Боевой устав Гоблина - Вадим Косинцев

– У нас в части, кроме тебя, никто не проходил специальную подготовку, – влез с репликой Ротгор Назуз.

– Я был не самым лучшим на курсах, – несмело возразил я. – Примерно вторым с конца по успеваемости.

– Неважно. Главное – ты знаешь, как незаметно прикончить врага…

– Сир, но я ведь человек! А там одни гоблины. О какой незаметности вы говорите?

– Ты, Стволов, не умничай. Человек он! Я тебя не заставляю к этому бунтовщику в адъютанты устраиваться. Скрытно подведешь группу, определишь цель, скомандуешь снайперу «огонь». Так же скрытно отойдете. Все дела.

– Почему бы не выписать с Земли профессиональных диверсантов? – продолжал я гнуть свое. Ломиться очертя голову в джунгли и гоняться за каким-то влиятельным гоблином мне очень не хотелось. – Или эльфийских следопытов пригласить. Они в лесах как дома.

– Что ты упираешься? – начал свирепеть полковник. – Бюджет у нас не резиновый, чтоб для усмирения каждого бандита супердиверсантов выписывать. В общем, хватит болтовни. Пойдешь командиром группы, и точка! Возражения есть?

Мне не осталось ничего другого, как молодцевато гаркнуть:

– Никак нет, сэр!

– То-то же. Продолжай, Огбад.

– Вожди таха имеются в каждом селении на востоке Даггоша, но это все мелкота. Главный и самый опасный всего один. Некто Черный Шаман. Он окопался в Касе. – Полковник Огбад ткнул в точку на карте. – Остальные – племенные князьки, чья власть кончается на границе их поселка. Многие из них втайне осуждают Черного Шамана, но открыто противодействовать не решаются. Иначе он их тут же раздавит, как жуков. План операции такой…

От командира я вышел с гудящей головой. В ней роились десятки даггошских названий, об которые можно было сломать не только язык, но и мозги.

Потом я подбирал на складе экипировку и вооружение.

– На войну, что ли, собрался? – хмыкнул каптерщик.

– Мы и так на войне, – буркнул я. – Давай проверим, что тут у тебя есть.

От защитных амулетов было решено отказаться, они диверсантам ни к чему. Комбинезон с множеством кармашков я подобрал сразу, сложнее пришлось с боеприпасами. Полковники Назуз и Огбад решительно запретили брать тяжелое магическое оружие. Только легкие жезлы. «Не хватало еще, чтобы мощный посох попал в руки мятежников! Представляешь, что они могут натворить?»

Вот и приходилось брать сменные полуторадюймовые кристаллы для стандартного жезла. Я нагреб их с запасом, хоть и чувствовал заранее, как они будут оттягивать плечи.

«С другой стороны, зачем диверсанту посох экстремального разряда? – думал я, отсчитывая заряженные смертоносной магией рубины. – Мы же не собираемся, как фашисты, выкашивать целые деревни, заливая их потоками молний? Впрочем, в Даггоше номер с уничтожением деревень все равно не пройдет. Живо прикончат отравленной стрелой, пущенной из чащи. Или на копье насадят, если в ближнем бою. Гоблины не боятся человека с ружьем».

Зато теперь у меня есть десяток файерболов для подствольного метателя, три десятка кристаллов по полтора дюйма для боевого жезла, два десятка кристаллов к поясному жезлу, нож-пила. А также спички, фонарик, репеллент и упаковка обеззараживателя воды.

Интересно, что еще нужно в таком походе?

Глава 3

Мы встретились на рассвете, на планерной площадке группировки. Площадка была скрыта высоченным забором, чтоб не мог сунуть нос ни один местный. Из приземистого ангара, адски фыркая, выползала тягловая черепаха, транспортирующая потрепанный планер с намалеванным на борту даггошским флагом. Форма планера копировала гигантского птеродактиля, которых здесь почему-то называли драконами.

К планеру уже шли два человека в такой же, как у меня, экипировке без знаков различия. Двое из нашей тройки напоминали земных солдат только белым цветом кожи – никаких опознавательных знаков на форме не было. Третьим был черно-желтый полуорк.

– Ну, с богом, сержант, – сказал полковник Назуз, слегка обнимая меня и хлопая по плечу. – Вернешься – к ордену представлю, – добавил он, но я не оценил шутки. – А не вернешься, так уж наверняка.

– Вернусь, будьте спокойны, – пообещал я и двинулся к допотопному летающему монстру.

Мысли в голове бродили не самые радостные. По-моему, отправлять диверсионную группу в планере, который сперва должен разбомбить оружейные склады мятежников, – верх бестолковости. Диверсантам нужна скрытность, а бомбардировщик наведет шороху – мама, не горюй! С другой стороны, так же могут думать военные аналитики Черного Шамана. Стало быть, им и в голову не придет, что бомбардировщик вдобавок доставил отряд беспощадных ночных убийц.

Нет, все равно ерунда! А для чего взяты бойцы из разных подразделений? Какая может быть у нас боевая слаженность? Н-да, похоже, дела и впрямь идут отвратительно, раз командование «небесных повязок» устраивает авантюры, больше похожие на клоунаду, чем на боевую операцию. Или все еще хуже и дебилизм задания объясняется тем, что у военного руководства от жары мозги превратились в кисель.

С другими диверсантами я встретился уже на борту планера, замаскированного под аппарат Правительственных войск Даггоша. Ни цветом, ни опознавательными знаками «птеродактиль» не отличался от тех развалюх, что до сих пор эксплуатировались гоблинской армией.

– Федор! – весело вскричал черно-желтый боец, и только тут я понял, что передо мной Зак Маггут собственной персоной. Орк задорно скалился. – Извини, кока-колы не захватил.

– Ничего, – улыбнулся я. – В ручье пойло не хуже. У меня и таблетки есть.

Вторым напарником оказался рослый и загорелый, как все тут, француз по имени Люсьен. Это и был снайпер. Впрочем, вид он имел настолько добродушный, что казалось, надень он рясу – и готов кюре в каком-нибудь деревенском приходе. Судя по чертам лица и форме черепа, среди предков Люсьена встречались представители Старшего Народа, но какого именно – понять было сложно.

Планер установили на стапеля разгонной катапульты. В кабину забрался беспрерывно кривляющийся и хихикающий пилот-гремлин. Еще несколько гремлинов, визгливо переругиваясь, прилаживали под крылья разгонные ракеты, а к фюзеляжу горшки с горючим составом для бомбардировки.

Солнце уже показалось над джунглями, и чувствовалось, что сегодня оно будет таким же свирепым, как всегда. Ну да ничего, на высоте все равно прохладно.

– Понеслась! – крикнул гремлин и дернул стартовый рычаг. Планер рванулся вперед так, что у меня зубы клацнули.

Плавно развернувшись на высоте в десяток метров, планер заскользил к реке. Лететь предстояло над нею. Внизу мелькнули задранные лица военных, некоторые из служивых махали вслед планеру. Гремлины-механики скакали как сумасшедшие.