Душа дракона (СИ) - Михаил Алексеевич Ланцов

— И слуги. Вообще все. Даже лежащая у замка деревня оказалась вырезана подчистую. Вполне себе обычный поступок для сектантов.

— Надеюсь, мой замок ещё не присвоен никому?

— Пока нет, не должен. Вы пропали без вести. По закону наших земель требуется год с момента пропажи, чтобы на собственность могли претендовать желающие. Либо подтверждение вашей гибели.

— Ясно, — мрачно произнёс Дэм. — Получается, что моё счастливое спасение лишь отсрочка. И от желающих перерезать мне глотку теперь отбоя не будет.

— Ну что вы… — лукаво улыбнулся собеседник. — Вы сгущаете краски.

— Что из моего имущества было со мной?

— Одежда, кольчуга, шлем и меч, родовой перстень, немного мелких монет и конь.

— Не густо… — покачал Дэм. — Замок, полагаю, уже разграблен.

— Жизнь сурова… — пожал плечами собеседник. — Во всяком случае, вы живы. А это немало.

— Пока жив…

На этом беседа в целом завершилась, и все занялись своим делом. Парень получил своё имущество и начал с ним осваиваться, с ужасом осознавая, что не умеет пользоваться мечом. Да, физическая подготовка у него в целом была очень хорошая, ведь сюда он всё же загремел в своём оригинальном теле, усиленном духом демона. И эта крепость физическая наблюдалась невооружённым взглядом. Шутка ли: он пять лет методично и регулярно занимался спортом. Не профессионально, но мускулатуру себе сформировал — просто загляденье. Конечно, до эталонных качков ему было ещё далеко, но рельефный торс имел, и руки у него были совсем не шнурки, и ноги крепкие, и кубики на животе. Глянешь — не ошибёшься, таким простой селянин или купец в Средние века быть не может. А тут, судя по внешнему виду этих ребят и общему контексту беседы, именно они в той или иной форме. Но то сила и выносливость. А быстрота? А рефлексы? А навыки фехтования? Ведь фехтование на мечах совсем не похоже на выполнение силовых упражнений в зале.

Кроме того, нашего героя очень сильно пугал фактор узнавания. А ну как он встретит кого из старых знакомых. И что дальше? Он ведь не Дэм ля Брэн ни в коей мере. Он Дмитрий Анатольевич Климов. Во всяком случае, внешне.

С одним повезло — кольчуга подошла и одежда. А то получилось бы крайне неловко. Но с этим нашему герою повезло не потому, что оригинальный Дэм ля Брэн был крупным, а потому, что покрой у них был довольно свободный. С запасом. Так что, хоть и с трудом, но налезли, так как было видно: ещё чуток, и всё — фиаско.

Так или иначе, но новорождённый демон немало грузился.

Окружающие же отмечали это, но думали совсем о другом. О том, что шевалье был прав, и на него теперь коршунами набросятся все вокруг. Не мытьём, так катаньем пытаясь отхватить его маленький замок себе…

Провозившись трое суток у руин Делаима, отряд отправился обратно в обжитые места. Первоначальный скепсис нашего героя в отношении связанности этого отряда с сектантами развеялся при наблюдении за их деятельностью и за их разговорами, так как, став демоном, он обрёл куда более совершенный слух. Они действительно ратовали за дело. И они действительно пытались предотвратить новые трагедии, потому что у каждого в отряде был кто-то из близких убит сектантами.

Именно тогда, в первый день, он подслушал очень важный разговор:

— Не нравится мне этот парень.

— Почему?

— Странный он какой-то. Ты видел его взгляд? А его тело?

— А что не так?

— Всё. Хм. Ты видел, чтобы дети шевалье так выглядели? Чистая кожа, лишённая шрамов. Мощное тело, которое без магов не получить. Как ты понимаешь — для шевалье это недоступно. Да и ты сам видел их замок. Не нищета, но явно захудалый род. Такого развитого и ухоженного тела в таких семьях не бывает. Не с чего. Обычно они худые, жилистые и обветренные. И нередко все в шрамах к таким годам. А его взгляд? Ты видел, как он на нас смотрит? Спокойно и с едва сквозящим любопытством, словно мы назойливые мухи, от которых он в любой момент может отмахнуться. Это не взгляд младшего сына шевалье. Те либо колючими и опасными волками смотрят, либо как дворняги ведут себя. А тут… сытый лев какой-то. Непонятно… Даже его озадаченность — и то выглядит не так, как должно. Он скорее раздосадован, что его убьют в скором времени. Просто раздосадован. Слегка. Будто его лишат ужина в наказание за шалости. Как так-то?

— Думаешь, он не тот, за кого себя выдает?

— Не знаю. Одёжа подошла. Но она много кому подошла бы. И подошла она ему впритык. С его плеча она или нет — не ясно. Бедные шевалье могут и так ходить. Так что это ничего не доказывает. Лишь наводит на мысли.

— Он лежал на жертвеннике. Связанный. И подготовленный к жертвоприношению. А рядом была пентаграмма со следами ритуала. Он явно был платой для того, кого они вызывали. И судя по тому, что трёх других «жертвенных агнцев» там закололи в процессе призыва, всё было очень серьёзно.

— Это да… — кивнул собеседник. — Получается, то, что они вызвали, разбушевалось и вырвалось на свободу?

— Видимо.

— Но тогда почему Дэм выжил?

— Потому что не был причастен к вызову. Высшие существа иной раз не чураются справедливости.

— Ну… не знаю… Странно всё это.

— Странно. Но я думаю, что он тот, кем мы его посчитали. Другой вопрос, что с ним определенно что-то не то. И это что-то исказило ритуал сектантов. Так что…

— Может быть, они попытались принести в жертву своего?

— Они видом и образом жизни от обычных дворян не отличаются. А он — отличается. Вот о чём я тебе толкую. Если бы он был сыном герцога или там даже целого короля — я бы не переживал. Даже для сына графа — вполне допустимый расклад. Вполне по виду и повадкам похож был бы. Но всё это совсем не подходит для младшего — я это особенно подчёркиваю — младшего сына шевалье из захудалого рода.

— Загадка, — покачал головой глава отряда и задумался на некоторое время. А потом после затяжной паузы спросил: — И что ты предлагаешь?

— Дэм прав. На его замок позарятся соседи. И ему нужна защита. А нам — информация. Полагаю, что мы смогли бы погостить недельку-другую в его замке, пока шум не уляжется. При нас грубой силой никто не посмеет вышвырнуть законного владельца из его дома. Заодно и пообщаемся. Вдруг нам удастся разгадать секрет произошедшего тут?

— Ты обратил внимание на то, что вся земля