Сбывшаяся надежда - Джоанна Лэнгтон

Гордо подняв голову, Энжи переборола стыд и резко бросила:

— Ты сказал… ты говорил, что хочешь жениться…

— Но у меня уже есть жена. И я обещал Жаннет опекать ее, — иронично возразил он, наблюдая за смятением собеседницы. — Думаю, сей аргумент не подлежит обсуждению.

— У тебя нет никаких прав на меня!

— Ты уже собрала вещи? — неожиданно спросил он.

— Да, но…

— Вот и хорошо. Раз ты не хочешь больше отдыхать, то не будем зря терять время. — С этими словами он открыл перед ней дверь, приглашая спуститься вниз.

— Зачем тебе все это? — облизнув сухие губы, спросила она. — Объясни мне, что ты затеял.

— Ты что, Анжелика, всегда так туго соображаешь? — нахмурился Лоренцо. — Тебе не следовало обманывать меня.

— Обманывать?! — возмутилась она, отступая перед его напором. — Я никогда не лгала тебе!

— Я бы отнесся с пониманием, если бы ты с самого начала призналась мне и рассказала правду. Твой обман вывел меня из себя, — тихо произнес он. — Когда я узнал все сегодня утром, то первым моим желанием было подняться в твою комнату, вытряхнуть тебя из постели и задать хорошую трепку.

— Да о чем ты говоришь, черт побери? — вскричала она.

— О твоих сорока восьми процентах в фирме «Кларк трэвел». — Он бросил на Энжи уничтожающий взгляд. — Ты маленькая бессовестная дрянь… Ты спасла своего любовника от финансового краха с помощью моих денег!

От подобной бессмыслицы Энжи потеряла дар речи и молча взирала на Лоренцо.

— Я не надеюсь, что получу свою невесту назад чистой и непорочной, так же как и не жду слов благодарности или признательности за все сделанное для тебя, — отчеканил он. — Напротив, я считаю себя реально мыслящим человеком и не строю пустых иллюзий. Но я не был готов к тому, что все эти пять лет ты действовала заодно с этой жадной и алчной пронырой, родившей тебя!

От потрясения Энжи не могла произнести ни слова, а лишь молча смотрела на Лоренцо, обвинявшего ее мать в мошенничестве. Но почему? Он же никогда не встречался с ней и не знает ее. Так почему же он назвал ее мать жадной и алчной? Она тут ни при чем, ведь Энжи воспользовалась своей страховкой и на эти деньги приобрела акции «Кларк трэвел». Не понимая причины его гнева, она оторопело глядела на него.

— Когда я думаю о том, как глубоко вы со своей матерью увязли в этих грязных махинациях, у меня волосы встают дыбом. А я еще думал, как оградить тебя от разочарования в отношении поведения твоей матери! — Распахнув дверь комнаты, Лоренцо взял чемодан и, схватив Энжи за руку, торопливо повел ее вниз. — Бог мой! Подумать только, я был вынужден платить твоей матери за то, чтобы она приняла тебя к себе после того, как ты покинула меня!

— Как платить ей? Ты давал ей деньги?! — не веря своим ушам спросила Энжи.

— Мне следовало бы настоять на немедленном аннулировании нашего брака, — гневно бросил он. — А я, дурак, поддался уговорам не спешить, потому что это якобы сильно травмирует тебя…

— Травмирует меня?!

У нее подкосились ноги, и она остановилась, чтобы не упасть. Перед глазами все плыло и кружилось, страшная слабость сковала члены. Он платил ей и ее матери? Такого не может быть! В голове все перемешалось, и она не заметила, как они вышли во двор. И только свежий ветерок и ласковое солнце вернули ей способность мыслить.

— Нет, я был круглым идиотом, — продолжал он. — Я беспрекословно выплачивал тебе солидные суммы на должное содержание и продолжение обучения, но что получил в итоге? Жену, с грехом пополам изъясняющуюся по-итальянски, да и то с помощью разговорника! Но во всяком случае ты научилась превосходно врать, не так ли? Ты отвратительно меркантильна и предпочитаешь просто сожительствовать со своим любовником, чем честно развестись со мной!

— Лоренцо…

— Помолчи. Чем меньше лжи я услышу из твоих прекрасных уст, тем лучше! — с горькой усмешкой оборвал он. — А я, дурак, поверил тебе вчера, когда ты спросила меня, не занимаюсь ли я туристическим бизнесом! Боже милосердный, дай мне силы! Я умилился, наивно полагая, что ты до сих пор не знаешь, кто я на самом деле. А твоя фраза о страховке! Это был шедевр лицемерия! Но нет, ты с самого начала знала, что твой муж очень богатый человек, чертовски богатый, потому что только толстосум мог позволить содержать тебя и твою мать все эти пять лет на таком высоком уровне, как это делал я!

Закончив обличительную тираду, Лоренцо распахнул дверцу сверкавшего на солнце джипа и положил ее чемодан на заднее сиденье. Энжи молча наблюдала за его манипуляциями, боясь проронить хоть слово. Затем он поднял ее на руки и, усадив на переднее сиденье, хлопнул дверцей. От всего услышанного и происшедшего у нее закружилась голова, в висках застучало. Она с силой сдавила виски, пытаясь прийти в себя.

— Не смотри на меня своими большими зелеными глазами и не говори, что я шучу! Это не шутка, и я намерен получить то, за что платил все эти годы! — Лоренцо все еще кипел от праведного гнева, усаживаясь рядом с ней. — Скажи хоть одно слово против, и я сотру в порошок все ваше агентство, включая тебя и твоего любовника! А затем примусь за Маргарет и привлеку ее к суду за махинации со счетами за твое якобы превосходное обучение. К тому времени, как я разделаюсь с тобой, у тебя будет аллергия на фамилию «Боргезе». Нет, я преподам тебе урок на всю жизнь!

Энжи все еще не отошла от потрясения. Самым мучительным для нее было услышать, что он заплатил ее матери за то, чтобы та приняла свою дочь к себе домой. Это никак не укладывалось у нее в голове.

— Вы действительно… Ты правда встречался с моей мамой?

— Что за дурацкий вопрос?! — Он бросил на нее мимолетный взгляд и завел машину. — Тебе прекрасно известно, что мы виделись с ней. И, пожалуйста, не убеждай меня, что все то время, пока вы выкачивали из меня деньги, ты ничего не знала об их происхождении.

— Мама ведь получила крупную сумму при разводе со вторым мужем, — пробормотала Энжи не совсем уверенно. — Вот откуда были деньги. А что касается моей доли в «Кларк трэвел», то…

— Твоя мать бросила второго супруга сразу же, как лопнул его бизнес. Ни о каких выплатах не могло быть и речи. Когда ты вернулась к матери, она была в долгах как в шелках. Именно я явился той дойной коровой, благодаря которой вы выкарабкались из нищеты и возвели крышу над головой.

— Я не…

— Я владею домом, в котором живет твоя мать, — сообщил Лоренцо и бросил ей на колени папку с документами. — Я не возражал бы и дальше помогать своей теще, если бы и ее дочери перепадало хоть что-то от моих денег. Меня взбесило то, что твои интересы, видимо, не учитывались вообще.