидел Алексия, который делал искусственное дыхание одной прихожанке, которой, также как и Флорину с Хлоей, стало плохо. И тут же, на моих глазах, очнулась и она.

— Алексий! Что происходит? Это что, снова Всадник? — спросил я священника, который стоял и вытирал пот со лба рукавом.

— Очень похоже на это! Второй ангел протрубил! — ответил он.

После разговора с отче я зарулил к Дэлани. Оказалось, что у него просто случилась небольшая мигрень, и он сказал:

— Спасибо что заехал! Я в норме! Езжай к Рэю.

И снова педаль газа в пол, летел как угорелый к бывшему предателю, но что поделаешь, такова жизнь, видимо, и первородным не чуждо сострадание. Хотя от первородного у меня ничего и не осталось, и лишь изредка, как искорка, проскакивают сверхспособности.

Доезжаю до дома Рэймонда, кричу, а мне никто не отвечает, я зашел, а Рэй на полу лежит, из носа кровь идет. Я кричу:

— Флорин, бери его за ноги, а я за руки, и несем в машину.

Флорин быстро подбежал, и снова мой путь лежит в хоспис. Врач сказал, что с ним ситуация намного хуже, и он сейчас находится в глубокой коме. Как же так? Эти ангелы, которые должны помогать людям, вот такое вытворяют? Что же на самом деле творится? И сможем ли, хватит ли нам сил с этим справиться? Одни вопросы. А когда же ответы? Какой я дурак! А как же Александрина? Как там моя девочка? Я оставил ее там одну. Бросив Рэймонда на попечение врачей, я уже мчался домой, да так, что чуть не вылетел в кювет на двух поворотах. Я и не заметил, как приехал, но очнулся, когда уже вбегал в поместье. Но, к счастью, моя любимая встретила меня уже без головной боли, и, усадив в большое кресло, начала расспрашивать:

— Малис! Любимый! Как там… И увидев Флорина с рыжей ведьмой, замолчала, а потом добавила: — А, вижу все хорошо!

— Не совсем все хорошо. Рэй в коме. Я только что из больницы, — объяснил я.

— И сколько все это будет продолжаться? Этот гул? — смотря мне в глаза, спросила она, и снова продолжила: — Во второй раз было намного хуже.

— Не знаю, дорогая! Но кто — то начал Апокалипсис, а мы должны его закончить. И я сильно беспокоюсь за ребенка, и за твое состояние, когда трубит ангел. Мы же можем его потерять.

— Нормально, Малис! За это не беспокойся, — успокоила она.

Вдруг издалека начали раздаваться выстрелы, а потом послышался громкий крик. Этот шум доносился со стороны города. Я поехал посмотреть, оказалось, хозяин мясной лавки сбрендил, он вышел на улицу с ружьем, и начал хаотично расстреливать всех. Но через десять минут его задержали полицейские, зато погибло в этой заварушке восемь человек: престарелая пара, трое подростков, и трое мужчин, которые пытались его остановить. Что же за дурдом происходит? Тут сзади раздался голос священника:

— Это не дурдом, Малис! Это «Война». Всадник близко! — И добавил: «Сидящему на рыжем коне дано взять мир с земли»

— Вот же, что за чёрт! Я думал после «Чумы» никого больше не будет…

— Будет, будет! И после Чумы, и после Войны! — спокойно говорил священник, казалось, он уже смирился с тем фактом, что апокалипсис не избежать.

Я схватил его за грудки, приподнял и потряс со словами: «Хватит раскисать! И это бравый охотник за нечистью?»

— Ты не понимаешь Малис, этого уже не предотвратить. Это предначертано, и ни ты, ни я не сможем это изменить.

Я еще подумал, что это с ним? Но твёрдо решил за ним присмотреть. Посадил его в машину, и поехал домой. А уже с порога Александрина настоятельно рекомендовала мне посмотреть новости. И снова здравствуйте, катастрофы, убийства, отравление, эпидемия, и очень, очень большой список новостей. Жутких новостей. Люди такое вытворяли, брат шел на брата, а друг на друга, будто зомбированные. Но вот одно меня взволновало больше всего.

В новостях объявили: «И без того пострадавшие американцы готовятся запустить ядерные ракеты по всем ближайшим континентам. Как заявил президент Соединённых штатов, остаться на Земле должен только американский народ».

Когда до меня дошло, я выкрикнул:

— Всадник! Он там! И что этим скакунам так полюбился этот континент?

Но все сидели и молчали в ожидании, когда бомба упадет им на голову. Я не выдержал:

— Э, ну хорош! Вы что? Одному Всаднику зад… надрали, и второму надерем. Хватит меланхолии!

— Нас все меньше и меньше, — буркнул священник, и договорил, — Рэй в больнице, Марк ищет Марьяну, Александрина не может по понятным причинам.

И только проговорил он, как скрипнула моя дверь, и в