Внешняя проверка - Евгений Александрович Востриков

Агенор: «Я же говорил, что ты вернешься. Кто с тобой?»

Хар: «Я так и думал, но спаслись чудом. Вернулись мы с Арибасом, остальные потом подойдут».

Агенор: «Нужно сейчас же записать, то, что узнал. Я уже кое-что подготовил. Может, дать попить, перекусить?»

Хар: «Благодарю, но лучше я дома попью и поем, давайте будем писать, пока помню хорошо».

Агенор достает несколько чистых кусков кожи и еще один с черновиком. Закрывает ящик и на его крышке расстилает один из чистых кусков. Достает краску в керамической баночке и острую щепку. Хар принимается писать, временами останавливаясь и вспоминая. Одного куска кожи не хватает. На втором написано немного. Рана мешает, написано не очень аккуратно.

Хар: «Вот все, что удалось узнать. Было и еще, но увидел только мельком, это в конце. Еле ушли».

Агенор: «Думаю, этого достаточно. У меня еще есть материал, из другого места. Вместе должно хватить».

Хар: «А как мы сможем это передать? Или Хозяин все уже знает?»

Агенор: «Хозяин, конечно, знает. Я с ним еще поговорю, тебя это не должно пока волновать».

Агенор осматривает рану помощника. Ранение серьезное, хотя рана уже затянулась.

Агенор: «В деревне сходи к знахарке, может, поможет. Нельзя Хозяина этим отвлекать».

Хар: «Я понимаю… кто мы …. Да и болит уже не так сильно. По дороге помогли».

Агенор: «Лучше тебе сегодня отдохнуть дома, а завтра приходи с утра, поучу тебя, тому, что сам могу».

Хар: «Благодарю за доверие. Я пойду?»

Агенор: «А как тебе боги?»

Хар: «Видел один раз издалека. Впечатляет. Могут много».

Агенор: «А за вами не гнались?»

Хар: «Вроде нет. Ранили уже позже, в степи».

Агенор: «Они, видимо, даже не подозревают ничего, полное неведение ... ну ладно, иди».

Агенор и Хар прощаются. Хар уходит в деревню. Присев возле ящика, Агенор переписывает полученные иероглифы на чистый кусок кожи. После этого сушит его.

Ближе к ночи. Агенор стоит на берегу моря. Из-за гор появляется луна. Агенор возвращается в пещеру, стоит некоторое время возле костра, как бы прислушивается к чему-то. Затем он начинает ходить по пещере, бормоча в полголоса.

Агенор: «Смилуйся, великий Господин, Хозяин и владелец всего сущего, великий и недостижимый, наша единственная надежда и опора, самый заботливый и справедливый, свет очей наших и упокоение. Мы верные рабы твои и слуги, только ты для нас отрада и спасение, разум наш и просветление. Благодарим тебя, великий, за заботу и наше процветание и саму жизнь, что дал ты нам своей милостью. Смилуйся и выслушай твоего верного слугу Агенора, не гневайся, если что не так. Силы наши человеческие, прими наш дар, от всей души».

Агенор останавливается на некоторое время, стоит и прислушивается к чему-то. Потом он снова начинает ходить из угла в угол пещеры и бормотать.

Агенор: «Смилуйся, великий Господин, Хозяин и владелец всего сущего, великий и недостижимый, наша единственная надежда и опора, самый заботливый и справедливый, свет очей наших и упокоение. Мы верные рабы твои и слуги, только ты для нас отрада и спасение, разум наш и просветление. Благодарим тебя, великий, за заботу и наше процветание и саму жизнь, что дал ты нам своей милостью. Смилуйся и выслушай твоего верного слугу Агенора, не гневайся, если что не так. Силы наши человеческие, прими наш дар, от всей души».

Снова Агенор останавливается и прислушивается. Снова ничего нет. Он вздыхает и начинает ходить по пещере, бормоча.

Агенор: «Смилуйся, великий Господин, Хозяин и владелец всего сущего, великий и недостижимый, наша единственная надежда и опора, самый заботливый и справедливый, свет очей наших и упокоение. Мы верные рабы твои и слуги, только ты для нас отрада и спасение, разум наш и просветление. Благодарим тебя, великий, за заботу и наше процветание и саму жизнь, что дал ты нам своей милостью. Смилуйся и выслушай твоего верного слугу Агенора, не гневайся, если что не так. Силы наши человеческие, прими наш дар, от всей души».

Агенор останавливается на короткое уже время, а затем продолжает свое занятие.

Агенор: «Смилуйся, великий Господин, Хозяин и владелец всего сущего, великий и недостижимый, наша единственная надежда и опора, самый заботливый и справедливый, свет очей наших и упокоение. Мы верные рабы твои и слуги, только ты для нас отрада и спасение, разум наш и просветление. Благодарим тебя, великий, за заботу и наше процветание и саму жизнь, что дал ты нам своей милостью. Смилуйся и выслушай твоего верного слугу Агенора, не гневайся, если что не так. Силы наши человеческие, прими наш дар, от всей души».

Закончив бормотать, Агенор останавливается, как-бы задумавшись и прислушиваясь. Затем он подходит к костру и подбрасывает в него еще поленьев. Костер, уже полупотухший, начинает гореть веселей. Агенор снова начинает бормотать и ходить по пещере.

Агенор: «Смилуйся, великий Господин, Хозяин и владелец всего сущего, великий и недостижимый, наша единственная надежда и опора, самый…».

На этом месте Агенор осекается и скорым шагом подходит к ящику. Поправив на нем свечу, он берет в руки переписанные начисто добытые сведения и, встав на колени, начинает говорить уже громче.

Агенор: «Да, да, Хозяин наш, свет, свет, а света нет… Понял тебя, впредь такого больше не будет… Продолжаю… Первое – нужно взять толченый панцирь черепахи…»

Бормотание длится довольно долго. Потом он стоит на