Книга 1. Студенческое проклятье Алого Университета. - Константин Храбрых

Дружный стон студентов, и хитрый и довольный взгляд Ларкина-ботаника. Сын главного библиотекаря университета, выросший среди библиотечных книг, сейчас лучился превосходством. Ну-ну, посмотрим, как ты будешь выкапывать камушек, который притягивает к себе змей и прочих земноводных и перемыкающихся. Многие, из которых владеют природной магией.

Подошел наш седой и многократно битый жизнью и женщинами главный лекарь. Мужику уже за вторую сотню перевалило, а все по бабам бегает, нет чтоб остепениться.

- Здоров буди, пособие патологоанатома!

- И тебе не хворать, кар, старый кобель!

Лекарь довольно усмехнулся в бороду.

- Кого лечить будем? И самое главное от чего?

- От дурной головы наших студентов. Многочисленные укусы ядовитых гадов, порезы от магических растений, ну и ожоги третьей и четвертой степени. Думаю, пяток-другой идиотов возьмет камни в руки, а они ох как живую органику не любят!

Лекарь почесал затылок, после чего достал переговорный амулет и гаркнул в него так, что мой бедный кар-кар едва не свалился с плеча:

- Гугор! Чем ты опять занят?!

Из амулета послышался звон разбитой посуды и испуганный вскрик, после чего до нас долетел кашляющий плач:

- Господин главный лекарь! Как вы и кха-кха... говорили! Веду учет запасов хлорки и аммиачной пыли! А-а-а-апчхи!

- Что разбил?!

- Склянка с прошлогодним зубом волка. А-а-апчхи! Кха-кха...

- Вычту из твоей зарплаты!

- За что?!

- За безалаберность!

Из амулета раздался горестный стон.

- Если только через пять минут у меня в руках не окажется набор последней помощи "номер шесть"!

Прошло ровно две минуты.

Перед нами стоял круглолицый мужичок лет тридцати страдающий отдышкой и слегка подслеповатый. Он все пытался отдышаться. Тем временем Главный лекарь проверял содержимое дорожной сумки, в которую было все упаковано.

- Неплохо-неплохо Гугор! Но свежий порошок будешь толочь сам!

- Да ва-ва-ваше сиясь... - с трудом выдавил из себя мужичок и поковылял обратно.

- Безалаберный, но исполнительный! Короче, я ушел дремать, если что свистнешь! - Ваншельп хмыкнул сам себе, и добавил: - Или каркнешь!

После чего с довольным смехом пошел в тень опушки леса.

Первые пострадавшие вышли через два часа. У каждого по камню. У обоих обожжены кончики пальцев, но на этом все. Получив свои десять баллов, по пять на брата, пошли в сторону университета, довольные тем, что так быстро справились.

Следующим был сынок главного библиотекаря. Поставив передо мной сумку с камнями, и получив свои пять баллов он удалился, поглаживая сидящую на правом плече ящерку. Если не ошибаюсь, ящерку шелира - крайне ядовитый укус способен свалить даже слона, обожает тепло. Однако самоубийца.

В мешке было двадцать четыре камня.

Ну, я же не обещал, что положительную оценку получат абсолютно все! Итого осталось только четыре камня...

За полчаса до конца отпущенного им времени раздался взрыв!

В лесу если судить по звукам шла настоящая война. Периодически над лесом взлетал пойманный заклинанием студент и, провисев пару минут вверх ногами и вниз головой, падал согласно земному тяготению вниз. То взлетало молодое или трухлявое деревце. Два раза наблюдал пролетавших по дугообразной траектории оленя, одного кабанчика и трех мишек-бедолаг.

Из леса во время баталии вышли три девушки-студентки (Далия Энн, Сильвия Роллин, и Танис Вайлон). Девушки принесли три камня. Теперь становилась понятна ситуация с войной местного характера. Шла битва за последний камень.

Три часа спустя.

Стемнело. Из лесу стали выходить уставшие и измученные студенты. Кого-то выносили на самодельных носилках. Со стороны напоминало возвращение из лагеря военнопленных.

Ко мне принесли те носилки, на которых лежал покрытый инеем и следах подпалин Колин, мертвой хваткой держа в руках последний камень.

Однако!

Я, честно говоря, ожидал увидеть одну из двух особ королевской крови... Кхм... только тут я понял, что покрытая сажей и кусками дерна и коры фигура одного из несших носилки принадлежит Эрин.

- Пять баллов всем троим. Не бросили друга в битве за камень, и не отобрали находку. Кар! Это достойно уважения!

Всем остальным два балла! Ка-а-а-ар!

Дружный стон как бальзам на душу!

На следующий день я зашел на кафедру практической магии. Наши хиро-практики разбирались с трофейным порталом. Не придумав ничего лучше, чем просто разобрать его они сидели, описывали каждую деталь.

- О! Добро пожаловать в наши пенаты господин преподаватель!

- Кар-р!

- И тебе Кар-карыч! - Ворон важно кивнул головой. - Что вас привело к нам?

Я протянул начальнику кафедры листы тонко выделанного пергамента с чертежами и описанием необходимой гравировки рун на амулете.

- Обалдеть! Гофарыч! Бросай все иди сюда! Ты смотри, какую вещь нам господин Рин Дан принес!

Подошедший Гафарыч оказался гномом-ювелиром. Хмуро взяв листы своими кувалдо-подобными руками, хмуро прищурился. По мере того как он вчитывался в текст и чертежи, лицо его вытягивалось все больше и больше, а глаза казалось вот-вот вылетят из орбит!

- Молот Торина мне на ногу! Кто делал эти чертежи?

- Я. - Боюсь, что даже специалисты не смогут воспроизвести амулет Горга. - Невозможно сделать?

- С этим? - Гном потряс зажатыми в руке листами. - С этим и малолетка на коленке справится! Просто поразительная работа! Я думал, что так могут чертить только гномы!

- Маг, не обладающий навыками рисования, черчения и прочих необходимых прикладных наук сможет вызвать только насморк, да и то ненадолго!

Гном меня уже не слушал, с головой уходя в чертежи. Достав из-за пазухи необходимые минералы и золотые монеты для переплавки, я попрощался и уже собирался уходить, как меня догнал голос гнома:

- Через неделю зайдите, опробуем наше творение!

Гном и есть гном. То, что он сделал своими руками, его и только его творение.

Если бы я имел губы и рот - сейчас бы у меня была бы усмешка до ушей! С этим амулетом накопление энергии и восстановление организма до номинала будет куда быстрее. Возможно, за год-два смогу полностью восстановить свое здоровье.

Очередной визит Верта как бальзам на душу! После занятий, мы с ним уединились в моем кабинете, где Верт распечатал привезенный с собой ящик с дорогим вином.

- Алгол одна тысяча шестьсот второго, поздний урожай.

Если б мог, я бы присвистнул. Наше любимое вино, из тех, что мы могли позволить на студенческую стипендию, и подработки. Какой студент не подрабатывал в свое время.

- Каждый год распивал бутылку на твоей могиле...

Я вздрогнул до хруста костей.

- Ах, да ты же не в курсе! Я перепохоронил тебя на семейном кладбище. Отец при жизни был против!