Объявлено убийство - Кристи Агата

– А драгоценности?

– Несколько колечек и вот эти камеи, – она указала на ожерелье. – Согласитесь, инспектор, что устраивать на мой дом налет – это полный абсурд.

– Да не был он никаким грабителем! – вскричала мисс Баннер. – Сколько раз тебе повторять, Летти?! Он мстил! Мстил за то, что ты не дала ему денег. И стрелял именно в тебя… целых два выстрела сделал!

– Так-так, – обрадовался Краддок. – Вот мы и подошли к вчерашнему вечеру. Как развивались события, мисс Блэклок? Постарайтесь только рассказывать поточнее и поподробнее.

Мисс Блэклок призадумалась.

– Каминные часы пробили половину седьмого. Помнится, я еще сказала, что, если грядут какие-то события, они на носу. И тут как раз начали бить часы. Все умолкли и молча слушали. Часы пробили две четверти, и вдруг совершенно неожиданно погас свет.

– Какие лампы погасли?

– Погасли бра. В этой и в той комнате. Большая люстра и ночники не были включены.

– А перед тем как свет погас, вы видели вспышку или шум?

– Вроде нет.

– Была, была вспышка! – встряла Дора Баннер. – И треск был. Очень опасный!

– Ну а потом, мисс Блэклок?

– Потом распахнулась дверь…

– Какая именно? Их тут две.

– Вот эта. Другая не открывается. Она ложная. Так вот, открылась дверь, и вошел человек в маске и с пистолетом. Зрелище было совершенно невероятное, но, конечно, тогда я решила, что это просто глупая шутка. Он что-то сказал… что – не помню…

– Руки вверх! Стрелять буду! – театрально воскликнула мисс Баннер.

– Да, кажется, что-то в этом духе, – неуверенно кивнула мисс Блэклок.

– И все подняли руки?

– О да! – сказала мисс Баннер. – Все до единого. Мы ведь думали, это игра.

– Я лично не подняла, – заявила мисс Блэклок. – Все выглядело глупо, дико глупо. Меня это раздражало.

– А что было потом?

– Свет фонаря слепил глаза. А потом… потом я не поверила своим ушам. Над головой у меня просвистела и ударилась в стену пуля. Послышался чей-то визг, я почувствовала острую боль в ухе и услышала второй выстрел.

– Кошмар! – вставила мисс Баннер.

– А потом что произошло, мисс Блэклок?

– Толком не знаю… От боли и нервного потрясения у меня закружилась голова. А он, человек в маске, повернулся… как будто споткнулся обо что-то… и тут прогремел третий выстрел. Фонарь упал, началась сутолока. Все впотьмах натыкались друг на друга.

– Где вы стояли, мисс Блэклок?

– Она стояла у столика и держала вазочку с фиалками, – опять вылезла вперед мисс Баннер.

– Да, я действительно была здесь, – мисс Блэклок подошла к маленькому столику возле прохода под аркой. – Но в тот момент я держала в руках сигаретницу.

Инспектор Краддок осмотрел стену за ее спиной. На ней явственно виднелись две дырки от пуль. Сами пули уже изъяли и отправили на экспертизу, чтобы определить, из какого пистолета они были выпущены.

– Вы чудом избежали смерти, мисс Блэклок, – бесстрастно произнес Краддок.

– Он стрелял в нее! – воскликнула мисс Баннер. – Именно в нее! Я его видела. Он высвечивал лица фонарем, пока не обнаружил Летти, а когда обнаружил, то прицелился и выстрелил. Он хотел тебя убить, Летти!

– Дора, милая, это все твои фантазии!

– Он стрелял именно в тебя, – упрямо повторила Дора. – Хотел тебя застрелить, а когда промахнулся, покончил с собой. Я уверена, что все было именно так.

– А мне кажется, ему и в голову не могла прийти мысль о самоубийстве, – возразила мисс Блэклок. – Не из той он был породы.

– Выходит, мисс Блэклок, вы до самого последнего момента, вплоть до выстрелов, считали происходящее шуткой?

– А как же иначе?

– И кто, по-вашему, выступал в роли шутника?

– Сначала ты подумала на Патрика, – напомнила подруге Дора Баннер.

– На Патрика? – резко спросил инспектор.

– Да, это мой юный племянник, – так же резко ответила мисс Блэклок и продолжала, раздосадованная поведением Доры: – Прочитав объявление, я заподозрила, что это розыгрыш Патрика, но он категорически все отрицал.

– И ты заволновалась, Летти, – напомнила мисс Баннер. – Ты волновалась, хотя прикидывалась спокойной. И, между прочим, правильно делала, что волновалась! В газете говорилось: «Объявлено убийство», и действительно было объявлено убийство, ТВОЕ УБИЙСТВО! Если бы он не промахнулся, тебя уже не было бы в живых. Что бы мы без тебя делали?

Произнося эти слова, Дора Баннер задрожала. Лицо ее сморщилось, она готова была разрыдаться.

Мисс Блэклок ласково потрепала ее по плечу:

– Все хорошо, милая Дора, не волнуйся. Тебе вредно волноваться. Это было ужасно, но все уже позади. Ради меня, возьми себя в руки, Дора, – добавила она. – Ты моя опора, все наше хозяйство на тебе держится. Да, кстати, если я не ошибаюсь, сегодня должны привезти белье из прачечной…

– О да, Летти, как хорошо, что ты напомнила! Интересно, они привезут пропавшую наволочку? Надо будет записать, чтобы не забыть… Сейчас пойду узнаю.

– И унеси фиалки, – велела мисс Блэклок. – Ненавижу увядшие цветы!

– Они увяли? Какая жалость! Я же только вчера их сорвала. Совсем не постояли… О господи, да я забыла налить воды! Только представь себе! Все время что-то забываю. Ладно, пойду выяснять про белье. А то ведь они с минуты на минуту приедут…

И Дора Баннер, повеселев, ушла.

– У Банни слабое здоровье, – сказала мисс Блэклок, – ей вредно волноваться… Что еще вы хотели узнать, инспектор?

– Кто, кроме вас, живет в доме и что это за люди?

– Сейчас здесь живут два моих дальних родственника – Патрик и Джулия Симмонсы.

– Дальние родственники? Вы же сказали, племянники…

– Нет, на самом деле мы – дальняя родня, хотя они и называют меня тетей Летти. Их мать приходится мне троюродной сестрой.

– Они всегда проживали с вами?

– Нет, что вы! Они тут только два месяца. До войны ребята жили на юге Франции. Потом Патрик служил во флоте, а Джулия, по-моему, работала в каком-то министерстве. Они жили в Льяндудно. А когда война окончилась, их мать написала мне письмо, попросила сдать им пару комнат… Джулия проходит практику в милчестерской больнице – она будущий фармацевт, – а Патрик учится на инженерном факультете в милчестерском университете. Вы же знаете, от нас до Милчестера от силы десять минут на автобусе… ну, так вот… я их с радостью приняла. Для меня одной дом слишком велик. Ребята вносят небольшую сумму за жилье и питание, и мы с ними прекрасно уживаемся. Я люблю общаться с молодежью! – добавила мисс Блэклок с улыбкой.

– Кроме них, у вас живет миссис Хаймес, верно?

– Да, она работает помощницей садовника в «Дайас-Холле» у миссис Лукас. Миссис Лукас попросила меня выделить Филиппе комнату. Филиппа – очень хорошая женщина. Ее мужа убили в Италии. У нее восьмилетний сын, школьник. Мы с ней договорились, что он приедет сюда на каникулы.

– У вас есть прислуга?

– Пять раз в неделю по утрам приходит делать уборку миссис Хиггинс из поселка; еще у меня работает беженка с неудобопроизносимым именем, она готовит еду. Поладить с ней непросто. Боюсь, вы в этом убедитесь на собственном опыте. У Мици что-то вроде мании преследования.

Краддок кивнул, припомнив еще одно важное замечание констебля Легга. Сказав, что Дора Баннер «с приветом», а Летиция Блэклок – «нормальная», он припечатал Мици метким определением «лгунья».

Будто прочитав мысли инспектора, мисс Блэклок сказала:

– Только, пожалуйста, не относитесь к бедняжке с предубеждением! Я уверена, что в любой лжи всегда есть доля правды. Взять хотя бы ее россказни о всяческих преступлениях. Они росли как снежный ком, и теперь Мици кажется, что все ужасы, о которых сообщают газеты, происходили с ней или с ее близкими. Но с другой стороны, она действительно много перестрадала, и на ее глазах действительно убили какого-то родственника. Я считаю, что большинство перемещенных лиц вполне заслуженно нуждаются в повышенном внимании и заботе; судьба обошлась с ними жестоко, и, чтобы вызвать к себе сочувствие окружающих, они частенько преувеличивают и привирают. Хотя, конечно, Мици кого угодно сведет с ума, – добавила со вздохом мисс Блэклок. – Порой она нас просто бесит, мрачная, подозрительная, вечно у нее дурные предчувствия, обижается на ровном месте. Но мне ее все равно жалко! – Летиция улыбнулась. – Тем более что, когда Мици в хорошем настроении, она готовит превосходно.