Школа над морем - Олесь Донченко

- А ты что ж, не слышал, кого я дразнила? Ох, и не люблю я Башмачного! Он и на пионера даже не похож. Не такие у него привычки!

Они шли, взявшись за руки, шли по аллее к обрыву над морем. Море синело перед ними. На горизонте чернел дымок – шел пароход. Они сели на скамейку, не отрывая глаз от этого дымка. Сколько может быть километров до этого парохода? Сашка говорил – пятнадцать, Галя – пять; впрочем, такое расхождение особых споров у них не вызвало. И было спокойно И весело.

Стали бросать с обрыва камешки подальше. Камни падали в воду и поднимали хрустальные фонтанчики.

Возле скамейки рос молодой клен. Он был черным и голым, и только кое-где дрожали на нем сухие, желтые листочки. Один листок сорвался и, кружась, полетел с дерева. Галя подпрыгнула и поймала его на лету.

- Вот тебе, - протянула она листочек Сашку. - Давай загадаем. Потеряешь листок – я в море утону.

- Не хочу. Страшно.

Домой итти не хотелось. В лиловой дали садилось солнце. Стало холоднее. Сорвался ветер, и за их спинами тревожно загудели деревья.

- Галина, знаешь, что я придумал Давай вместе будем заниматься.

- Знаю, знаю зачем: боишься, чтобы я опять «плохо» не получила. Угадала?

- Вот и неправда! Просто так. Разве не хорошо будет? А заниматься можно у нас. Придешь ко мне У нас дед Савелий есть, и Ивасик есть, и щегольчик.

- Какой еще щегольчик?

- Ну как какой! Замечательный щегол. В клетке. За ним Ивасик ухаживает. У Ивасика еще морские свинки есть. Рыжие и черные! И еще всякие. Придешь, Галя, а?

- А в школе смеяться не будут.

- Ну и пускай смеются! Я на них в журнале такие стихи напишу, что сразу перестанут.

Стемнело. Надо было возвращаться. Да и есть уже хотелось не на шутку. Сашка спросил:

- Завтрак в школу берешь?

- Беру.

- И я беру. Пирожки с калиной и колбасу. А ты?

- И я тоже колбасу. И еще медовые пряники. Пряники очень вкусные. А ты осиный мед ел?

- Нет, никогда!

- Хочешь, дам?

И она щипнула его за руку.

- Вот тебе осиный мед. Вкусно? Другой раз не попросишь!

Сашко проводил Галю до самого дома.

- До свиданья! - крикнула она с крыльца.

- До завтра!

Лиловые сумерки опускались на Слободку.

С моря дул свежий ветер - «широкий».

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ. О том, как закончились первые попытки Олега найти клад пана Капниста

Сашко не ошибся, когда подумал о том, что в классе кто-то спрятался. За последней партой, в самом углу, лежал мальчик. Сашко не увидел его и так и вышел из класса. Мальчик еще долго лежал на полу под партами, пока не убедился окончательно, что в школе больше не осталось никого.

Тогда он осторожно вылез из своего убежища в коридор. Это был Олег. Минуту он стоял неподвижно, прислушиваясь. Ни звука. Хорошо! Значит, кроме сторожа и Кажана, в школе нет никого! Но сторож сейчас у себя в комнате, а Кажан – на втором этаже. Позже придут уборщицы, и тогда Олегу придется удирать. Надо, значит, спешить, пока не поздно.

Сегодня Олег решил обследовать каморку под лестницей, ведущей на чердак. Наверное; эта каморка служила когда-то кладовой. На низкой двери висел ржавый замок – верный признак того, что в каморку давно уже никто не заходил. Теперь в нее, наверное, заглядывает только Кажан, но делает это лишь тогда, когда нету кругом ни души, а на дворе стоит глухая ночь.

Давно уже присматривались к этому замку на дверях пытливые глаза Олега. Не раз уже на переменках он изучал этот таинственный замок и даже заглядывал в щелку.

Из щели пахло плесенью и пылью, И это еще больше разжигало любопытство Олега. Нет, здесь, наверное, прячется какая-то тайна! Та самая тайна, о которой уминалось в письме к Кажану.

На первый взгляд, в содержании этого письма как будто не было ничего загадочного.

«Дорогой Вячеслав Романович!

Рад, что Вы попрежнему тверды духом; и привязаны ко мне и моей семье. Берегите дачу, сад и в с е  о с т а л ь н о е. Ваш брат скучает по Вас и в скором времени будет у Вас в гостях.

Встречайте.

Ваш К»

Вот и все письмо! Олег сразу обратил внимание на подпись: «К». Конечно, это была начальная буква фамилии «Капнист», а упоминание про дачу и сад только подтверждало эту догадку.

Теперь ясно, что старый Кажан поддерживает связь со своим хозяином, живущим за границей. Как верный пес, он охраняет бывшую барскую дачу, в которой сейчас помещается школа, охраняет сад и ждет того дня, когда пан снова вернется на родину. И, кроме этого, Кажан охраняет еще что-то, о чем пан побоялся написать более подробно и что он назвал в письме только двумя словами: «все остальное».

Пан недаром подчеркнул эти слова. Но что бы они могли обозначать? Впрочем, сметливый Олег быстро разгадал и эту загадку.

Речь идет о кладе, в этом нет сомнения. Других разгадок здесь быть не может.

Все хорошо помнят, как спешил когда-то пан Капнист со своим отъездом. В одну ночь он упаковал свои чемоданы и выехал с ними в город. Говорят, что он едва-едва не опоздал на последний пароход. И старый Кажан остался на даче один.

Да, конечно, пан пишет в своем письме о кладе. Разве он успел захватить с собою всю серебряную посуду, драгоценные ковры, замечательные ткани? Наверное, он взял с собой только деньги и золотые вещи. Бросил же он свои картины, которые потом переслали в город, в музей. Все понятно: те ценности,которые пан Капнист не мог вывезти с собой, он оставил у себя же на даче, поручив охранять их своему -верному рабу, старому Кажану.

Тайна теперь была в руках Олега. Было еще в письме упоминание и о Кажановом брате. Олег до сих пор не слышал, что у этого панского пса был какой-то брат. Но это как раз неинтересно.

Главное – это клад!

Нет, только представить себе! Вот Олег находит клад и идет в милицию. Нет, лучше в Слободской сельсовет. Или нет! Он просто придет к директору школы, к Василию Васильевичу. Придет и скажет:

«Доброе утро, товарищ директор!»

Он обязательно поздоровается с Василием Васильевичем за руку. Тот удивится и спросит, в чем дело. И тогда Олег скажет ему:

«Товарищ директор, на небе все спокойно! И все Юпитеры и Марсы стоят на своих местах – это вы можете проверить через свой «телескоп», ­ а вот в нашей школе, товарищ директор, в нашей школе найден ценный клад бывшего пана Капниста».

Тут Василий Васильевич удивится еще больше и спросит, кто же именно нашел этот клад.

И тогда Олег ответит:

«Этот клад, товарищ директор, нашел я, Олег Башмачный. Я передаю его школе, а себе прошу только одно: командировку в капитанский техникум. Я даю слово, что окончу его на «отлично»! А окончив, я сейчас же пущусь в путь на ледоколе. Среди вечных льдов я проложу новые дороги! Тот, кто нашел клад пана Капниста, тот сумеет найти новые острова и новые архипелаги, новые проливы и новые моря, новые мысы и новые бухты, новые страны и новую Америку!

Прощайте, товарищи, прощай, школа, прощай, Слободка, прощайте, Василий Васильевич! Не скучайте, не грустите без меня. Я вернусь героем. Только там, в пустынной Арктике, можно стать настоящим героем!

Ах и пожалеет же Василий Васильевич, что поставил Олегу за диктовку «плохо»! Ох, и пожалеет еще пионервожатый, что рассказал про рисунок на парте!

А как пожалеет Галя!

Какие мечты! Какие сладкие мечты! Но клад еще не найден, и Олег начнет искать его с сегодняшнего же дня. Он не остановится ни перед чем. Будет нужно, и он обыщет каждый уголок, каждый закоулок школы.

Сегодня утром, во время перемены, увидев, что Кажан вышел в сад, Олег бросился наверх, к его комнате.

Двери были заперты. Мальчик припал к замочной скважине, но его ждало глубокое разочарование. В комнате, кроме постели, стола и дырявого кресла, не было ничего. На столе стояла тарелка с гречневой кашей, рыба и хлеб. Нет, клада здесь не было никакого. Но Кажан, конечно, не дурак, чтобы держать клад в своей комнате, где и повернуться-то трудно.

А сейчас Олег на цыпочках идет по длинному коридору. Но как ни тихо старается он ступать, ему кажется, что звуки его шагов слышны по всей школе. Скрипят половицы, и Олег поминутно останавливается, прислушиваясь: не идет ли где-нибудь сторож.

Олег поднимается на второй этаж. Как тень, проскальзывает он мимо комнаты Кажана и, повернув налево, останавливается у маленькой дверцы. Рядом – крутая лестница, ведущая на чердак. Темное отверстие чердака кажется ощеренной пастью какого-то хищного зверя. Олег вынимает из кармана клещи и принимается за работу. Дверь надо открыть без малейшего шума. Если дернуть хорошенько клещами, кольцо не выдержит и выскочит, а вместе с кольцом выскочит и замок. Олег крепче нажимает на свой инструмент. Громко стучит сердце. Будто игрушечный кузнец стучит там изо всех сил своим молоточком.

Звякнули, сорвавшись, клещи. Однако кольца привинчены куда крепче, чем это думал Олег. Надо напрячь всю силу, чтобы расшатать хотя бы одно. Олег захватывает кольцо клещами и что есть мочи дергает к себе. Готово! Замок у него в руках. Теперь нужно только открыть дверь и войти в каморку.