Ночной кошмар Железного Любовника - Дарья Донцова

– Ой, а можно я их заберу! – ажитировалась пенсионерка. – Подарю подружкам.

– Бабуля, – ласково пропела продавщица, – но ведь подруги ваши поймут, что вы им плохую посуду всучили, и обидятся.

– А вот и нет! – возразила пожилая дама. – Обе ничего не видят, да и в очках подслеповаты. Давай брак! По молодости я б им такое не преподнесла, а сейчас они ничего не разберут.

Маша сняла с полки чашки, о которых шла речь, поставила на прилавок и объявила:

– С вас двадцать рублей!

– Вот здорово! – ахнула бабка. – Они ж на выброс предназначались! Откуда тогда цена?

– За упаковку, – сердито пояснила Маша. – Бумага с изображением питонов и со слоганом «Змея вам на счастье».

– Не надо, – решительно отказалась пенсионерка. – Возьму в супермаркете «Территория еды» два ихних пакета, они бесплатные. Пусть все думают, что кружечки там купила, не на рынке брала, а в приличном месте затарилась.

Я постаралась не рассмеяться. Бабка со скоростью молодой белки схватила чашки и резво выскочила из павильона.

– Ну ничего себе! – возмутилась Маша. – Получила за так импортный товар, оскорбила магазин и усвистела. Ни мне «спасибо», ни вам «до свиданья»!

– Мань, куда крышки от унитазов класть? – снова заорали из глубины лавчонки.

– Не трогай их! – закричала продавщица. – Сколько раз еще тебе, Ленка, повторять?

– Девушка, я стою тут уже год без внимания, – надулся мужчина в дубленке. – Между прочим, я ваш постоянный покупатель, вот скидочная карточка.

– Так у вас могут цену скостить? – встрепенулась тетка в розовом пальто.

Маша взяла в руки картонный прямоугольник, начала его изучать и одновременно объясняла:

– Только после пятой покупки. Карточка накопительная, и она именная, другому передать нельзя. Здрассти, Михаил, мы вам рады. Что хотите? Подарок на Новый год?

Михаил откашлялся.

– Да, для тещи. Она женщина практичная, ей надо что-то полезное. Духи-косметику не любит, с платьем ошибусь в размере, всякие статуэтки-сумки даже не предлагайте, отругает за выброшенные зря деньги.

– Есть прекрасная картина, – обрадовалась Маша и вытащила на свет божий большой постер. – Новогодняя тематика, не ширпотреб, работа талантливого художника, называется «Змеи в сосновом лесу». Рамочку подберем по вашему желанию.

Я взглянула на предлагаемый товар и ущипнула себя за запястье. Вилка, не вздумай расхохотаться во весь голос! Некий живописец изобразил на картоне копию картины Ивана Шишкина «Утро в сосновом лесу», вот только вместо медведей на стволах деревьев висят удавы.

Михаил нервно засопел.

– Красота какая! – искренне восхитилась тетка в розовом. – И почем она?

– Три тысячи, – назвала цену Маша.

– Дорого, – расстроилась покупательница.

Мария решила ни в коем случае не упускать клиентку.

– Так вам же еще рамочку по выбору сделают. Можно даже золотую или серебряную. И, если пожелаете, художник слова напишет. Эй, Абдулла, высунься!

Низкая дверь справа от прилавка открылась, появился красивый стройный молодой азиат в потрепанных джинсах и зеленом дешевом китайском пуховике.

– Я Азамат, – тихо сказал он.

– Вот он любой текст намалюет, – не обращая внимания на робкое замечание парня, частила Маша. – Вчера один хохмач попросил красной краской на живописи вывести «С Новым гадом!». Между прочим, тоже теще дарил. Да, Абдулла?

Азамат молча кивнул.

– Берете? – наседала продавщица. – Живопись – лидер продаж. Еще ковры были, но их вмиг расхватали. Будете тянуть, и вам произведение искусства не достанется.

Женщина в розовом поджала губы и отошла в сторону.

– Нет, теще надо такое, чтобы полезное, – тоже отверг картину Михаил. – И подешевле. У меня на всех восемь тысяч отложено, семья большая, дети, жена.

Маша откашлялась и заорала:

– Ленка!

Азамат исчез за дверью, вместо него из служебного помещения выскочила девица в клетчатых зелено-красных брюках.

– Чего?

– Елена учится на психолога-консультанта, – торжественно заявила Мария, – она вам подберет нужное. А я сейчас вернусь.

Продавщица скользнула за створку. Елена оперлась руками о прилавок.

– Сколько лет вашей теще?

Михаил задумался.

– Семьдесят вроде, точно не помню.

– Когда за шестьдесят перевалило, уже без разницы, сколько точно, – хихикнула Лена. – Чем она увлекается?

Покупатель напрягся.

– Телик смотрит, покушать любит, еще «Желтуху» читает.

– Набор посуды! – предложила девушка.

– Нет, тарелок в доме полно, – буркнул он.

– Со змеями, – вкрадчиво добавила Лена, – и стихами. На каждом блюдечке свои слова. Например: «Змея нечаянно нагрянет, когда ее совсем не ждешь, и каждый вечер сразу станет удивительно хорош». Или такой…

– Не надо, – перебил Михаил, – хочу другое. Чтоб на каждый день и веселое, с юмором. Но серьезное и полезное. И недорого.

– Ленка, куда ты сунула сидушки для толчка? – завопила из подсобки Маша.

– Точно! – подпрыгнула психолог-консультант. – Это вам ваще, как родное, подойдет. Секундец! Уже бегу, я туда-сюда!

Елена нырнула за дверь и тут же выскочила назад, держа в руках круг для унитаза.

– Ваша теща девочка, поэтому я захватила розовый, – зачастила девица. – Вот если б тестю брали, тогда голубой. Гляньте, какая штука! Нужна каждый день! Стоит двести пятьдесят семь рублей. Но у вас скидка, получите за двести пятьдесят три и сорок восемь копеек. Дешевле только шаурма.

– Ну… штука, конечно, и полезная, но… скучная, – вынес вердикт Михаил. – Обычная, не новогодняя.

– Ой, вы главный прикол не видели! – засуетилась Елена. – Вот, внимание! Тишина!

Лена положила сиденье на табуретку и села сверху. По магазинчику полетел писклявый голос с откровенно украинским акцентом: «Хэппи бёздей ту ю! Хэппи бездей ту ю! Хэппи бездей ту гёрла, хэппи бёздей ту ю».

– Слышали? – воскликнула психолог-консультант. – Там музыкальный чип. Вы английский знаете?

– Нет, – хором ответили Михаил и тетка в розовом.

– Перевожу! – торжественно объявила Елена. – «Желаю счастья всем всегда, вперед на долгие года». Отличный текст! Пойдет ваша теща утром в сортирчик и получит заряд позитива.

– Беру! – обрадовался покупатель. – Только упакуйте празднично. В цветную бумажку и с бантиком.

Я бочком-бочком направилась к входной двери. Нет, в этой лавке ничего подходящего мне не найти. Хотя, может, подарить Анатолю крышку, вдохновенно поздравляющую посетителя туалета с днем рождения на английско-украинском суржике? Интересно было бы посмотреть на реакцию режиссера!

В кармане ожил мобильный, и я быстро выскочила из магазина, на ходу доставая трубку.

– Где ты находишься? – забыв поздороваться, спросила Тоня.

– На рынке, пытаюсь найти подарки, – ответила я и внезапно испугалась, – а что случилось?

– Пожалуйста, как можно быстрей возвращайся в квартиру Анатоля, – попросила подруга. – Сева умер, труп нашли на улице.

– Боже! – прошептала я. – Уже несусь, буду через десять минут.

Запихнув трубку в сумку, я ринулась к центральному входу, миновала пару палаток с одеждой, повернула направо, ожидая увидеть большие ворота, в которые прошла на толкучку, и замерла на месте. Впереди вместо забора стояло приземистое серое здание с вывеской «Секонд-хенд на все случаи жизни».

Глава 7

Несколько минут я бегала по узеньким проулочкам, вдоль которых стояли однотипные лавчонки, набитые дешевыми шмотками, потом догадалась обратиться к вьетнамке в стеганом пальто.

– На площадь хочешь? – прочирикала та с сильным акцентом. – Ходи лево, лево, прямо вперед.

Я пошла в указанном направлении, снова непонятно как очутилась у того же секонд-хенда, развернулась, поспешила направо и поняла: без сопровождающего мне отсюда не выбраться. Стою в узком, как нора, проходе, с одной стороны маячит нечто вроде сарая, с другой тянется ряд мусорных бачков.

– Не нервничай, милый, – раздался вдруг женский голос, – непременно придут хорошие времена. Твой талант оценят.

– Утешаешь меня, как маленького, – ответил приятный баритон, – устал я.

– Держись, мой дорогой. Помни, удача приходит к терпеливым. И она к нам непременно придет! – пообещала собеседница.

Я сообразила, что звуки идут из дощатого сарайчика, подошла к нему и заглянула в щель между досками. Сразу стало ясно, хлипкое сооружение на самом деле склад, заваленный тюками, а на небольшом свободном пространстве стоит дряхлый диван, на котором, обнявшись и прижавшись друг к другу, сидит влюбленная парочка. Я сначала не узнала их, потому что оба опустили головы и сгорбились. Но потом они выпрямились, и я вздрогнула. Агата! А ее приятель оказался Азаматом, живописцем из сувенирной лавки.

– Пора на работу, иначе меня Маша сожрет, – мрачно сказал он.

– Ты ел? – озабоченно спросила Агата.

– Да, – кивнул молодой человек.