Здравствуй, лето... и прощай - Майкл Коуни

Очень здорово знать об этом, и только жаль, что мне не с кем поделиться.

Отец несколько раз упоминал Сильверджека в разговоре с матерью – похоже, волосатый тип был на грани того, чтобы получить какую-то работу для Правительства, но ведь он торговал с врагом под самым носом у парлов. В моих глазах он приобрёл облик романтического героя.

Так текли день за днём, и я продолжал оставаться наедине со своими собственными мыслями. Наконец однажды за завтраком отец попросил меня передать соль, а мать, воспользовавшись намёком, положила передо мной чистую одежду.

Когда отец уехал на работу, она несколько раз бросила на меня задумчивый взгляд и, наконец, заговорила.

– К тебе сегодня придёт твой друг, Дроув.

– Гм?

– Я вчера видела Дреба-Гвилду, и мы договорились устроить тебе большой сюрприз. К тебе придёт её мальчик, Вольф, и вы вместе отправитесь гулять.

Ты рад?

– Ракс! Да ведь именно Вольф втянул меня в эту мёрзлую историю! Вольф просто дурак, мама.

– Чепуха, Дроув; у него такие приятные манеры. И, пожалуйста, не надо так ругаться. Надеюсь, ты не будешь ругаться при Вольфе. Сейчас мне надо идти. Желаю хорошо провести время, дорогой. – Широко и нежно улыбнувшись мне, она собрала свои вещи и отправилась по магазинам.

Вольф явился около полудня, одетый довольно небрежно, но тем не менее щеголевато. То, чего мне никогда не удалось бы добиться, даже если бы я и захотел.

– Привет, Алика-Дроув, – весело сказал он.

– Послушай, что ты тогда сказал своим родителям? Вольф поморщился.

– Это всё в прошлом, Дроув. Сегодня начинается новая эра в твоих развлечениях и образовании. Уже запланировано, что мы отправляемся на рыбную ловлю вместе с нашим общим другом Сильверджеком, чтобы увидеть, как народ зарабатывает себе на жизнь.

Его манера строить из себя взрослого, похоже, стала ещё назойливее с тех пор, как я видел его в последний раз, но идея морской прогулки выглядела привлекательно. Впрочем, привлекательно для меня было сейчас всё, что позволило бы мне покинуть коттедж.

– Ты берёшь с собой рыболовные снасти? – спросил я. – Мне нужно найти свои.

– Все есть, – сказал он. – Я тебе говорю, Дроув, все уже организовано. У моих родителей есть кое-какие связи с этим Сильверджеком, и к тому же они, похоже, хотят, чтобы мы чаще бывали вместе – не знаю, почему. Может быть, они считают нас подходящей компанией друг для друга. – – На его лице появилась кривая саркастическая усмешка, которая мне не понравилась.

Мы направились вниз по холму в сторону гавани. Когда мы дошли до места, где крутая дорога нависает над внешней гаванью, Вольф остановился и прислонился к стене, глядя на стоявшие на якоре лодки.

– Должен тебе сказать, что пока тебя не было, Дроув, происходили некоторые довольно странные события.

– Какие же? – спросил я.

– Я кое-что выяснил насчёт этого штормового водостока.

– Ты имеешь в виду сточную трубу?

– Я имею в виду штормовой водосток. Так вот, он разветвляется отсюда во все стороны и проходит под большей частью города. Моя теория такова.

Ночью, когда темно, лодки проходят вокруг дальнего мыса и затем прямо через залив к берегу под вашим коттеджем. – Он показал в ту сторону. – Потом они под прикрытием скал подходят к этому берегу и там разгружаются.

Затем товар доставляется по туннелям.

– Ты что, имеешь в виду эту чепуху насчёт контрабанды? – беспокойно спросил я.

– Я думаю, вряд ли они доставляют по туннелям молоко.

– Почему ты так мёрзло уверен, что они вообще что-либо доставляют? Он хитро посмотрел на меня.

– Потому что я их видел, – ответил он.

– Видел? – Я с ужасом подумал, что этот Пинкертон может погубить Кареглазку.

– Я расследую это дело с тех пор, как у меня возникли подозрения в подвале «Груммета». Обычно каждую третью ночь там разгружается лодка. Я легко могу её узнать: у неё жёлтая рубка. Именно в этом мне и нужна твоя помощь. Ночью, когда будет следующая доставка, мы спрячемся возле этого каменного пруда и будем наблюдать за происходящим с близкого расстояния.

Мы воспользуемся твоей лодкой, чтобы добраться до пляжа.

– Не стоит.

Он отвернулся, и мы продолжали спускаться по холму.

– Подумай, Дроув, – небрежно сказал он. – Во всяком случае, это интересная забава, если не нечто большее. Лучше, чем рассказать все отцу, чтобы он начал официальное расследование, тебе не кажется? Я имею в виду, что могу и ошибаться. Ну ладно, давай поговорим о чем-нибудь другом, хорошо? Ты встречался в последнее время с этой девочкой из «Груммета» – как там её зовут?

– Послушай, ты же мёрзло прекрасно знаешь, как её зовут, и ты мёрзло прекрасно знаешь, что я много дней вообще никого не видел.

– Что-то мы нервные стали, – холодно сказал он, когда мы миновали рыбный рынок и вошли во двор мастерской Сильверджека. Вольф повелительным тоном спросил, где хозяин; почти немедленно появился Сильверджек и повёл нас к воде. Маленький катер, уже под парами, над которым клубился белый дымок, мирно покачивался у берега рядом с пирсом. Я огляделся вокруг в поисках своей собственной лодки и увидел её – похоже, в хорошем состоянии – под навесом.

– Паровой катер, – заметил я. Я отношусь к паровым катерам немногим лучше, чем к плавающим мотокарам.

Сильверджек почувствовал моё настроение.

– Отличное судно, – быстро сказал он со странной почтительностью. – На нём с нами ничего не случится. Прошу всех на борт.

– Подождите, – сказал Вольф. – Ещё не все пришли. – Он выжидающе оглянулся назад, в сторону города.

– Ты ничего не говорил о других, – недовольно сказал я. – Я думал, мы отправимся на рыбную ловлю втроём. Здесь все равно больше нет места.

– Вон они, – сказал Вольф.

К нам шла нарядно одетая девушка, осторожно ступая по мусору, которым был усыпан пирс; она держала за руку мальчика поменьше, столь же хорошо одетого. Сначала я не узнал их, но когда они подошли ближе, оказалось, что это Паллахакси-Лента и её младший брат Сквинт.

– Вольф! – поспешно прошептал я. – Что, Ракс побери, они здесь делают? Я не могу вынести одного их вида. Ты что, с ума сошёл?

– Привет, дорогая, – вкрадчиво сказал Вольф, не обращая на меня внимания, взял Ленту за руку и помог ей подняться на борт. Сквинт последовал за нею, сердито глядя на нас, и Сильверджек оттолкнулся от берега. Двигатель запыхтел, и мы заскользили среди стоявших на якоре лодок; их было значительно меньше, чем в последний раз, когда я видел гавань. Часть лодок с более глубокой осадкой были вытащены на берег в ожидании грума.

В начале нашего путешествия Сильверджек был в отличном расположении духа, сидя на руле, куря старинную трубку и рассказывая нам морские истории. Тем временем его слушатели разбились на две группы. Вольф и Лента сидели по одну сторону кокпита и почти не обращали внимания на рассказчика, разматывая леску и что-то еле слышно шепча друг другу, в то время как Сквинт и я сидели напротив. Сквинт слушал Сильверджека, разинув рот, а я предавался грустным мыслям о предательстве Вольфа. Не то чтобы я прежде был о нём высокого мнения, но никогда не ожидал от него подобного.