Война - Илья Николаевич Мельцов

– Все верно там.

– Понятно. Ну ладно, чего уж теперь. Лучше иметь под рукой троих друзей, чем людей, которые друг друга не переваривают. Так, значит, слушаем меня. – Мирон перевел взгляд на нас. – Вы на время практики до самой осени переходите в мое прямое подчинение, через пять минут жду вас на плацу. Все личные вещи взять с собой. Сюда вы больше не вернетесь. Время пошло.

Мирон вышел из казармы, дав нам возможность попрощаться с одногруппниками. С некоторыми из них мы увидимся только через пять месяцев, ну а с кем-то, возможно, говорим в последний раз, как повернется судьба, известно только богам, если они действительно могут видеть будущее.

Пока мы обменивались пожеланиями удачи и неуместными шутками, скрывающими нервозность, в помещение вошел Серафим и, не обращая на нас внимания, просто выбрал из группы троих. Ждан, Капитон и Пахом поступили под начало этого высокомерного офицера.

– Самых сильных взял, – обидчиво произнес Кисляк, наблюдая за тем, как трое парней начали собирать вещи.

Честно говоря, я Ждану и остальным не завидовал. Не понравился мне Серафим. Было в нем что-то такое, что заставляло держаться от этого человека подальше. Уверен, не уступи он очередность выбора Мирону, то я был бы в числе его подопечных. Так что надо благодарить Берта, что он так приглянулся коренастому офицеру.

Пока пацаны обменивались прощальными фразами, я скользнул между ними к Леониду. Наставник стоял в сторонке, дожидаясь, пока Серафим что-то объяснит своим будущим спутникам.

– Ты Мирона хорошо знаешь? – шепнул я.

– Лично общаться не приходилось, но кое-что о нем слышал. Нормальный мужик. Надежный. Вроде как князю предан. О дворянстве с детства мечтает. Так что лишнее при нем болтать не стоит, тебе особенно. А так, радоваться надо, с ним не пропадете.

– Понял, спасибо за совет.

– Не за что. Береги себя, Даррелл, хотя за тебя я спокоен, а вот Витька держи рядом и следи, чтобы глупостей не натворил.

– Этот может, – согласился я. – Ну бывай, наставник, надеюсь, осенью увидимся.

– Надеюсь, – кивнут Леонид, хотя особой уверенности в его глазах я не увидел.

Попрощавшись с куратором, я отправился на выход. Все вещи уже давно были собраны, а больше в казарме меня ничего не держало.

Мирон ждал нас во дворе и, судя по походной одежде, на которую я не обратил внимания в казарме, и мешку за спиной, мужчина готов был отправляться в путешествие прямо сейчас. Парадно-выходная форма, в которой ходили большинство офицеров, для повседневной жизни была хоть и по-своему красивым, но все же не самым удобным вариантом. В узких брюках особо не поработаешь, а рубашка очень легко мялась. Сейчас же на офицере были надеты коричневые брюки из легкой ткани, куртка с закатанными рукавами и потертые кожаные ботинки.

– Слушаем меня внимательно, – привлек наше внимание Мирон. – Пока мы с вами в поле, на задании или просто находимся без лишних глаз, можете меня звать по имени, либо просто командиром, без разницы. Ну а на заставе, естественно, соблюдаем полную субординацию. Звания-то хоть знаете?

– Знаем, лейтенант Мирон, – вытянулся в струнку Витек. – Фамилию только вашу не знаем.

– Жраков моя фамилия. Если кто сейчас засмеется, ноги вырву и в уши вставлю!

– Ясно, лейтенант Жраков! – опять отличился Витек.

– Он всегда такой дурной? – Мужчина посмотрел на Берта.

– Всегда.

– Ой, чувствую, намучаюсь я с ним, зря, наверное, у тебя на поводу пошел. Ладно, разберемся. Слушаем дальше. Мои команды выполнять беспрекословно. Остальных можете вообще не слушать, над вами только я. Любые конфликты решать только через меня. Пока достаточно. Ну что, пора в путь.

– А на чем мы поедем? – Витек закрутил головой в поисках какого-нибудь транспортного средства.

– Ты маг или где? – всплеснул руками лейтенант. – Ножками. Топ-топ. Дня через два, глядишь, прибежим на место. Запасы только возьмем – и вперед.

Честно говоря, слова лейтенанта мы сперва восприняли как шутку, но после того как нам в мешки положили крупы, соль, несколько банок консервов, оказалось, что Жраков говорил всерьез. Стоило только выйти из ворот базы, как он тут же перешел на бег и начал быстро отдаляться. Пришлось догонять. Комфортное путешествие кончилось. Здравствуй, марш-бросок, чтоб тебя, как-то не скучал я по тебе.

– Верхом вы ездить не умеете, – прокомментировал Мирон, когда мы его догнали, – да и устанет лошадь быстрее, чем любой из вас. Уж на то, чтобы поддерживать силы магией, вам дара должно хватить.

– Долго нам бежать? – спросил я.

– Смотря как стараться будете. До вечера километров семьдесят я рассчитываю преодолеть.

– Сколько, сколько? – возмутился Витек.

– Столько, столько, – парировал Мирон. – Ты за год ничему не научился, что ли? Это я еще вас жалею. Для нормального мага такая дистанция – плюнуть и растереть, так что не стонем и шевелим ногами. Желательно молча. Бережем дыхание.

Совету командира в итоге последовали все. Витек, как самый слабый из нас, экономил силы и больше их на болтовню не тратил, ну а я просто бежал, периодически снимая усталость с ног магией. Единственное, что меня несколько напрягало, – обувь. Пусть на нас и были надеты качественные ботинки на толстой подошве, но и они бешеного темпа, заданного командиром, могли не выдержать. Так что на коротком привале, случившемся через два часа после начала нашего пути, я снял обувь и внимательно осмотрел каждый шов на ней, чем заработал одобрительный взгляд Мирона.

Интересно, пользуются ли нашим способом передвижения офицеры дворянского происхождения? Что-то я в этом очень сильно сомневаюсь. Того же Серафима, пусть он еще не получил титул, представить бегущим по пыльной дороге, ведя за собой трех юнцов, не особо получалось. Наверняка в гарнизоны ходят обозы с припасами, одеждой и прочими вещами, необходимыми любому воинскому соединению. Понятно, что на телегах, запряженных не самыми выносливыми лошадьми, мы бы за день преодолевали довольно скромные расстояния, но разве нас кто-то торопит?

Подобные мысли, по-видимому, занимали не только меня. Дело шло к закату, и, когда командир приказал останавливаться на ночевку, к Мирону обратился Витек:

– А лейтенант Серафим тоже до заставы будет бегом добираться?

– Серафим да бегом? Он бегом только в сортир ходит, – хохотнул командир, – куда ему. Поедет с комфортом. Пацаны, которые с ним, тех да, наверняка за телегой заставит бежать.

– Серьезно? Вот он сволочь!

– Курсант! – потемнел лицом Мирон. – Ты говоришь сейчас о действующем офицере княжеской армии. Если я еще раз услышу что-либо неуважительное от тебя в отношении лейтенанта Серафима или любого другого воина княжества, я тебя лично выпорю! Ясно? Отвечать!

– Так точно! – Витек даже приложил руку