Запрет на экспансию. Том 2 - Евгений Алексеевич Гришаев

есть где-то возле храма. Я невольно ускорился, уж очень мне хотелось встретиться с этим человеком. Барон практически сразу заподозрил неладное, но ничего не сказал.

– А вот и храм, - сказал Керш, сбив дыхание после короткой пробежки.

– Вижу, а ещё вижу, что он открыт, - ответил я, увидев, как из храма вышли два человека. Один из них точно был служителем храма, так как был одет соответственно положению, а вот второй остался личностью мной неопознанной. Лицо этого неизвестного было скрыто глубоким капюшоном, а судя по поведению человек этот явно не был простолюдином. Служитель храма низко поклонился ему, прежде чем они расстались, незнакомец в ответ даже не обозначил поклон, словно по статусу был гораздо выше. Как только они распрощались, к незнакомцу подошло сразу несколько человек. Это была его охрана, которая до этого момента контролировала все подходы к храму. Поняв это, я остановил барона, решившего зайти немного вперёд.

– А ты говорил, что храм в это время уже закрыт, да тут от посетителей не протолкнуться!

– Для простых жителей да, храм уже закрыт, но не для графа, - пояснил Керш.

– Так это был граф Эртог!?

– Да, его тяжело спутать с кем-то ещё, фигура и походка выдают.

Я посмотрел на графа и увидел, что эта персона слегка припадает на левую ногу. Что касалось фигуры, так она с моей точки зрения была вполне обычной. С виду обычный человек, среднего роста и среднего телосложения и что имел в виду Керш, я не понял.

Когда граф со своей охраной скрылись где-то в темноте парка, я направился в храм, пока он не закрылся до утра. Барона мне пришлось тянуть за собой. Он хоть и кичился тем, что ещё полон сил, но его дыхание опровергало это. Годы брали своё и никакое универсальное лекарство типа того, что я ему вколол, не могло его омолодить.

– Господин Димон, куда вы так спешите, храм утром снова откроется и будет открыт до вечера!

– Не хочу понапрасну тратить время, - ответил я, взглянув на показания сканера. Он показывал, что передатчик в храме, то есть человек, владеющий им, находится внутри.

– Барон, а вы умеете хранить тайны? – спросил я, когда до входа в храм осталось всего несколько десятков шагов.

– Если нужно, могу.

– Тогда будьте любезны, поклянитесь, что никому, никогда и ничего не будете говорить о том, что вы сейчас здесь возможно увидите.

– Вы меня заинтриговали, но я клянусь, что ни слова никому не скажу.

– Вот и хорошо, идите за мной, - я направился к дверям парадного входа.

В храме царил полумрак, лишь одна свеча горела в напольном канделябре, установленном в дальнем от входа углу. Возле этого канделябра спиной к нам стоял человек и что-то внимательно читал.

– Главный служитель этого храма, - шёпотом пояснил Керш. Несмотря на тихое пояснение, человек это услышал и резко обернулся. Я ожидал, что он спросит, кто мы или же скажет, что храм уже закрыт, но его действия на наше появление были более чем странные. Он быстро поджёг небольшой клочок бумаги с коротким текстом, а потом достал что-то из кармана и изо всех сил ударил этим об пол.

– Ты ничего от меня не узнаешь! – выкрикнул он и, схватившись за горло, упал сначала на колени, а потом завалился на бок.

– Чего это он!? – барон опешил, увидев это.

– Сейчас выясним, - я направился к лежавшему служителю, ожидая увидеть на его шее рабский ошейник. Ошейник ведь не обязательно должен лишать раба головы, мог просто удушить, то есть бескровный вариант смерти раба. Осмотрев остывающее тело служителя, никакого ошейника на его шее не обнаружил, он убил себя сам, приняв быстродействующий яд.

– От него мы действительно уже ничего не узнаем, как он и сказал, - я посмотрел на догорающую записку, которую служитель решил уничтожить. Через пару секунд клочок бумаги догорел и распался на несколько частей. – Стой, не шевелись! – приказал я барону, чтобы от его движений пепел не разлетелся по полу ещё более мелкими фрагментами. Склонившись над пеплом, успел прочитать всего пару слов, – «надлежит уничтожить».

– Что уничтожить или кого уничтожить? – подумал я, поднимаясь с колена.

– Что происходит господин Димон? – Керш после самоубийства служителя храма совершённого только что не понимал, чего ещё теперь ожидать.

– Если бы я точно знал, обязательно рассказал бы, а так, у меня лишь одни предположения.

– Какие если не секрет?

– То что этот служитель был не совсем служитель, я думаю, ты уже понял. Ему явно было что скрывать и не абы от кого-то, а конкретно от меня. В отличие от меня, он знал меня в лицо, поэтому и убил себя, поняв, что ни сбежать, ни справиться со мной, у него точно не получится.

– А что он разбил? – Керш показал на осколки пульта от рабского ошейника.

– Не знаю, безделушка какая-то, - соврал я и, собрав осколки в кучу, сжёг их. – Керш будь добр, присмотри за входом, мне ещё кое-что нужно сделать, пока сюда никто не пожаловал.

– Хорошо, только ты не долго тут свои дела делай, нам пора отсюда ноги уносить. Если стража нагрянет, доказать, что мы не причастны к смерти служителя быстро не сможем.

– Тут дел то на пять минут, так что не суетись, никто нас тут не поймает.

Как только барон вышел из храма, я собрал все хранившиеся здесь реликвии, тело служителя и телепортировался с ними к болоту.

– Пусть теперь попробуют найти, - с этими словами забросил остатки дроида как можно дальше в топь. Через несколько секунд часть руки, нога и забрало шлема ушли на дно. Тебя тоже придётся спрятать таким же способом, - проговорил я, сталкивая в воду тело служителя, - как говориться – нет тела – нет дела. Уничтожив улики, через несколько минут переместился обратно в храм, где меня ожидал барон.

– А как это!? – он жестом показал, что меня тут не было, но я появился словно из воздуха.

– Магия! – сказал я, подняв вверх указательный палец. Другого объяснения давать не собирался, впрочем, он другого и не просил, ему и этого было достаточно.

Как только мы вышли из храма, нас тут же окружили стражники.

– Стоять! – закричал кто-то из