Белая звезда - Александр Бауров

— Чай готов, господин, чего изволите, господин? Лимончик, господин? — заверещал старший гремлин в смешном синем колпачке с блестками. Алагар протянул руку к чашке. Здание дрогнуло, и чай пролился на ноги гремлину, заставив его фыркать и вытираться. Эльф понял, что хозяин гостеприимного дома вернулся.

И действительно, гремлины исчезли со стола, големы взяли на караул, а двери открылись сами собой. Вошел старик в белых одеждах с посохом истинного мага в руках и гладиусом на поясе. Алагар приветствовал мага, преодолевая страшное астральное давление. Эльфу казалось, будто он слишком долго смотрит на солнце. Он несколько раз зажмурился, но перед глазами по-прежнему играли золотые и черные пятна.

— Извини, иногда не успеваю смирить себя. Не пользуйся астралом, поговорим так.

Алагар потряс головой, прогоняя морок.

— Может, выкурим по трубочке южного табаку? — предложил маг.

Чайник сам поднялся в воздух и стал разливать содержимое по чашкам. Прямо в воздухе материализовались две трубки и кисет табаку. Непринужденная обстановка сделала Алагара более разговорчивым:

— Расскажите мне, Солмир, чем все же закончилась экспедиция на Зейлот, какие сделаны выводы?

Маг повел носом, будто принюхивался к аромату. Потом чуть-чуть отпил.

— Как горячо! Не уверен, что тебя обрадует мой ответ, но никаких. Я лучше расскажу о том, что они там увидели, а ты поделишься своими мыслями? Я буду откровенен, рассчитывая на взаимность, — маг улыбнулся. — Вообще мы сориентировались не сразу. Никто не верил, что подобный взрыв возможен, сомневались в нашем слежении. Четыреста лет назад в Килдаре взорвался концентратор. Но тогда освобожденная мощь астральных потоков была в разы меньше. Ваша команда была как раз на одном из судов, потому…

— На острове правда все разрушено? — перебил Алагар.

— Да, разведчики высадились на восточном берегу, многие даже не узнали город. Все стерто до уровня подвалов, кругом пепел и прах. Всюду следы какой-то странной пыли, возмущающей астрал даже в малом количестве.

— Новое взрывное вещество?

— Утверждать наверняка нельзя… Судя по катастрофическим разрушениям, сначала был вертикальный выброс, затем облако в несколько миль размером двигалось на восток. Оседая, оно испепеляло все, что попадалось на пути. Сильная вспышка и ударная волна, которая обрушила горы центральной гряды острова. Западная часть, видимо, служившая эпицентром взрыва, сейчас полностью затоплена водой. Что до версий, то их две. Или они испытывали новое оружие и не рассчитали мощность, или пробовали запустить новый концентратор, и что-то пошло не так… Если честно, то в последнее время поступали сведения, что они нашли вещество с потрясающими магическими свойствами. И это было нечто действительно опасное.

— Приоткрыли дверь в преисподнюю и сами обгорели?

— Образно говоря, да. Мы сейчас думаем над этим. Видишь ли, если подобное оружие существует, оно не должно попасть не в те руки. Уверен, ты меня полностью понимаешь, — маг сдвинул брови.

Алагар кивнул. Он знал, о чем недоговаривает могущественный чародей. Речь шла не только и не столько о нойонах, в чьих намерениях особенно не возникало сомнений, сколько о самих авлийцах. Эльфы имели армию, по силе сопоставимую с арагонской, и были самостоятельны в принятии многих решений. Появление нового оружия кардинально меняло расстановку сил и могло лишить Орден Истинных Магов монополии на власть в «светлом круге». Алагар также понимал, что откровенность Солмира — это предложение продолжить их особые отношения. Он доверял магу и считался среди эльфов его протеже, тогда как Эллезар и его сторонники за покровительством обращались к магам-воинам и, в первую очередь, к истинному магу огня Ранкху.

Алагару пришлось вновь прикинуть расклад сил. То, о чем он собирался просить Солмира, было делом опасным, непредсказуемым и могло окончиться не только потерей титула, но и позорным изгнанием.

Маг отпил ещё чаю.

— Мы не боимся нойонов и догадываемся, как они себя поведут.

— От загнанных в угол можно всего ожидать. Скажите, почему они зашевелились именно сейчас, а прошедшие два столетия были относительно мирными? Этот взрыв — явно прелюдия чего-то жуткого, мои люди…

— Я не могу дать тебе ответ. Сегодня собираются все мои «братья», весь Белый Орден. Мы будем думать, как дальше вести расследование… Что ты сказал о твоей разведке, они завершили миссию?

— Группа, посланная в Фолию, как вы и предупреждали, погибла почти целиком. Они напали на след нежити и выявили, что сообщники нойонов обследуют старые тайники и массовые захоронения. С помощью некромантии они готовятся мобилизовать все свои силы, спрятанные с первой войны стихий. Они явно готовятся к вторжению. Руководил разведывательной группой Ивор Итон, и он утверждает, что они напали на след связи нойонов с верхушкой Эрафии. Возможно, покушение на Эдрика и происшедший в тот же день взрыв как-то связаны?..

— Ивора я помню. Ты представлял мне его в Рейхавене, он молод и хорош собой. Наши глаза и уши говорят, что у него случилось любовное приключение при дворе Грифонхатов. Это было твое задание?

— Ну… Это было почти два года назад, до того как его отправили в Фолию. Честно говоря, я и не думал, что он сможет обратить на себя внимание избалованной эрафийской принцессы.

Маг осторожно высыпал пепел и начал снова набивать трубку.

— И тем не менее она влюбилась в него. Использовать тонкие струны любви в наших интересах — дело опасное, Алагар. Мы можем оттолкнуть и посеять недоверие у тех, кто и без того нам верен. Не злоупотребляй этим. Мы ведь не нойоны. Твой Ивор ведет себя, как настоящий рыцарь, благородно и смело, это притягивает. Кстати, у вас есть какие-нибудь документальные свидетельства из Фолии? Есть какое-то подтверждение слов твоего разведчика?

— Об этом я как раз и хотел сказать. Ивор очень огорчен. В Александрете он оставил нашего посла Корониуса один на один с истинным нойоном и, из-за разразившейся катастрофы, потерял информ-кристалл. Простите меня, мастер, я могу чего-то не понимать в высших сферах, но почему нойон оказался в Эрафии и осмелился убить нашего посла, могучего чародея и вашего друга? Я не верю, что Арагон не успел среагировать, и в Совете Правды многие не верят. Полагаю, люди также скоро узнают об этом. Почему бессмертные проникают так далеко на север, могут вербовать себе сторонников, и мы ничего не можем сделать? Я слышал, что за разрастающимся конфликтом Фолии и Таталии тоже стоят они. Просветите меня, если это возможно!

— А ты не боишься? — маг усмехнулся и выпустил струйку дыма. — Скажу тебе так. Нойоны делают все больше неосторожных шагов и, видимо, решились действовать в открытую, вот-вот решатся. И мы этого ждем, выманиваем их. Потому что этот цикл, судя по всему, последний.

— Цикл чего?

— Войн Стихий. Это четвертый и последний конфликт. Нойоны это знают.

Алагар был удивлен. Никогда ещё Солмир не приоткрывал перед ним тайны закулисных отношений с Темным кругом.

— Выходит война неизбежна?

— Неизбежна, но не стоит впадать в панику. Ваши вожди скоро все узнают, и люди тоже. Я рассчитываю, что ты не придаешь словам такого дряхлого старика, как я, слишком большое значение? — Солмир подмигнул ему.

— Конечно, — ошарашенно ответил Алагар, — я понимаю ваши мотивы, но все же почему сейчас?

— Алагар, я всегда желал тебе только лучшего, не спрашивай меня о том, что знать не стоит. Придет время, все всё поймут. Арагон высказал вашему Совету соболезнования в связи с гибелью Корониуса. Он, правда, был моим близким другом. В его смерти куда больше загадок, чем тебе кажется. Оставь их мне, займись своим прямым делом — ты должен найти слабое звено, где бы оно ни находилось! Узнай имя предателя! Надеюсь, в первую очередь ты уведомишь об этом меня.

— Конечно, владыка.

— У тебя есть ещё какие-то вопросы?

— Только один, вернее, это просьба. Вместе с Ивором из Фолии вернулся ещё один разведчик. Мне кажется, он неискренен или же подвержен темному влиянию.

— Так прочитайте его мысли!

— Это приемный сын и ученик Эллезара! Верховный друид слеп в своей любви, публично выяснять с ним отношения опасно. Тем более после трагической смерти Корониуса у него практически не осталось серьезных противников в Совете Правды, и он сосредоточил в руках огромную власть.

— Это и правда опасно, если изменник вхож в семью Эллезара, то даже случайно он может узнать весьма многое.

— Вот именно! На родине у меня связаны руки. Но вы можете сделать все что угодно, и Эллезару останется лишь уступить. Я его понимаю, страшно поверить в то, что нойоны загубили твое будущее, но ведь он сам направил Фарсала Одри в разведку. Сказал, что парню пора стать настоящим рейнджером. Самое худшее, что Одри обвиняет в измене Ивора Итона. Так как опровергнуть его слова сложно, я пока велел Итону временно скрыться в Эрафии. Помогите мне разоблачить клеветника! Если он сделал это лживое заявление из зависти, значит, Эллезар просто плохо его воспитал. Если же в Фолии его самого пленили нойоны, тогда нам остается лишь посочувствовать главе Совета…