Цвет магии - чёрный. Книга 2 - Мария Николаевна Сакрытина

от комара. На нём уже повис Хэв, но это слабо помогло – Нил отшвырнул альва, как котёнка.

Не знаю, чем бы всё закончилось, не бросься мне в глаза чан с водой на краю площадки. Мы им пользуемся, чтобы освежиться – если в раздевалку идти неохота. Сейчас я добавил в ведро заклинание – и оно неожиданно у меня получилось. Вода сделалась холодной, практически ледяной. Прекрасное средство остудить пустую голову, говорила Шериада про своего кузена принца Дамира. Не знаю, насчёт пустых голов, но на Ниле сработало – он замер, и я дёрнул его к себе, мокрого до нитки, дрожащего как осиновый лист.

Сэв, зажимая рукой раненое плечо, пропыхтел:

- Эл, держи своего дружка на цепи!

Нил вздрогнул, а я не выдержал и врезал Сэву под дых – как с самого начала собирался. А когда он согнулся, пытаясь вдохнуть, сказал:

- Мы примем это как извинение.

Что-то мелькнуло в глазах принца, что-то подозрительно похожее на страх. Смотреть дальше я не стал – Нил трясся, прижимаясь ко мне, а его магия пульсировала в такт сердцу – очень быстро. Что-то мне это напомнило, но я не стал размышлять, что.

Фэй бросился к Сэву; невозмутимый Хэв отчитывал обоих – и брата, и принца («ткеткаун!»). Я отвёл Нила в раздевалку, и только успел запереть дверь, как Нил сполз на пол и забился в судорогах.

Говорил же – хорошая вещь эти новые широкие пояса. То зелье, которое гарантированно ставит на ноги после обморока, было при мне. Нил после приступа был слаб, дрожал и не узнавал меня. Что-то просил на родном языке – я не стал слушать, а силой влил ему в рот лекарство, и он ещё минуту потом отбивался, пытаясь отползти от меня подальше. Потом взгляд стал осмысленным – Нил даже улыбнулся. Жутковато получилось.

- Кажется… я п-перестарался.

- Не то слово. Ты меня с Хэвом чуть не убил.

- Хэв? Ах да, т-тот а-альв. Эл, мне что-то… нехорошо. П-помоги мне… д-дойти…

Не знаю, почему он решил, что мы будем идти: я открыл портал. В моей гостиной Нил снова сполз на пол, свернулся калачиком и стал трястись в ознобе.

- Господин, не стоит ли позвать целителей? - по-нуклийски спросил Ори.

- Не надо… целителей… Прошу, - выдохнул Нил. – Сейчас… я встану… Эл, почему тут так темно?

Вместе с Ори мы перенесли его на диван, я принёс подушки и одеяло из спальни.

- Не надо целителей, - умолял Нил, кажется, в бреду.

Я всё-таки собирался вызвать хотя бы Фэя – если Нил боится арлисских лекарей (мало ли какие у него могут быть причины), то может, у Фэя есть знакомый целитель, которому можно доверять?

Слава богу, не пришлось. Знакомые целители, как оказалось, есть и у меня.

- Элвин, как хорошо, что я тебя застала, - Шериада говорила это, а портал вихрился за её спиной. Закрывать его принцесса не спешила. – Возьми, пожалуйста, это твои документы на… Ого!

Она наконец закрыла портал, и Ори забрал у неё шкатулку.

- Госпожа, - выдохнул я. – Помоги! Что с ним?

- Привязка. – Принцесса подцепила пальцем подвеску, и Нил протестующе застонал. – А перед этим он много колдовал. Ты не помнишь, с тобой то же самое было, когда мы познакомились.

Смутно, но да, я помнил, как мне было плохо в ту ночь. Шериада действительно тогда, кроме всего прочего, говорила про какую-то привязку.

- Сильные артефакты, - объясняла принцесса, - особенно взятые из Источника должны быть настроены на мага. Как будто… эм, привязаны. Во время процесса настройки, то есть, привязки, колдовать нельзя.

- Почему ты не сказала? – выдохнул я и тут же прикусил язык. Она осталась помочь, она подарила этот артефакт, спасший Нила от исключения. Мне нельзя казаться неблагодарным.

Шериада вздохнула.

- Иногда я забываю, как мало ты знаешь. Извини. Давай-ка в спальню его перенесём. Ори, не нужно, мы с Элвином сами справимся, а ты приготовь, пожалуйста, тоник из «чёрной вдовы».

- Вдовы, госпожа? Но это же яд…

- Для хумар тоник. Пять капель смело лей, не отравится.

Нил оказался неожиданно тяжёлым. Мы с трудом уложили его на кровать, Шериада села рядом, расстегнула сорочку, сняла перчатки и принялась что-то тихо напевать. Прошла минута, и Нил расслабился, задышал ровнее. Но принцесса всё равно напоила его тоником – зловеще чёрным.

- Элвин, успокойся, с ним всё будет хорошо.

- Правда? – выдохнул я.

- Правда. Я не первый раз лечу хумару. А к целителям он, кстати, почему не хочет? С ним плохо обращались?

Я пожал плечами, и Шериада нахмурилась.

- Узнай, когда проснётся. И, пожалуйста, с именами. Я разберусь.

- А когда он проснётся, госпожа?

- Утром. Поверь, он будет совершенно здоров, обещаю. Да, диету я сейчас напишу, соблюдайте её оба, раз такие идиоты. Лишь бы без магии остаться, да? - Шериада покачала головой. – Элвин, я… Постарайся больше ни во что не влипнуть.

- Да, госпожа.

Принцесса исписала целый лист своими неразборчивыми закорючками и передала его Ори.

- Следи, чтобы эти двое питались правильно, хорошо?

- Госпожа, - перебил я. – Ты говорила, что завтра я обязан провести день с Повелителем, но как же отработка в канцелярии принца?

Шериада улыбнулась.

- О! Всё нормально, Элвин. Иди и отрабатывай, Руадан прибудет за тобой туда. Если он сможет тебя увести, то… Но он не сможет.

- Что это значит, госпожа?

- Увидишь.

Похоже, завтра у меня будет интересный день, думал я, ложась рядом со спящим Нилом. За окном танцевали светлячки, пели цикады, а я так устал, что мне было всё равно, что случится завтра. Если рассказы Ори о принце верны, то Руадан с его высочеством Лэйеном друг друга стоят.

А стоило бы волноваться – но я не знал тогда принца. И ничего не понимал.

Я был просто рад, что мы с Нилом не вылетели из Арлисса, Ори жив и здоров. И кажется, всё хорошо.

Пока.

Глава 2

Говорят, что ночь темнее всего перед рассветом. В Междумирье это не так: ночь здесь никогда не бывает тёмной. Луны в этом мире нет, зато тысячи светлячков водят в душном воздухе бесконечный хоровод. И звёзды – крупные, яркие… блуждающие. Как и светлячки, они танцуют, так что созвездия постоянно меняют рисунок. Это очень красиво,