Не подарочки для полковника. Воронцовы (СИ) - Янтарная Регина

Догоняет, хватает за грудки.

— Еще как посмею, — шипит мне в губы. — Один раз ты разрушила мою жизнь, второй раз не позволю отнять у меня то, что мне дорого. Если не хочешь, чтобы я опорочил тебя в глазах дочери, то делай, как скажу я.

В ужасе гляжу на мужа. Мне так страшно, даже плакать не могу.

Было так много вранья в последние годы, ссора с сестрой и ее мужем. И всё напрасно?

Погружаюсь в глубокое отчаяние.

Если бы я тогда поборола гордыню, поверила сестре, не порвала с ней, тогда бы сейчас не стояла на грани потери всего, что мне дорого — дочери, дома.

Ясно без слов, что дом никогда не достанется дочери, Петров только использует Стефу и ее безумную любовь к отцу. Бедная моя девочка.

Забираю дочь с праздника, привожу домой. Молча ухожу к себе, чтобы не видеть наглую рожу мужа.

Всё тонет в тумане неприятия. Знаю, что сегодня моя жизнь перевернулась с ног на голову. После мерзкого разговора с мужем на душе скребут кошки.

Своими руками он не только разрушил нашу семью, но убил мою веру в мужчин. Разрушил всё, что было так дорого. Сжег нашу счастливую жизнь дотла.

Подлец!

Вспоминаю, как он лениво переводил безразличный взгляд с меня на окно.

Захожу к себе в комнату. Стопорюсь. Не могу сдвинуться с места.

Стону громко-громко. Петров хочет отобрать у меня дом, который мы строили пять лет все вместе. Дом — единственное важное воспоминание о папе.

— Развод!

— Развод!

— Развод!

Произношу вслух, пробую на вкус. Горечь оседает на губах. Пытаюсь принять данность. Самое страшное слово для женщины, разрезающее жизнь на «до» и «после». И что меня ждет в этом «после» совсем не хочу знать.

До меня доходят слова мужа — он хочет отобрать дочь, натравив на меня опеку?

Мерзавец!

Зачем ему Стешка? Без меня. Он даже не знает, что с ней делать. Ей уже девять, она взрослеющая девочка, нуждающаяся в постоянной опеке и заботе матери. Мама должна быть всегда рядом, чтобы дать совет.

Ложусь спать с тяжелым сердцем.

Наутро не обнаруживаю дома ни Ивана, ни Стефании, ни чемоданов.

— Где вы? Ты похитил дочь? — истошно кричу в трубку.

— Мы уехали на море. Вернемся через две недели. Тебе же хватит четырнадцать дней, чтобы переехать в квартиру?

— Что?

— Ты же по-прежнему настаиваешь на разводе?

— Да.

— Тогда ты должна уехать!

— Серьезно?

— Если не хочешь, чтобы я рассказал дочери, что ее мать недостойный человек.

— Можно я приеду к вам?

— Нет.

Хватаюсь за трубку, набираю Виталину. Абонент недоступен.

Может, позвонить Климу? Вспоминаю последний взгляд, которым он одарил меня. Желание тут же улетучивается.

Через неделю собираю чемодан, переезжаю в отель, расположенный рядом с домом. Так хоть будет возможность встречаться с дочкой.

Проходит две недели. Звоню мужу. Тишина. Он не звонит сам и не отвечает на звонки. Телефон Стешеньки молчит также.

Они оба пропали.

Дверь в счастливую безоблачную жизнь захлопывается окончательно.

Печально брожу по комнате в отеле, набираю номер Виты. Молчу. Отключаюсь, когда она бросает трубку.

Бессильно распластываюсь на полу.

Уставившись в одну точку на потолке, думаю о том, где и с кем моя малышка, накормлена ли. Вряд ли отец будет с ней возиться. Наверняка, уже нанял гувернантку, или хуже того, нашел ей новую маму.

Вытираю ладонями слезы с опухшего от слез лица.

Усилием воли заставляю себя встать на ноги. Пошатываясь, бреду к кровати. Цепляясь за холодную стену, забираюсь в ледяную постель. Скручиваюсь в клубок.

Шепчу себе как мантру:

— Справлюсь! Без Петрова проживу, а дочь отвоюю.

Обнимаю себя за плечи, и меня наполняет человеческим теплом, которого я давно не получала от близких людей.

Я права, — убеждаю себя. Развод — единственно верное решение. Нет смысла тянуть это мучение для нас троих. Нужно разрубить морской узел.

От бессилия. Заламываю руки. Прикусываю губы в кровь. По ним текут соленые слезы

Мое маленькое бедное раненное сердечко вздрагивает.

Понимаю, что муж меня сломал. И сделал он это давно! Он разучил меня жить своим умом, бороться за себя, отстаивать собственные позиции. Поставил на позицию ниже — сначала лишил возможности работать, затем дружить с близкими мне по духу людьми, с сестрой. Теперь хочет лишить дочери. Он постоянно выбивал из-под меня почву, чтобы я всегда держалась за него! Вот в чем состоял его план.

Ну, уж нет! Дочь я ему не отдам. В этой беспощадной гонке за любовь единственного ребенка Петров не станет победителем.

Настоящее

Петров тянет с разводом. Хотя я уже давно согласилась переписать на него дом. Но ему этого оказалось мало.

— Ты у меня отняла десять лет жизни. Надо платить!

— Что ты хочешь?..

— Деньги, которые лежат на твоем счету. Ты должна алименты на дочь.

— Отдай мне дочь, я буду содержать ее сама.

— Ты же знаешь, что этот вопрос не обсуждается.

Перевожу Петрову деньги, подписываю документы на дом. Но бывший всё тянет время, не отдает дочь.

Преодолевая гордость, бегаю за бывшим, как собачонка, не понимая, что еще хочет от меня. Он забрал всё, что было.

У меня осталась только я.

Понимание приходит во время суда, когда Стефании дают самой выбрать место проживания.

Ну конечно! Иван ждал, пока дочери исполнится десять. Он сразу планировал использовать Стешку, определил ей роль палача.

Подлец!

Он не собирался отпускать меня! Не хотел развода.

Всё рассчитал так, чтобы я осталась ни с чем, и прибежала к нему на задних лапках. Считал, что я буду жить дальше на его условиях. Намеревался сделать меня своей безмолвной рабыней, зависящей от него во всём!

О боги! Как же я просмотрела, что живу с монстром? Он оказался тем типажом мужчины, который утверждается за счет женщины.

Бедное влюбленное сердечко меня подвело. Я ошиблась в выборе возлюбленного.

Ничего. В будущем буду умнее, — клянусь себе.

Вот и сейчас я хочу помочь Михаилу Воронцову, он мне нравится. Большой сильный и одновременно такой растерянный, что становится не по себе, хочется сыграть роль матери, взяв опеку над ним. Но я знаю из опыта, что так делать нельзя. Ни все мужчины ценят такую заботу.

Вспоминаю синие глаза с хитрецой, решаю, стоит ли довериться полковнику.

Глава 11

Полина

Поднимаюсь на лифте в квартиру Михаила. Собираюсь с мыслями, чтобы дать нужные ответы на непростые вопросы чужих любопытных людей.

— Полина, веди себя естественно, — приказываю сама себе. — Выхожу из лифта на площадку, прихожу в шок.

Мальчишка сидит на корточках около моей квартиры, играет с собственными пальцами.

— Ты чего? Тебя выгнали?

Кивает русой головой.

— Вот, кобель! — гневно трясу блондинистой шевелюрой и подхожу к двери полковника, намереваюсь позвонить.

— Папа уехал, — грустно докладывает ребенок, опережая меня.

— Куда?..

— Срочно вызвали на службу. Какое-то ЧП, и он нужен в штабе.

— Его семья уехала? Почему не забрали тебя с собой? — недоумеваю.

— Забыла? Ты моя мама. Кто же меня заберет от родительницы!

— Господи! И что мне с тобой делать? — пробираюсь бочком к своим дверям, открываю квартиру.

— Было бы неплохо уложить меня спать, время недетское.

— Что я буду делать с тобой завтра? У меня планы, и тебя в них нет.

— Если у тебя есть компьютер с играми, тогда проблема решена.

— Надо же, как легко ты рассуждаешь, — пытаюсь сконцентрироваться на проблеме, но ничего не выходит. — Мысли перебегают с мальчика не его отца. — Полковник сказал, когда вернется?

— Он улетел.

— В смысле улетел?..

— Вызвал такси, сказал «в аэропорт Внуково».

— Без комментариев! — злая, очень злая толкаю дверь в квартиру, — заходи, — зову с собой непрошенного гостя.