Цена моей нелюбви. Я тебя верну (СИ) - Шторм Вера

— Я... — Цепляюсь взглядом за кроватку, где спит сын. — Я не готова встречаться с тобой, Альп. Если честно, у меня даже нет желания с тобой общаться. Все слова были сказаны еще полтора года назад. Ты четко объяснил, кем была для тебя я. Между нами давно все закончилось. Ты сам выбрал именно такой путь. Избавил себя от нелюбимой... то есть от меня. Ты все сделал для этого. И теперь ты говоришь, что нам нужно поговорить? А не поздно ли?

Оглушительная тишина в ответ давит на нервные окончания, но я продолжаю:

— Чего ты хочешь от меня, если сам решил все за нас? Ты хотел быть с Ларисой. Ты ее получил. Ты избавился от меня. Так радуйся! Чего ты ко мне лезешь? К чему эти разговоры? Просто не появляйся на моем пути. Хорошо?

— Нет, я настаиваю, Дарина…

— Я всего лишь хотела сказать тебе, чтобы держал любимую при себе, — снова перебиваю я, не давая вставить и слова. — Пусть только попробует притронуться к моему сыну, и я выдеру все ее наращенные волосы, под которыми наверняка ничего нет! И пойми раз и навсегда, что все. Я.ТЕБЕ. НИЧЕГО. НЕ. ДОЛЖНА!

Альпарслан пытается ещё что-то сказать, но я просто отключаю звонок и отбрасываю телефон как можно дальше.

К черту! К черту их всех! Ещё я буду им что-либо объяснять?! Пусть уберет с моих глаз свою Ларису, и дело с концом!

Я падаю на кровать, а затем проваливаюсь в беспокойный сон.

Утро встречает меня новым приступом головной боли, но в этот раз я уже не даю себе отчаиваться и думать о плохом. Приходит Азиза и забирает Каана из моих рук, а я иду на работу.

День проходит как обычно. Только в сокращённом режиме до обеда, так как у нас запланирована деловая встреча. А вечером я начинаю готовиться к ресторану, заранее попросив Азизу остаться у нас на ночь. Наверняка я приду очень поздно.

— Ты меня всегда выручаешь, — благодарно улыбаюсь я. — Спасибо, дорогая, ты даже не представляешь, как спасаешь меня. Не отказываешь, хотя у тебя есть своя семья... Заботы. Как хорошо, что ты у меня есть!

Я действительно благодарна ей. Знакома с ней всего ничего, но ощущение, будто мы всю жизнь дружим.

— Мне приятно находиться у вас. Рядом с твоим малышом. — Она кивает на Каана. — За короткий срок вы стали мне как родные.

Тепло побеседовав с няней, я направляюсь в свою спальню, где выбираю наряд на вечер. Долго колеблюсь между платьем и белым брючным костюмом. В итоге выбираю второе. Он элегантный и простой. В нем нет ничего лишнего. Классика без изысков.

Затем делаю неброский макияж в тон к выбранной одежде и, покрутившись перед зеркалом, иду в коридор. Волосы не трогаю. Оставляю их распущенными. Поправив лацканы пиджака, я обуваюсь и выхожу из квартиры.

Добираюсь до места назначения быстро. В этом как всегда помогает предоставленный Русланом водитель. Четко в оговоренный срок я подъезжаю к в роскошному ресторану, в котором будет проходить встреча. Абрамов встречает меня у входа.

— Еле успел. Прости, не смог сам за тобой приехать. Тогда опоздали бы оба. В пробках больше двух часов проторчал, — объясняет Рус, увидев, как я удивлена. — Поэтому водителя отправил.

Я лишь понимающе киваю.

Мы заходим в ресторан. Нет волнения или чего-то ещё. Я абсолютно спокойна. Но как только до забронированного столика остается несколько шагов, замираю… Прямо передо мной сидят Римма Булатовна с Каримом Ибрагимовичем.

Бывший свекр и свекровь. Люди, которых я не видела уже полтора года…

Онемев, я все-таки иду вперед и натягиваю улыбку, кивком здороваясь с ними.

Не сказав ни слова, я сажусь за стол. Стараюсь не смотреть в их сторону, однако чувствую на себя сверлящие взгляды. Но они тоже молчат.

— Расслабься. Все будет хорошо, Дарина. Не нужно так реагировать на их присутствие, — тихо говорит Руслан.

Однако тщетно. Рядом с бывшими родственниками мне становится некомфортно. Грудь сдавливает тисками, а воспоминания о том дне, когда Альп просил меня объясниться с его отцом, возвращаются снова и снова. Поэтому через какое-то время я не выдерживаю. Встаю и быстрыми шагами иду к уборной.

Тянусь к крану с водой, чтобы вымыть руки, но дверь с грохотом открывается, и в помещение входит Римма Булатовна. Я протяжно вздыхаю и на несколько секунд прикрываю глаза, собираясь с мыслями.

Мать Альпарслана никогда не причиняла мне вреда, но, естественно, была на стороне сына. Хотела нас помирить, да только не вышло. Потому что Альп этого не хотел.

Ему нужна была Лариса.

— Дарина! — возмущенно выпаливает свекровь, чем не на шутку меня удивляет. Такой я её ещё никогда не видела. — Дарина, зачем ты так делаешь? Зачем так поступаешь со всеми нами?!

— Не поняла? — Я выгибаю бровь, поворачиваясь к ней.

— Зачем ты уезжала?! — Она в два шага оказывается возле меня. Упирает руки в бока. — Не нужно было! Так бросать нас... Слишком жестоко!

— Римма Булатовна. — Я качаю головой. — Вы же знали ситуацию. Каким боком я должна была оставаться? Для чего? Чтобы видеть Альпарслана с другой? Думаете, мне было приятно? Так вот... это не так. Я была в ужасе от происходящего. Я еле держалась.

— Все равно, — упорно стоит на своем она. — Так нельзя!

— Ошибаетесь. У меня не было выхода. — Я до боли сжимаю пальцы. — И смысла оставаться тоже не было. Моя семья, Альпарслан... Слишком много людей посодействовали моему решению уехать. Альп настроил против меня всех! Все считали меня грязной. Испорченной. Изменницей. Правильнее всего было уехать. Я же вам все объяснила! Не говорите, что не знали. Вы должны были меня понять.... Хотя бы вы.

— Я хотела тебя понять. Я пыталась, но не теперь…

— Что это значит?

— Если бы я знала, что ты в положении, то никогда бы не разрешила тебе уехать! — выпаливает она быстро.

— Вы уже в курсе? — Я нервно сглатываю.

Понимание ситуации остро откладывается в сознании. Стреляет в мозг.

Напряжение между нами стремительно набирает обороты. В голове слышится тихий вибрирующий шум, от которого закладывает уши.

— Дарина... Альп сказал, что у тебя родился сын.

Ее слова ударяют наотмашь. Сердце начинает стучать ещё сильнее, чем раньше.

— И он более чем уверен, что ребенок от него. Зачем ты так жестоко поступила? Зачем отрывать отца от родного сыночка? Скрывать от него? От нас! Почему ты ушла, будучи беременной от моего сына, ничего при этом не сказав мне! КАК. ТЫ. МОГЛА? Я была о тебе хорошего мнения!

Глава 8

Я в шоке. Сама не понимая причин, смеюсь, запрокинув голову. Звонко. До того момента, пока из глаз не брызжут слезы. У меня истерика чистой воды.

Господи...

После всего, что они сделали... После всего, как меня унизили и растоптали, эти люди ждут от меня понимания? А меня понять кто-нибудь постарался? Нет?

Нет. А зачем понимать Дарину? Кто она вообще такая? Коврик, о который вытирали ноги. Они лишили меня всего!

Я жила размеренной жизнью, пока Альпарслан не сорвал с моих глаз розовые очки и не вышвырнул их, ломая мой прежний мир. Я жила в иллюзии, считая себя самой счастливой…

Да, я привыкла к Альпу. Привыкла к его характеру. Но суть в том, что он меня не обижал. Он вообще ко всему относился спокойно, с пониманием. Не показывал, что ему безразлична моя жизнь. А я считала себя примерной женой, окутывала его заботой и любовью.

Но, как оказалось, зря.

Потому что после меня его ласкала другая. Он спал со мной, а потом возвращался к ней. Или наоборот.

А я, дура, ничего этого не замечала.

Слепая.

Ладно, откинем сантименты. Плевать. Зачем бередить прошлое? Нас больше нет. Нужно принять этот факт раз и навсегда.

Но как эта женщина… его мать, к которой я всегда хорошо относилась и уважала, смеет меня в чем-либо обвинять?

Да, я была беременна, когда бежала из этого проклятого города. Или надо было стоять в сторонке и принимать удары от каждого, кто захочет меня попинать, как футбольный мяч? Смириться и молча наблюдать, как меня поливают грязью? Равняют с дерьмом?