Темная сторона. Маг - Ника Ёрш

– Так точно.

– Курсанты корпуса защитников сдают промежуточные зачеты по итогу первого года обучения. И итоговый экзамен – в конце второго. Для каждого из вас он опять же будет индивидуальным.

– Не у прорехи? – робко уточнила Нила, подняв руку.

Лерио усмехнулся с грустным пониманием:

– Экзамен у прорехи проходят лишь раз, кадеты-второкурсники. Он призван выявить тех, кто не способен перенести темное воздействие. Раньше считали, что со временем к нему можно привыкнуть, но, к сожалению, опытным путем доказано, это не так. Более того, влияние пагубно сказывается на ментальном здоровье магов, а новые попытки привыкнуть, влекут за собой весьма плачевные последствия. Вплоть до летальных.

– Ясно, – благодарно кивнула Нила, удовлетворившись пояснением.

Мне стало грустно. Мы все сомневались и верили, что был бы еще один шанс у прорехи, и наши товарищи справились, смогли бы устоять перед темной стороной Аарона. Оказывается – нет.

– Хочу вас сразу предупредить о мутациях. Ваши изменения, если они уже случились, только начались, – выбил пол у нас из-под ног куратор. – Первая мутация – самая сильная, физическая. Она меняет тело. Но это не все. Дальнейшие изменения раскроют в вас новые личные особенности. А так как курсанты наряду с опытными защитниками регулярно выезжают на прорывы, воздействие темной стороной будет менять вас все больше и глубже. Поэтому только по итогам первого триместра у курсантов вводятся индивидуальные занятия. Вы должны быть внимательны к себе и близким. Мутация может начаться спонтанно и проявить самые необычные способности. Дальше будет только сложнее. Прислушивайтесь к себе, сила может проявиться в чем угодно и когда угодно.

– Можно вопрос? – спросила Катерина, подняв руку. Дождавшись разрешения, уточнила: – А какие способности у вас, лерр Лерио?

Я даже дышать перестала в ожидании ответа. Но Грей, кажется заметив мою реакцию и задержав на мне насмешливый взгляд, лишь качнул головой. И перешел к следующей теме:

– Итак, кто из вас уже прошел первичную мутацию?

Все, кроме нас с Анжеикой, подняли руки. У меня горели щеки от стыда. Судя по лицу Анжеики, она просто злилась. Наверное, не привыкла быть в отстающих.

– В связи с мутацией есть вопросы? – уточнил куратор. – Страх? Странности? Нужна помощь?

Не дождавшись ответов, он встал, вышел из-за стола и обошел нас, разглядывая. Потом зачем-то остановился у меня за спиной. Кошмар!!! Оперся ладонями о спинку моего стула, обдавая притягательным пряным ароматом. Так близко, что хотелось отпрянуть, но приходилось держать спину идеально прямо и уговаривать себя вести спокойно. Я ощущала жар, исходивший от куратора, мучилась и плавилась от собственных чувств. Ну и перестала соображать! Иначе как объяснить вопрос, вырвавшийся у меня:

– А как прятать свои новые особенности?

– Чтобы не мешались в обычной жизни? – уточнил Грей. В его голосе мне чудилась насмешка, а внутри у меня почему-то снова разлилось горячее тепло и нежность. Я замерла, прислушалась к себе, – и все исчезло. Наваждение спало, а Грей Лерио наконец убрал руки со спинки моего стула и отошел к окну в ожидании ответа.

– Да, лерр. Чтобы не мешались, – выдохнула едва слышно.

Я уже тысячу раз пожалела о вопросе, но сказанного не воротишь.

– Вы видели на телах ваших наставников различные тату, – тем временем заговорил Лерио. – Какие-то светятся, какие-то скрыты от посторонних на разных частях тела. Эти рисунки являются магическими печатями. Они помогают сдерживать свои мутации, контролировать их. Светящиеся тату – это в большинстве своем магические способности. У некоторых проявляются такие, что если не ограничивать их, то сложно жить обычной жизнью.

О да, мы с Риной точно видели его тату и не только светящиеся на лице, но и на спине… Когда подглядывали за ним в душевой.

Щеки ошпарило смущением. Не приведи нелегкая, если он когда-нибудь узнает о том случае!

После небольшой паузы лерр продолжил, причем его голос чуть изменился, стал более глубоким, хриплым:

– Вынужден предупредить: к сожалению, скрывать можно лишь часть своих особенностей, потому что все эти прятки и ограничения прилично тянут энергию. А слабый защитник – мертвый защитник. Более того, защитники с низкой категорией на это просто не имеют сил. Увы.

Теперь стало понятно почему он чаще с крыльями, чем без них. Не потому что слабый, а потому что обязан быть сильным! Ведь слишком часто, как по мне, вынужден бывать на прорывах.

– Лерр, разрешите вопрос? – обратился Ивар, и, получив согласие, уточнил: – Когда и каким образом можно будет нанести сдерживающие печати?

– Какая у вас мутация, лерр Тиррит? – спросил куратор, прямо глядя на Ивара.

И тому пришлось раскрывать свой секрет перед нами всеми, любопытными и взволнованными. Ивар встал, закрыл на миг глаза, по его телу прошлась короткая судорога и вот перед нами интересная метаморфоза: на голове друга выросли небольшие острые рога, чуть загнутые назад. Кожа и глаза потемнели, а на руках появились черные, устрашающего вида когти. Такими полоснешь по горлу – и можно вычеркнуть очередного врага из списка.

Рядом со мной судорожно выдохнула Анжеика. Я глянула на нее, но она во все глаза смотрела на Ивара, словно была не в силах отвернуться. Смотрела без страха или привычной холодности, нет, Анжеика любовалась опасным, худощавым, подтянутым парнем, получившим необычную мутацию.

– Я в вас, лерр Тиррит, не сомневался, – довольно улыбнулся лерр Лерио. – Позже познакомитесь с парой защитников с похожей мутацией. Они поделятся секретами боевого применения этих особенностей.

– Благодарю, лерр! – улыбнулся Ивар, а я с изумлением обнаружила у него еще и отросшие клыки. Ничего себе!

– Что ж, пойдем дальше, – кивнул Лерио.

– А у меня теперь…

– Нет! – поспешно оборвал Катерину Оллер и серьезно пояснил куратору: – Ее изменения лучше на полигоне покажем.

Катерина сконфуженно покраснела, кивнув:

– Простите, я свои щупальца еще не контролирую.

– Уверен, напарник вам с этим быстро и успешно поможет, – улыбнулся лерр Лерио. – На лерра Руха во всем можно положиться.

Глядя на наставника, я тоже улыбнулась. Этот невероятный мужчина всегда и для каждого находил поддерживающее, похвальное или просто доброе слово. Подсказывал, учил, наставлял, но не свысока, а как равный равного.