Разлом Книга вторая - Дмитрий Найденов

Я спокойно осмотрелся и начал разглядывать сидящего передо мной человека. Одет в чёрный костюм, без каких-либо знаков отличия и нанесённых гербов. Возможно, они активируются магией для опознания в нужный момент. Лицо сухое, с многочисленными следами от старых шрамов, очень неприятное лицо. На такое долго смотреть не хочется. Глаза, как две молнии, прожигают. Сразу видно, человек через многое прошёл и очень непрост. Всё это время он смотрел на меня, возможно, ожидая какую-нибудь реакцию, но я не собирался играть по его правилам и, закончив рассматривать его, минут через пять устроился на стуле поудобнее и решил вздремнуть. Почему-то я был совершенно спокоен и не боялся возникшей ситуации, а значит, переживать не о чем.

Ещё минут через пять дознаватель не выдержал, да и меня откровенно начало клонить в сон. Ещё немного и я бы реально заснул.

— Вас совершенно не волнует происходящее? — внезапно спросил сидящий передо мной человек. Я с показным недовольством зевнул и уставился на него, пытаясь проморгаться со сна.

— А что меня должно волновать? Я ни в чём не виновен и надеюсь, когда следствие во всём разберётся, меня выпустят отсюда и наградят за помощь, оказанную в уничтожении опасного, государственного преступника, — ответил я совершенно спокойно, посмотрев прямо в глаза дознавателю.

— Значит, вы считаете себя ни в чём не виновным? — задал вопрос дознаватель.

— Ну, невиновным вообще ни в чём не может быть ни один человек, даже ведущий праведный образ жизни. Вот, к примеру, в детстве я подглядывал за девчонками в женской раздевалке, это ведь неправильно, значит, вина моя есть, только насколько она тяжела и какое обвинение вы мне хотите за это назначить, я не знаю. Может, и ещё были нарушения, но как вам, наверное, уже известно. Я потерял большую часть памяти, поэтому утверждать сто процентов на этот счёт я не могу.

— Ну, тогда возьмём, к примеру, ваше приглашение на свидание Великой Княжны Анны Александровны. Вы ведь знаете, что простолюдин, сделав подобное приглашение, наносит оскорбление Княжескому Роду? — спросил дознаватель.

— Тут я с вами опять не соглашусь и сразу по нескольким причинам. Во-первых, княжна не отказала в свидании, а значит, не посчитала это оскорблением, ведь старший по рангу может признать то или иное действие оскорблением. Во-вторых, как я уже сказал, я практически не помню своего детства, а это значит, утверждать, что я — простолюдин, так же нельзя, как и утверждать, что я — дворянин или князь. Поэтому ваше суждение ошибочно, пока не доказано обратное, заявлять в нарушении закона по этим пунктам недопустимо.

— Ну, а ваше применение магии во время свидания и нанесённый ущерб собственности владельцев? Это как расценивать? — спросил он с тем же выражением на лице и интонацией.

— Вот мы и подошли к главному вопросу. Защита Княжеского Рода есть прямая обязанность любого гражданина, коим я являюсь, согласившись на усыновление моими родителями. Что касается ущерба, то я буду признателен за компенсацию со стороны владельцев данного заведения за понесённый мною ущерб, включая моральный. Ведь, по сути, я выполнил те функции, которые должны были выполнять они. Защитил Княжну и гостей от взбесившегося мага. Ведь случись трагедия и пострадай Княжна, владельцам заведения не сносить было бы головы, так что я оказал им серьёзную услугу, поэтому, надеюсь, на соответствующую моральную и финансовую компенсацию с их стороны.

— Но ведь в том, что маг напал на вас, есть ваша вина? Вы ведь серьёзно покалечили его сына? — задал следующий вопрос следователь.

— Ну, и тут вы совершенно не правы, ведь во время проведения дуэли, я не нарушил ни одного правила и закона, а значит, предъявлять ко мне свои претензии он не имеет право, а то, что произошло, уже вина местных служб правопорядка, которые не уследили за появлением неадекватного мага в городе. Ведь представьте, что могло произойти, напади он на нас с Княжной, к примеру, в школе. Сколько бы детей могло пострадать?! И ещё один момент, я не уверен, что нападал он именно на меня, велика вероятность, что изначально, его целью была Княжна, а я являлся лишь прикрытием для нападения. И это пять вопрос к спецслужбам, которые проморгали подготовку и сам факт нападения на неё, — ответил я как ни в чём не бывало.

— Значит, вину вы свою не признаёте? — спросил он.

— Какую именно? Вы ведь так её и не озвучили, — спросил я, делая удивлённое лицо.

Через несколько секунд вошёл охранник и сказал одно лишь слово:

— На выход.

Я не стал выпендриваться и послушно проследовал в свою камеру. Когда я туда пришёл, то обнаружил там еду: небольшой кусок хлеба и миску с кашей, в которой даже поблёскивали куски мяса. Всё это стояло на деревянном подносе и умопомрачительно пахло. Похоже, я прошёл первую проверку, и мне дали возможность восстановить свои силы, ведь при таком расходе магии, есть хочется неимоверно, о чём сразу же напомнил мой желудок, издав неприятные звуки.

Тщательно отмыв ложку и пустой стакан, я налил в него воды и начал, не торопясь, тщательно пережёвывая пищу, есть. Как только я закончил, вошёл охранник и вынес поднос с посудой из камеры. Значит, за мной всё это время наблюдали, и хорошо, что я занял такую позицию, поэтому я опять улёгся на лежак и довольный заснул, позволив себе полуулыбку, чтобы позлить наблюдавших за мной.

Тайная канцелярия. Тюрьма Кривой Лог.

— Ваша светлость, вам звонит Его Величество, — сказал вошедший в комнату для допросов гвардеец. Кивнул ему, тот дождался, когда принесут огромную коробку с проводом и трубкой. Только специальная техника может работать в стенах тюрьмы.

— Старший дознаватель Гром на связи, — ответил, когда охранник вышел из кабинета для допросов.

— Как ваши успехи, что можете сказать про мальчишку? — услышал он голос Князя.

— Я первый раз за всю свою службу встречаю подобное. Он либо невероятный наглец, либо уникум, либо кто-то его предупредил, но ни одна из этих версий к нему всё равно не подходит.

— И чем же он вас так удивил?

— Когда его привели, он улёгся спать, и могу гарантировать, что заснул. На фоне того, что маги чувствуют себя гнетуще