Сердце Дракона. Предпоследний том. Часть 2 (СИ) - Клеванский Кирилл Сергеевич Дрой

Перед Хаджаром раскинулась извилистая проселочная дорога. По бокам от крепких дубов и сосен та была усыпана галькой и грязью, на которой виднелись отпечатки бесчисленных шагов, пройденных за многие века. С верхушек деревьев доносились песни птиц, а легкий ветерок шелестел листьями, создавая обычную и одновременно с этим чудную, полузабытую и такую вожделенную атмосферу.

Вдали, где-то почти у самого горизонта, виднелись слабые очертания домиков, из труб которых поднимались струйки дыма. Едва слышимое журчание ручейка и блеяние овец дополняли песню, которая теперь окутывала его.

Глубоко вздохнув, Хаджар ступил на дорогу, и хруст гравия под его ногами еще больше погрузил генерала словно в дурманный сон, который он никак не мог…

— Эй! Не зевай!

Послышалось недовольное фырчанье лошади и гулкий треск рессоры.

Хаджар открыл глаза и обернулся.

Позади него с дороги съехала телега. Мужчина средних лет, что-то недовольно ворча себе под нос на тему беспечных путников, слез с козлов и, проверив крепко ли привязан груз и не разошлись ли узлы, держащие бочки и ящики в телеге, оценил масштаб бедствия.

Рессора и ось остались целы, так что все, что требовалось — вернуть телегу обратно на дорогу.

— Поможешь? — повернулся к нему мужчина. В этот момент Хаджар понял, что никогда прежде не слышал языка, на котором тот говорил, пусть при этом прекрасно понимал услышанное. — Все же из-за тебя с дороги съехал. А мог бы и придавить…

Генерал кивнул и подошел ближе. Мужчина, одетый в простые и невзрачные одежды, не был ни тернитом, ни адептом, ни, тем более, бессмертным, да и энергией души, как Северяне, не владел. Самый обычный смертный.

Так что Хаджар, способный поднять телегу едва ли не одним пальцем, старательно делал вид, что помощь далась ему непросто.

А когда они поставили колесо обратно на гравий, то решил спросить:

— Скажи, любезный, а в какой стране я оказался?

— Издалека пришел? — хмыкнул мужчина, залезая обратно на козлы. — Это Гиртай, странник. Залезай, подвезу.

Глава 1864

Хаджар не успел отреагировать на слова незнакомца, как обнаружил себя стоящим посреди колышущегося под ласками весеннего бриза изумрудного моря травы. Над головы плыли кучевые облака, а поодаль высился камень, как единственный ориентир посреди бескрайних простор.

Рядом с камнем росло осиротевшее дерево, где в пустом гнезде больше не чистил перья Кецаль, но Хаджар, несмотря на то, что птицы больше не было в пределах его мира души, чувствовал друга поблизости. Теперь они с ним были одним целым, но сейчас не об этом.

На камне, все в том же рваном плаще, словно сотканном из вечно движущихся лоскутов тьма или черного тумана, сидел Враг. Капюшон скрывал его лицо и лишь белые волосы плыли по ветру. На сухих, сморщенных запястьях все так же звенели тяжелые кандалы.

Лишь единожды прежде Черный Генерал вытягивал сознание Хаджара сюда. И, признаться, генералу это не нравилось. Ощущение, когда ты понимаешь, что твой собственный разум может быть тебе не всегда подвластен — не то, что неприятное. Оно пугающее. До одури.

И одного только этого было достаточно, чтобы оценить масштаб проблемы, способной возникнуть, если Враг скинет с себя цепи. Создание, дважды пытавшееся уничтожить весь мир и, вдобавок, обладавшее могуществом наравне с Яшмовым Императором.

— Что ты…

— То, что говорит этот смертный, невозможно, Ученик, — перебил его Черный Генерал. Его голос звучал сухо и скрипел сродни тому, как скрипит сухое дерево под гнетом северных ветров. — Это не может быть Гиртай.

Хаджар не стал лишний раз напоминать Черному Генералу, что не являлся его учеником. Просто потому, что вот уже почти полтысячи лет это никак не влияло на Врага и тот продолжал повторять свое бесконечное «Ученик».

— Почему? — только и спросил Хаджар.

Враг дернул цепью и тихо ответил.

— Потому что Гиртай пал, а вместе с ним и его покровитель — бог мудрости Ляо Фень.

Хаджар слышал эту историю и далеко не раз. Что на Седьмом Небе обитал слабейший из старших богов, олицетворение мудрости — Ляо Фень. И, как и любого бога, у него были верующие, служившие для него одновременно пищей и сутью бытия. И жили они в стране Гиртай, находящейся где-то на востоке от нынешних «варварских королевств» региона Белого Дракона.

Но в какой-то момент страна была уничтожена то ли потопом, то ли землетрясением или пожаром. Истории в этом расходились, но в чем они все соглашались, так это в том, что в стране никто не уцелел, а те немногие, кто выжил, разбрелись по свету.

Некоторые основали храмы и монастыри, которые еще некоторое время поддерживали веру в Ляо Фень, но вскоре исчезли и они.

Последний такой монастырь разрушил один из бывших соратников Пепла — барон Рэккер или Крэккер, как над ним подшучивали дети, когда слышали истории. И таким образом единственным живым осколком Гиртая остался дракон Ху Чин — Синее Пламя.

Но к несчастью последнего, он взял в свои ученики все того же Пепла, который прибил собственного учителя. Звучало это немного нелогично, так что Хаджар никогда не верил, что все произошло именно так, как рассказывали песни и легенды.

В конечном счете миф, пусть и рожденный реальностью, всегда отличался от своего предка.

— Может быть кто-то выжил и создал аномалию, — пожал плечами Хаджар.

— Нет, — твердо возразил Черный Генерал.

— С чего такая уверенность?

Снова зазвенели цепи, а Враг указал высушенным, почти мумифицированным пальцем куда-то в небо.

— Я могу помочь тебе открыть путь обратно в страну бессмертных. Твой меч уже достаточно окреп, чтобы рассечь преграды меж миров. Твоя сила велика, Ученик. Тебе не хватает лишь знаний… позволь мне показать тебе как, и ты сможешь не только попасть в страну бессмертных, но и прорубить себе проход на Седьмое Небо до начала Парада Демонов.

Не считая небольшого разговора в Стране Севера, то нынешний диалог был, пожалуй, самым продолжительным за многие века, что Черный Генерал провел, храня свое молчание.

— Мне не нужна твоя помощь, генерал, — покачал головой Хаджар.

— Тебе не придется ничего за неё платить, если ты об этом, ученик.

Хаджар помнил о том, что каждый раз, когда в процесс вмешивался Черный Генерал, то цена, в которую обходилась помощь Врага Всего Сущего, оказывалась непомерна велика.

— Если, кроме этого, ты больше ничего не хочешь сказать, то я, пожалуй, вернусь обратно, — слегка склонил голову Хаджар.

Он уже хотел было вернуться обратно в реальность, как что-то остановило его. Что-то настолько пресыщенное и наполненное мистериями меча, что, наверное, могло бы превратить одну из стен страны бессмертных груду песка.

Хаджар, немедля, выставил перед собой покоящийся в ножнах Синий Клинок и, призвав мистерии, терну, силу души и истинные имена, встретил волну чужого меча лицом к лицу.

Он не знал, с чем сравнить это ощущение. Не было чувства, словно он один сражается против армии, не было и ощущение, будто ветер вокруг него превратился в меч.

Нет, все немного иначе.

Хаджару показалось, будто все вокруг него, все сущее, прошлое, настоящее, будущее, каждый элемент действительности, каждый вздох реальности — все это один нескончаемый меч. И то, с чем он сражался в данный момент, даже не было его ударом. А просто самой сутью существования.

Как будто кто-то обнажил клинок и одного этого было достаточно, чтобы поставить под угрозу существование Хаджара.

А затем все стихло и Хаджар, иссеченные тысячью порезов, в крови и изрезанной одежде, остался неподвижно стоять посреди травы так и непотревоженной мимолетной схваткой.

А Черный Генерал медленно опустил указательный палец правой руки. Хаджар же, не понимая, что происходит, смотрел на то, как бренчали рассеченные цепи Черного Генерала, свисавшие с запястий.

Враг был свободен.

Его больше ничего не сковывало внутри души Хаджара.