Диспетчер - Антон Халецкий

Долго объяснять здесь нечего… И уже некогда.

Обоим всё было понятно.

Очень большая угроза для пассажиров.

Реальный, подтвержденный риск разрыва и уничтожения части тоннелей и узлов на Сквозных Дорогах.

На практике такого случая ещё не было.

Дать санкцию – нарушение баланса. Это точно! Руководство коллег по ту сторону Берингова пролива поднимет крик: «Опять эти русские! Воспользовались!..». Ну, не в первый и не в последний.

Да, что-то будет на самом верху. Первый Секретарь очень скоро будет разговаривать с их Президентом. Какая-то возня на бирже. Может, в обеих Армиях чуть напрягут мускулы. Не это важно.

Главное, что вариант действий – в подобной ситуации – предусмотрен. Он законный. Подробно регламентирован. Можно его реализовать. Значит, НАДО реализовать. Успеть вывести составы и всё, что можно, за границу Ядра. Перенаправить движение по старым Дуговым тоннелям вокруг Ядра…

Успеть еще можно.

Глава Сектора произнес вслух, специально для фиксации Системой, чтобы она отметила все импульсы его мозга в этот момент:

– Допуск к режиму «Белый код» разрешаю. Глава Сектора «Россия» СЖД – Андрияхин».

И от себя добавил:

– Удачи, Борис!

В этот момент Зорину пришла неприятная мысль.

Если инициацию сочтут необоснованной, Руководитель, разрешивший допуск, просто теряет работу и «генеральскую» пенсию. А что будет с Диспетчером…

Но, об этом думать – сразу проиграть. Поэтому такие мысли Борис сразу подавил.

Он только успел дать указание Матрёне о санкционированной инициации… как увидел входящий вызов! Этого еще не хватало! Но игнорировать нельзя. Особая – «красная» – правительственная линия.

Бдительная брыластая рожа без возраста. «Политический» зачес. Черные кустистые брови строго сдвинуты. Значок на лацкане.

Над проекцией головы – в пространстве указан статус.

Ого! Четвертый помощник Первого секретаря! Курирует связь и транспорт. Включая наши Сквозные. «…Совесть нации – чистое зеркало!..»

Надо с ними понаглее. Они ж, как животные: понимаю только грубую силу. Перехватить инициативу в разговоре…

– Товарищ Помощник! Прошу извинить, чрезвычайная ситуация! Не могу уделить время! Жизни пассажиров на СЖД под угрозой!

– Да… диспетчер, э-э… приветствую… Я решил провести беседу с вами непосредственно. Так сказать, ближе к исполнителям…

«Вот ведь не меняются, твари! Не вымирают и не мутируют!»

– Весьма рад. Высоко ценю. Только очень дорого время! Наше народное!!.

«Ведь знает, сволочь – уже запущена процедура. Счёт на минуты! Но, ему – всё равно. О шкуре своей думает, как бы не задело – по касательной. Если что. У них там, конечно, ключи от всех замков. Но отменить «Белый код» уже никто не может. Это тоже правило. Точка невозврата пройдена, как только Глава Сектора вслух сказал слово «разрешаю», назвал должность и фамилию».

– …Да, э-э, конечно … буду краток… Есть мнение, ввод этого вашего режима – большой риск. Для общемирового равновесия… Концентрация управления в одних руках. Хотелось бы провентилировать с вами… Какие альтернативы у инициации режима… этого вашего… эээ… красного пароля?..

– Белого кода! Альтернативы? Единственная альтернатива – устранение первопричины падения А-Защиты, товарищ Помощник!

(«Как вопросы, такие и ответы!»)

– Это реально провести прямо сейчас? Вы прорабатывали данную возможность или проигнорировали ее?.

«ДВА ЧАСА ДВАДЦАТЬ ДЕВЯТЬ МИНУТ ДО СМЕРТИ ДВАДЦАТИ ДВУХ С ПОЛОВИНОЙ МИЛЛИОНОВ».

Борису захотелось приподняться и резко ударить «товарища помощника» – лбом в нос.

На долю секунды Зорин забыл, что перед ним никого нет, а в реальности бдительное лицо – может быть где угодно.

Машина, вероятно, снова зафиксировала учащение пульса и другие проявления диспетчерского гнева.

Очень кстати Система пояснила:

– Товарищ Помощник Первого Секретаря! Конечно, мы всё проработали. Первопричина падения аннигиляционной защиты раскрыта! Это полный парад планет Солнечной Системы. В настоящее время даже новейшие земные технологии не позволяют влиять на процессы столь космического масштаба… Товарищ Помощник!

Борису показалось, будто кто-то невидимый, но близкий и чуткий положил ладонь ему на плечо и чуть сжал пальцы.

«Молодец, девочка!»

Номенклатурное лицо с жабьими губами дрогнуло. Немного поплыли вверх строгие брови.

«Растерялся, сволочь!.. А я, дурак, только теряю с ним время. Ведь уже принял решение. По сравнению с главным – ничем не рискую».

– Что у вас там за женщины?!.

Над проекцией сановной рожи Матрёна стремительно выбросила крупную надпись:

«Система подтверждает разрешенную инициацию режима «Белой код».

«Финиш!»

С этой секунды Диспетчер действует безо всяких указаний сверху: «…только на основе действующих нормативных актов и своего внутреннего убеждения».

– Матрёна, откуда посторонние в эфире в условиях ЧП!? Прервать cоединение с правительственной линией!

– Есть прервать!

Помощник, тихо закипая, начал булькать какими-то словами… Но Матрёна смела изображение его лица, как пыль.

«ДВА ЧАСА ДВАДЦАТЬ СЕМЬ МИНУТ ДО СМЕРТИ ДВАДЦАТИ ДВУХ С ПОЛОВИНОЙ МИЛЛИОНОВ».

Система ведет проверку психофизиологического состояния. Диспетчера называют это «исповедь».

Через пару минут Зорин сможет мгновенно находить и обрабатывать любую информацию. Сам в своем мозгу будет видеть и чувствовать все составы одновременно на каждом участке, на любом пути. Каждый сантиметр всех тоннелей. Всех коммуникаций.

Новый уровень сознания, особенно первую минуту – это сложно.

Конечно, каждый проходил курс тренировок, на локальных симуляторах. Однако это не в счет: просто программа внутри программы. Как читать о войне и пережить самому…

Есть несколько методик. Каждый применяет наиболее близкую по психотипу. Борис всегда стоял за йоговские упражнения:

«Напрягли свое тело

С силой провели руками вниз

И – расслабились

Почувствовали свое тело

Осознали, что оно есть

Почувствовали каждую клеточку своего тела

С каждым вдохом и выдохом мы всё более и более расслабляемся…»

Диспетчерам рекомендовали и другие медитативные практики. Древние и надежные: «Я больше дома. Больше города. Планеты. Солнца. Больше галактики. Я – бесконечен! Я и Вселенная плавно перетекаем друг в друга…»

Что еще такое? Опять!..

На этот раз – уже взлом. Неопознанный канал.

Узкое лицо, оливковый оттенок, тонкие усики, припухшие веки. Ноль эмоций…

– Уважаемый Господин Диспетчер, хорошего дня. Вы не сможете меня идентифицировать. Это часть наших возможностей. Мы отслеживаем некоторые вещи, включая, правительственные переговоры… Впрочем, к делу. Вынужден сообщить. Мне абсолютно неудобны сейчас любые чрезвычайные меры на транспорте. Никак не могу терять время. Настоятельно рекомендую пересмотреть решение о введении режима «Белый Код». В противном…

– Система! Угроза! ВЫСШАЯ степень!

Что хорошо в Машине – она не спорит, как человеческая женщина (то есть, обычно – не спорит).

Зато реагирует столь же молниеносно. (Так русская жена может ударить пьяноватого супруга. Вот он с бормотаньем только потянул грабки… и, вдруг – удар, короткий полет, и – уважаемый отец семейства тихо лежит на сигма-линолеуме. И спит…)

Матрёна резко протянула «руку» сквозь миллиарды сигналов в Нейросети и выхватила человека в